Мерри Джинн - Дети леса, дети звезд Страница 158

Там они и были, в развилке, прикрытые лапником. Умный аппарат, сработанный для полевых условий, сразу же по включении принялся искать базу, а потом заработал в режиме маяка, что от него и требовалось. Грин сидел рядом с ним и смотрел на мигающие лампочки, как кот на огонь, постепенно засыпая.

Он дремал, свернувшись клубком и прикрывшись крыльями, до самого рассвета, пока тишину не взрезал полузабытый звук летящего флаера.

Серазан проснулся под утро, удивительно пригревшийся, отдохнувший, довольный… Со спины приуючивалось теплое тело, он оглянулся, ожидая увидеть сидяще-лежащего ученика, но встретился взглядом с глазами зелеными, чистыми, только на девичьем лице, а когда сел, удивленный, и отодвинулся на расстояние удобного созерцания, то обнаружил, что грела его обнаженная девка, белокожая, молодая, наготы своей будто и не замечающая и явно без одежды ночью не мерзшая.

Грина зато поблизости не было, но был затушенный аккуратно костер, заботливо оставленный завтрак и, пожалуй, даже обед, а также Ворон, прохаживающийся туда-сюда по дуге на некотором расстоянии, мрачно глядящий на мясо то одним, то другим глазом, и теми же глазами недовольно на зеленоглазую незнакомку сверкающий.

— Ничего себе у вас призраки, — поприветствовал его Серазан, имея в виду девицу, но Ворон отрицательно дернул головой.

— Не у меня.

А девушка произнесла тихо:

— Я живая, не призрак, — Серазан уставился на нее, чувствуя, как поднимается вопросительно бровь, а она встала в рост, гибкая и сильная, целомудренная и бесстыжая, наклонилась к нему сидящему и погладила по щеке ладонью. — Спасибо тебе, что сберег.

Выпрямилась, развернулась и пошла к березе, сбитый с толку Тесс успел разглядеть странные плоские шрамы на стройных икрах и тонких запястьях, и тут девушка вошла прямо в ствол, вздрогнула телом — и слилась с деревом, которое тоже дрогнуло и шелестнуло листвой удивительно радостно и нежно.

— Это как? — вопросил Серазан у пространства.

Пространство ответило недовольно-скрипучим голосом старой птицы.

— Это ты сам же — ее — сюда и припер. Скажешь, не знал?

— Нет…

— Нда, — хмыкнул Ворон. — С какой из лун надо свалиться, чтобы быть таким дикарем?

Серазан отмахнулся, глядя вновь на березку… подумал совершенно неожиданно, что с утра немыт и помят, и ощутил от этого какую-то уж очень для себя отвычную неловкость.

Потом вспомнил, что лежит в кармане расческа, и что легко можно выстирать одежду поблизости у ручья и там же высушить, и что совершенно это неважно… и рассмеялся.

— Зачем с лун, я подальше — со звезд. И, кстати, не я один. Жди гостей, Ворон.

Конец!