Магия и Сталь - Дмитрий Бороздин Страница 19

— Если хочешь отчитать меня или назвать идиотом, то валяй, — молодой маг повернулся к нему, он явно был измотан и держался на одной силе воли. — Но вряд ли тебе удастся добавить хоть слово к тому, что я и так уже высказал сам себе.

Юноша подошёл к наёмнику и взглянул на формулу.

— Как скоро с Эрис случится то же самое?

— Зависит от того, насколько часто и насколько активно она будет пользоваться этой магией. Но я не встречал никого, кто протянул дольше тринадцати лет.

Якен закрыл глаза. Тринадцать лет казалось немалым сроком, гораздо больше, чем было отпущено Эрис с её болезнью. И всё же не такой судьбы он хотел для своей сестры, когда ввязывался в авантюру с обучением «целительству» у Гаркина.

Зоран огляделся по сторонам, только сейчас он заметил, что лежит отнюдь не на берегу реки. За время, которое наёмник провёл в отключке, успело стемнеть. Вместо шума воды неподалёку потрескивал костёр, возле которого дремала девушка. Как именно близнецы ушли с побережья, да ещё и уволокли с собой его бессознательное тело, оставалось только догадываться.

— Там, у станции, нашлась брошенная повозка. Мы попытались приспособить её под самоходку. Видели такие у заезжих торговцев, — Якен предугадал вопрос.

— И как успехи?

Якен продемонстрировал свои ногти, почерневшие от запекшейся под ними крови.

— Скажем так, теперь мне понятно, почему так много извозчиков по старинке запрягают лошадей и не хотят даже слышать о самоходных колёсах.

Обратный удар, он же обратный эффект — это цена, которую платят маги за применение силы. Если от применения всяких бытовых формул он почти незаметен, то вот сильная или чересчур сложная магия может причинить ощутимую боль, а то и тяжёлую травму. Особенно когда пытаешься заставить двигаться полусгнившую телегу, одно из колёс которой, к тому же, оказалось кривым.

— Ничто не берётся из ниоткуда, братец, особенно магия, — наёмник постучал пальцами по собственным рёбрам. — И эта вот не исключение.

— Ты говорил о способе всё исправить. О том, что раньше имел дело с учителем.

Зоран снова закашлялся, на тыльной стороне ладони, которой он прикрыл рот, остались тёмные капли крови. В каком-то смысле он был даже рад этой возможности оттянуть ответ. Воин не любил вспоминать эту историю.

— Знаешь, почему Стальной гарнизон называется именно так?

***

С одним чудовищем городской дозор расправился сам, ещё двоих прикончил Тринадцатый отряд. Последнего добила подмога из Приюта Валланда, подоспевшая к утру. Лирранд неплохо сохранился, для города, в котором появились сразу четыре горванта. По крайней мере, таковым было первое впечатление, увы, оказавшееся обманчивым. Обследовавшие дома егеря доложили, что большинство из них пусты. В лучшем случае. В худшем там лежали трупы хозяев, обглоданные горвиплёрами, которые выползли из водовода.

Пожалуй, самая страшная картина открывалась в богатом квартале. Центральная улица была завалена телами — доберись сюда хоть один горвант, страшно представить, как бы он разросся. Но ещё сильнее пугало огромное болото, раскинувшееся прямо посреди улицы, в котором белели словно вываренные кости.

Со стороны Стальной башни раздавались гневные крики, вперемешку с оскорблениями. В дверях стояли два силуэта в тёмно-синих плащах. Пожилой эльф-эрранделец с золотой лентой на форме что есть духу кричал на девушку, распинаясь о том, какая она некомпетентная и что он бы с ней сделал за такое поведение, служи она в его дозоре.

— Значит Нирин очень повезло, что она служит под моим началом, а не под вашим, комендант, — вклинился Райнар.

— Капитан Тесс, я полагаю, — Эймель попытался взять себя в руки. — Вы вообще слышали хоть что-нибудь о дисциплине?

— Что-то слышал.

Командир недалеко ушёл от своей подчинённой.

— Зря смеёшься, капитан, — комендант больше не краснел, хотя злоба из голоса никуда не исчезла. — Тебя тут не было…

— А вас не было там, где погибали ваши бойцы, — парировал Райнар. — Золотую ленту вам не для красоты вручили! Полагалось, что в случае чего-то подобного вы сможете возглавить атаку, а не прятаться тут с гражданскими!

Эльфы сердито смотрели друг другу в глаза.

***

Девушка проснулась рано утром, когда солнце уже поднялось. Брат держался мрачнее тучи и Эрис попыталась разрядить обстановку шуткой. Мол, раз теперь они спят под звёздами и готовят на костре, как настоящие бродяги, почему бы Якену с Зораном не сходить на охоту. И только в этот момент поняла, почему юноша ведёт себя так странно.

Наёмник лежал тихо и спокойно, будто спал, лишь побледневшая кожа выдавала, что мужчина больше не дышит. Якен даже не догадался накрыть его лицо чем-нибудь.

— Когда… как? — только и смогла сказать девушка.

— Ночью. Я не решился разбудить тебя, — ответил брат всё с тем же пустым взглядом. — Он не страдал, если тебе интересно.

Подробностей расспрашивать она не стала, лишь прижалась покрепче, уткнувшись в плечо. Её спина слегка вздрагивала, в такт неровному дыханию. Эрис и сама не понимала, почему плачет из-за потери этого человека. В конце концов, знакомство с Зораном продлилось меньше суток. Она не знала откуда он родом, не знала его привычек или предпочтений, по сути, наёмник был ей никем. Так почему же его утрата принесла столько боли?

— Нам надо на восток, — произнёс Якен, обнимая сестру. — Твой друг всё рассказал мне и про учителя, и про формулу, и про остальное. Обещаю, что вылечу тебя! На этот раз по-настоящему.

Парень стиснул зубы и прижал к себе девушку. В свете новой информации многие уроки Гаркина теперь воспринимались совсем иначе.

— Ты уже придумал, как мы туда доберёмся? — Эрис подняла покрасневшие глаза. Она порой забывала, что брат уже давно вымахал выше неё почти на голову.

Он не стал рассказывать сестре правду о смерти Зорана. Как формула произвольно активировалась и принялась изменять тело наёмника, который, к своему ужасу, остался в сознании. Из последних сил мужчина вцепился зубами в собственную руку и умоляюще глядел на Якена. Юноша понял его последнюю просьбу без слов.

Бросать тело на съедение лесным паразитам близнецы не хотели. У Зорана Айрелла не будет ни могилы, ни надгробия, только ветер, который подхватит оставшийся от него прах. И поминальный костёр, достойный егеря Стального гарнизона.