И сгустился туман - Джули Си Дао Страница 19

Она усаживается подле моего туалетного столика лицом ко мне.

– Время? А много ли его отпущено каждому из нас?

Я обвожу взглядом морщинки вокруг ее рта, голубые глаза, гладкие пепельные волосы.

– Что за мрачные мысли посещают тебя в последнее время? – спрашиваю я, за шутливым тоном маскируя тревогу. – С чего вдруг, скажи на милость, тебе срочно понадобилось выдать меня замуж и оделить наследством?

– Это вовсе не мрачные мысли, – отмахивается мама. – Ты знаешь, как меня раздражают нерешенные вопросы. Я люблю, чтобы все задачи были выполнены, дела улажены, соглашения достигнуты и так далее. Чем скорее ты выйдешь за Артура и заведешь дюжину детишек, тем скорее я обрету покой и буду наслаждаться старостью, зная, что свой материнский долг я исполнила.

– Просто не верится, что ты когда-нибудь состаришься. – Я опускаю взгляд на собственные руки – бледные, тонкие, ногти матово поблескивают, как морские раковины. – Мама, ты уверена, что я стану женой Артура?

Она со смехом обводит рукой цветочные букеты.

– Не все цветы от него, только камелии. Красные розы прислал доктор Джек Сьюворд, а белые – Квинси Моррис, в знак капитуляции в битве умов между нами. – Я удовлетворенно гляжу на белоснежные бутоны и вспоминаю записки, которыми мы с красавчиком-ковбоем обменивались в последние месяцы. Наши послания абсолютно невинны, но смысл, скрытый между строк… к счастью, флористам его не понять, ведь они бы пришли в ужас, узнав, что добродетельная мисс Люси Вестенра так открыто выражает свои чувства постороннему джентльмену.

– Люси, рано или поздно тебе придется выбрать одного мужчину. Полагаю, мы обе знаем, кто это будет, – снисходительно говорит мама. – В сентябре тебе исполнится двадцать, пора устроить свою судьбу.

– Мине уже двадцать четыре, и она не замужем.

– Только потому, что мистер Харкер усердно трудится, зарабатывает деньги, чтобы было на что содержать жену, – резонно замечает мама. – Он ведь помощник адвоката. У твоих женихов положение не в пример лучше, им не нужно ждать, чтобы иметь возможность о тебе позаботиться.

Я откидываюсь на пухлую атласную подушку и с томным удовольствием изучаю в зеркале позади мама свое отражение.

– Ну, раз ты настаиваешь на моем немедленном замужестве, – лукаво говорю я, – то до отъезда в Уитби я сделаю одному из них предложение. Пожалуйста, попроси Гарриет разложить на полу в гостиной подушки, чтобы я не ушиблась, когда буду вставать на одно колено.

Мама смеется и качает головой:

– Любишь ты у меня выдумывать.

– Не более чем ты, дражайшая матушка. Сама знаешь, я бы легко сделала предложение, но общество запрещает подобные вещи, поэтому я вынуждена ждать, пока кто-нибудь из моих ухажеров не наберется храбрости открыть рот. И если ты упорно возлагаешь надежды на Артура, боюсь, ждать придется не один год.

– Не один год!

– Все детство и юность он не смел и глаз на меня поднять, так что к тому времени, когда он соберется с духом для матримониального предложения, я уже войду в твой возраст.

– Я – не одна из твоих влюбленных поклонников, мисс Острый язычок, – мама с притворной строгостью грозит мне пальцем. – Не нужно подначивать меня, как ты подначивать их. Ждать годы, чтобы предложить тебе руку и сердце, ну уж нет! Держу пари, Артур сделает это еще до нашего отъезда. На прошлой неделе у Маршаллов я видела, как он наблюдал за твоей беседой с доктором Сьювордом и мистером Моррисом.

Вне себя от восторга, я хватаюсь за грудь.

– Он позеленел от ревности, да?

– Как первый весенний горошек, который кухарка сегодня подаст на ужин, – подтверждает мама, и мы обе покатываемся со смеху.

– Милая моя шутница, – с любовью произношу я.

– Кстати, об ужине. Я пригласила к нам доктора Сьюворда, и он приведет с собой друга-иностранца, тоже врача.

– Зачем приглашать доктора Сьюворда, если у тебя в фаворе Артур? – Я встревоженно отрываю голову от подушки. – И к чему сразу два врача за столом? Мы опять возвращаемся к твоим мрачным мыслям и причине, по которой ты спешишь подготовить гнездышко для моей жизни без тебя?

Мама хмурится и принимается разглаживать невидимые складки на юбке.

– Как ты знаешь, папа с большим теплом относился к доктору Сьюворду, и, по моему мнению, такую дружбу важно поддерживать. Я встретила молодого джентльмена в городе и решила, что было бы славно пригласить его к нам, учитывая, как часто у нас бывают Артур и мистер Моррис. Когда он сообщил, что у него гостит друг, мне показалось уместным пригласить их обоих. Обуздай свое богатое воображение и одевайся, – прибавляет она, вставая.

– Но что, если этим приглашением ты собственноручно лишишь Артура шансов на успех? – поддразниваю я. – Предположим, доктор Сьюворд или его приятель, иностранный врач, если он холост, делает мне предложение, против которого я не могу устоять и немедленно принимаю. Что тогда?

– Я буду только рада, это намного лучше, чем еще сто лет дожидаться, пока созреет Артур, – в той же манере отвечает мама, выходит и затворяет за собой дверь.

С улыбкой покачав головой, я иду одеваться. Веселый характер достался мне именно от мама, и я даже представить не могу, что она состарится или… что ее не будет со мной.

В светской жизни Джек Сьюворд так же пунктуален, как в работе, поэтому, едва часы бьют восемь, мы с мама слышим, как парадная дверь открывается и две пары тяжелых мужских шагов приближаются по коридору к гостиной. Доктор Сьюворд входит первым и взглядом моментально отыскивает меня, хотя вначале здоровается с мама.

– Мисс Вестенра. – Он поворачивается ко мне с медленной, теплой улыбкой. – Позвольте представить вам и вашей матушке моего близкого друга, который стал для меня почти отцом. Доктор Абрахам Ван Хелсинг из Амстердама.

Фамилия голландская, однако ее носитель даже отдаленно не похож на голландца. Он на голову ниже доктора Сьюворда, но выше мама, худощавого телосложения. Когда он вежливо пожимает руки нам с мама, я чувствую силу и живость его пальцев. У него черные как смоль волосы, четко очерченный подбородок и узкие темные глаза по бокам приплюснутого носа. В отблесках каминного пламени его кожа выглядит даже более смуглой, чем у меня. Лет ему, кажется, около пятидесяти.

Мама сохраняет ровное, спокойное лицо, хотя в ее глазах стоит удивление. Она, как и я, ожидала увидеть пожилого седовласого европейца.

– Миссис Вестенра, мисс Люси, благодарю за любезное приглашение. Для меня большая честь познакомиться с вами после