Дом вверх дном, или поместье с сюрпризом - Анна Светлова Страница 22

Туман окутывал меня, как ледяное одеяло. По коже пробежали мурашки, а в ушах зазвучали странные шорохи и шёпот. Я замерла, пытаясь понять — это души погибших здесь или просто лесные создания, прячущиеся от чужаков? Вдруг за деревьями что-то громко треснуло. Сердце подпрыгнуло к горлу и забилось как сумасшедшее.

С каждым моим вдохом болото словно дышало в ответ. Оно жило — пульсировало под ногами, чавкало, шипело. Я была здесь чужой незваной гостьей в царстве тьмы и сырости. Пальцы до боли сжали амулет, но даже его тепло казалось слабым утешением в этом проклятом месте.

Я рискнула сделать шаг вперёд и вздрогнула — что-то мокрое и холодное скользнуло по запястью. Отдёрнув руку, я опустила взгляд. Из высокой травы выглядывали неприметные белые цветы с лазурно-синими листьями. От них исходил горький запах, как от полыни, только сильнее, терпче.

«Лазорелист! Нашла!» — мелькнула радостная мысль, но тут же угасла. Кожей я почувствовала чужой взгляд — тяжёлый, изучающий. Что-то наблюдало за мной из глубины болота. Страх скрутил внутренности в тугой узел.

Камыши зашевелились, и их них показалась зелёная голова, покрытая коричневыми наростами и свисающими водорослями. Существо воняло тиной и гнилью, так сильно, что к горлу подкатывала тошнота. Оно напоминало водяного из сказок, которыми пугали меня в детстве, но его глаза… Боги, эти глаза! Они светились холодным, нечеловеческим светом.

— Добро пожа-а-аловать, — прошипело оно, растягивая слова, будто смакуя каждый звук.

Земля под ногами вдруг качнулась, словно живая. Я отшатнулась, но туман уже обхватил мои лодыжки — его хватка была обжигающе холодной.

— Зачем пришла-а-а? — существо подплыло ближе. Его голос напоминал шелест ветра в мёртвых деревьях — жуткий и одновременно завораживающий.

Я судорожно вдохнула затхлый воздух. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Но я сделала шаг вперёд.

— Мне нужен Лазорелист! — мой голос прозвучал неожиданно твёрдо.

Существо застыло. Его выпученные глаза, похожие на мутные лужи болотной воды, уставились на меня с немым вопросом.

— Для чего тебе-е-е этот цветок? — его голос, как скрип старого дерева, эхом разнёсся по топям.

Я стиснула амулет так сильно, что его края впились в ладонь. Глубокий вдох. Выдох. «Соберись!» От моего ответа зависело всё — моя судьба, моя свобода, возможно, даже жизнь.

— Для зелья! — выпалила я, чувствуя, как пересохло во рту.

— Выходит, ты вороже-е-ея? — удивлённо протянуло существо, его склизкая кожа блеснула в тусклом свете. — О-о-очень интересно. Давно-о-о в наших краях чародеев не было. Ну что же, бери-и-и, коль цветок так тебе нужен, и ты решилась дойти до самого Гнило-о-ого боло-о-ота.

Оно развернулось и поплыло обратно в камыши, оставляя за собой маслянистые разводы на воде. Запах гнили усилился, заставив меня прикрыть нос рукавом.

«И всё? Вот так легко и просто?» — поразилась я и потянулась к цветку. Но пальцы схватили пустоту. Все синие листочки, которые ещё недавно стелились под ногами, словно ковёр, исчезли. Сердце пропустило удар.

«Что за чертовщина? — нахмурилась я, лихорадочно ощупывая землю. — Только что весь берег был усыпан этими цветами. Куда они подевались?»

Я растерянно оглядывалась, почёсывая лоб, искусанный комарами. Кожа горела, а в ушах стоял противный звон насекомых, кружащих вокруг меня.

— А где Лазорелист? — крикнула я, и голос мой дрогнул от досады, отразившись от стволов мёртвых деревьев.

— Как где? — существо обернулось так резко, что вода вокруг него пошла кругами. Его глаза моргнули пару раз, как у лягушки, а рот открылся так широко, что я увидела ряды острых, гнилых зубов.

Я инстинктивно отшатнулась, нога соскользнула в ледяную жижу. Холод мгновенно пробрал до костей, а в нос ударил запах разложения.

Тварь засмеялась. Смех её, подобно бульканью болотной жижи, разнёсся по округе, заставив стаю ворон сорваться с ближайшего дерева.

— Какая же ты вороже-е-ея, если даже не способна отыска-а-ать Лазорелист? — произнесла она с ехидной ухмылкой, и я увидела, как между её зубов застряли клочки чего-то, подозрительно напоминающего человеческую плоть.

— Я видела, цветок только что был здесь, а теперь исчез! — возмутилась я, чувствуя, как раздражение поднимается во мне горячей волной. — Или ты со мной вздумал шутить?

Амулет на шее внезапно стал тяжёлым, словно налился свинцом. Я сжала его, ощущая, как он пульсирует в такт моему сердцу.

Существо улыбнулось, но улыбка быстро слетела с его лица, как маска.

— Может, это я, а может, цветы сами решили скрыться от тебя, — пробормотало оно, и в его голосе я услышала что-то похожее на предвкушение.

— Почему? — спросила я дрогнувшим голосом. Страх и отчаяние сплелись внутри меня в тугой узел.

Оно чуть усмехнулось, его глаза ярко сверкнули в тумане, как два болотных огонька. По спине пробежал холодок.

— Лазорелист — не про-о-осто цветок, — прошипело существо, подплывая ближе. От него несло тиной. — Его охраняют ду-у-ухи болот. Он пойдёт в руки только тем, кто пройдёт испыта-а-ание.

Моё сердце забилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я не могла уйти без этого растения. Это была моя единственная надежда на возвращение домой.

— Испытание? — удивлённо протянула я, стараясь, чтобы голос не выдал моего страха. — А как мне его пройти?

Болотное существо наклонило голову, изучая меня, как кот изучает мышь перед тем, как сожрать. Его взгляд скользил по мне, задерживаясь на амулете.

— Я могу-у-у тебе помо-о-очь, — наконец проговорило оно, и каждое слово падало в тишину, как камень в воду. — Если ты действи-и-ительно ворожея, то сможешь пройти его. Но имей в виду: если потерпишь неудачу, оста-а-анешься здесь навсегда. Согла-а-асна?

Я сглотнула комок в горле. Пальцы до боли сжали амулет. Выбора не было. Никогда не было.

— Говори, что нужно делать, — мой голос прозвучал неожиданно твёрдо.

— Любава, не связывайся с ним! Он обманет тебя! — раздался отчаянный крик Вранко за спиной.

Но было уже поздно. Туман сгустился вокруг меня плотным коконом, отрезая путь к отступлению. Болото вздохнуло, и я почувствовала, как земля под ногами начинает медленно погружаться в трясину.

Глава 25

Я обернулась и увидела ворона, грозно взиравшего на меня с ветки. Чёрные перья блестели влагой, от них несло сыростью и гнилыми желудями, словно он только что выбрался из подземелья. Глаза птицы горели тревогой.

«Ах, шельмец пернатый! — подумала я с досадой. — Прицепился как репей. Я же велела оставаться дома».

Внезапно кусты затрещали, и из зарослей с громким мяуканьем выскочил Дарён. Болотник мгновенно нырнул под воду, оставив на поверхности лишь несколько зелёных пузырей, которые лопнули с мерзким чавкающим звуком.

— Да отстаньте вы от меня! —