Фиктивная жена для герцога-монстра - Элина Амори Страница 2

Нет уж, хотя бы во сне я погуляю и, что там сказал этот парень? Потанцевать? Потанцую. Надеюсь, это тело помнит и танцевальные движения. Я ухмыльнулась, представив, что у меня не выйдет. Впрочем, отступать действительно было поздно. Герцог заметил меня.

Я улыбнулась, скорее с перепугу, потому что вблизи он оказался гораздо выше, чем я подумала. На каблуках я доставала ему до плеч.

— С дороги, — рявкнул он мне, и я открыла рот от растерянности.

— Какая грубость! — воскликнула какая-то дама.

— Что за человек…

— Такая красавица подошла к нему, а он…

Осуждения сыпались со всех сторон, словно спелый горох из стручков. Я растерянно опустила голову, вообще перестав понимать, что происходит и что мне теперь делать. Хотелось остаться где-то одной и обдумать свое положение как следует.

— Ах, бедная айна Фейс, этот нежный цветок… — донесся до меня чей-то сочувствующий голос. — Разве может кто-то обидеть фею империи?

Фея империи? У меня в голове зашевелились нехорошие предчувствия. Будто что-то знакомое. И эта фамилия, которой меня называли. Фейс… Она словно была мне знакома.

Герцог только едко усмехнулся и пошел мимо меня, слегка задев плечом.

— Сын мой, что ж ты так неучтив? — послышался вдруг голос человека с трона. Наверняка императора. И в этом голосе слышалось осуждение.

Герцог резко остановился, развернулся ко мне, подошел. Одной рукой он схватил меня за руку, а второй притянул за талию, с силой впечатав меня в его мощный торс, скрытый под плотной одеждой. От неожиданности я ахнула.

— Ну что ж, потанцуем, благородная айна Фейс, — произнес он низким насмешливым голосом, а потом добавил тихо, чтобы слышала только я: — Какой еще спектакль вы для меня приготовили?

— Простите, но никакой, — прошептала я, теряясь в догадках, почему второй мужчина в этом месте предъявляет мне претензии. — Меня лишь попросили станцевать с вами.

— О, в этом я нисколько не сомневаюсь, что вас попросили. Иначе и быть не могло. — Он закружил меня в танце так сильно, что мои ноги едва касались пола. Все вертелось перед глазами, ноги подкашивались, а на виражах перехватывало дыхание.

Его грубость раздражала, но... Я никогда прежде не танцевала. Новые ощущения захлестнули меня: радость, волнение, почти восторг. Что за дивный яркий сон? А как невероятно и странно ощущать на своей талии сильные руки, ведущие в танце так легко, словно я перышко, чувствовать свою ладонь в крепкой мужской руке…

О, мой бог, какое это восхитительное чувство! Я прожила двадцать семь лет, и из мужчин только мой отец и врачи касались меня, но это совершенно другое. Да и будь у меня сиделкой хоть парень с подиума, откуда было взяться волнению в моем больном теле? Лишь призрачные фантазии терзали мой несчастный разум.

Мелодия закончилась, мы остановились. Мой угрюмый партнер формально поклонился, я ответила реверансом, радуясь, что и тут тело знает, что делать. На прощание улыбнулась — все же эти несколько минут стали для меня откровением, хоть он танцевал против воли.

— И это все? — подался он ко мне. — Вы действительно позвали меня только ради танца? Где подвох?

— Нигде, — легко ответила я и, развернувшись, быстро направилась к балконным дверям, которые заметила во время танца. Мне не хватало воздуха от нахлынувших на меня словно цунами эмоций. А еще натерло пятку на правой ноге.

Я выскочила на балкон, подбежала к перилам, оперлась о них руками, навалилась, тяжело дыша. Мои руки... Мои ноги, мое тело. Красивое, складное, ловкое. А главное — я дышала свободно, полной грудью и так легко, что кружилась голова!

Где-то щебетали птицы, из зала доносились музыка и смех. Передо мной с балкона открывался вид на аллеи, фонтаны и огромные конусовидные фонари с огнем внутри. Я слышала громкий стук собственного сердца, ощущала каждый вздох. Даже боль в натертых ногах казалась блаженством — ведь я могла ее чувствовать! Сбросив туфли, я впилась босыми ступнями в холодный камень и закружилась, раскинув руки и поймав ветер в ладони.

— Это еще что было? — раздался за спиной раздраженный голос.

— Где? — удивилась я.

Этот холеный красавчик уже начинал меня бесить. Почему он не может оставить меня в покое на несколько минут и постоянно злится?

Он приблизился вплотную, злобно прищурившись.

— Ты должна была подставить герцога, чтобы все высмеяли его! — прошипел он. — Ты уверяла, что придумала прекрасный план. В чем дело?

Господи! Да почему им всем от меня что-то нужно? Кто вообще они? Кто я? Ну почему мне дают хотя бы немного покоя… Хоть капельку насладиться ощущением здоровья и жизни?

Но спросить вслух не решалась. Я боялась сказать что-то не то, разозлить того, о ком не имею ни малейшего понятия. Если бы он только не наседал на меня с претензиями, я попыталась бы как-то разведать обстановку. Но по его сердитому лицу понимала — он не простит, если я уведу разговор в сторону.

Я слегка отступила от его натиска, и из-под красных атласных юбок выкатилась моя туфелька. Ну прямо привет от золушки. Красавчик заметил, растерянно заморгал, посмотрел на меня, округлил глаза, а потом вздохнул, потерев веки пальцами.

— Дорогая, умоляю, надень обувь, — произнес он опять спокойно и даже ласково. И как он сам терпит свои перепады настроения? И все-таки почему он все время называет меня «дорогая»? Кем он мне приходится? Как бы спросить-то, чтобы не разозлить еще больше? — Если кто-то увидит, это ударит по моей репутации.

— Твоей? — удивилась я, а занудный красавчик нахмурился.

— По твоей тоже, но раз ты не бережешь ее, то тебя, видимо, это не заботит. — Он выпрямился, принимая величественную позу. — Я принц Валории Эльдрик Вальмор, генерал Солнечных Легионов и возможный наследник престола. Босоногая невеста — не лучшее дополнение моему образу.

Его слова врезались мне в голову словно ледяной клинок.

— Прости, — пробормотала я, поспешно надевая туфли, в то время как мозг лихорадочно соображал: откуда я знаю эти имена? Почему все это кажется таким знакомым?