Александра Ситникова - Хранители Предела Страница 15

– Мы отправимся к Великому Древу. Если Леса примут вас – выйдем к нему на третий день. А если нет… – Нерил развел руками, – то вам придется как можно быстрее покинуть это место, иначе вас уничтожат. Сила Лесов древняя и появилась еще до Богов. И даже Боги ничего не могут ей сделать. А она может.

У меня по спине стройными рядами пробежал отряд мурашек. Ничего себе! Но я тряхнула головой, отгоняя неуверенность и сомнения.

– А почему Леса могут отказать в защите? Если они не любят тех, кто ест после шести, прячет в диван обертки от конфет и выливает манную кашу за окно, пока мама не видит – можно сразу идти к выходу!

– Они просто заглянут вам в душу, – всадник говорил так, будто «заглядывание в душу» происходило с десяти до семи каждый день в центральном парке, и ничего необычного в этом нет. – Если чиста душа – найдете защиту, если в душе темное пятно – уничтожат. Во имя спокойствия миров, – бесстрастно закончил он.

– Так, Буран, собираемся и идем дальше. – Я резко вскочила, готовая шагать отсюда подальше. Не нравится мне то, что меня может у-н-и-ч-т-о-ж-и-т-ь неведомая сила только потому, что разглядит запылившийся уголок, который сочтет Темным Пятном. – Буран?

Но волк не шелохнулся.

– Ах так? Ну и отлично! Оставайся со своим великаном! Вы ведь такие замечательные друзья! – разозлилась я и зашагала в сторону, откуда мы прискакали. Но мне преградили дорогу шесть всадников-удальцов. Я развернулась, готовая в бешенстве высказать их главарю, что я о нем думаю и куда, по моему мнению, ему не мешало бы заглянуть. Нерил шел ко мне. Вместе с Бураном.

– Госпожа, – начал он, – вам необходима защита. Ваш друг рассказал, что вас преследуют маги Предела. И те ангелы не случайно стреляли. И если бы они не были такими дикими и глупыми, вы были бы уже мертвы.

– Все-таки маги хотят моей смерти? – Я посмотрела на Бурана, и тот кивнул. – Но почему?

– Вас хотели как-то использовать, – ответил за волка всадник. – Но, так как вы сбежали, лучше убить. Пока не сделали неугодное им.

Шикарно! Меня хотят убить. Наверно, следовало бы запаниковать, зареветь от ужаса или еще что, но я была совершенно спокойна. Села прямо на траву, оглядела лес, закрыла глаза, вдыхая полной грудью свежий воздух. И почувствовала…

Вокруг была сила. Несгибаемая мощь. Но не грубая, не безразличная… Что-то невесомое коснулось щеки, и я вновь услышала внутри Песнь Леса. Но теперь звучал не гитарный перебор. Целый ансамбль играл в сознании, музыка лилась, заполняя меня и волнами выплескиваясь наружу. Наверно, сошла с ума, но казалось, что я парю в верхушках гигантских деревьев и лес парит вместе со мной.

Я открыла глаза и улыбнулась. Теперь точно знала, что лес принял меня. Принял с того самого момента, как сделала первый шаг под его полог. Казалось, он ждал меня. Ждал много лет, веков или даже тысячелетий. Ждал Меня. И дождался.

– Хорошо, пойдемте к вашему Древу. – Я все еще улыбалась, чувствуя легкость во всем теле и незримое присутствие кого-то, кто любит меня всем сердцем.

Волк и всадник переглянулись. Они явно были в замешательстве.

– Ребята, сколько вас ждать?!

Настроение отличное, казалось, что могу свернуть горы одним щелчком пальцев. Но не хотелось этого делать. Хотелось скакать галопом на Вороном! Одним невероятным прыжком я вскочила на спину коня, взяла повод, удерживая его между мизинцами, сжала бока Вороного коленями и пустила легким аллюром вокруг спутников. Сидеть прямо оказалось так легко и удобно! Тронула коня пятками, и он перешел на рысь. Й-и-и-ха! Нет ничего чудеснее, чем езда на лошади!

Кинув взгляд на Бурана и Нерила, я фыркнула – на их лицах, то есть на одном лице и на одной морде, застыло выражение искреннего сочувствия, явственное: «Бедняжка, она тронулась умом от страха».

Пусть думают что хотят! А мне нужно к Древу. Слегка сдвинув правый локоть назад, я развернула коня и пустила в галоп. И больше не правила – точно знала, что доставит, куда нужно. Заслышав за спиной глухой стук копыт, оглянулась. Следом несся Нерил на крупном гнедо-пегом жеребце. Похоже, забрал у подчиненного лошадку. Буран бежал рядом с Нерилом, а теперь поравнялся со мной. А ведь лошади совсем не боятся его. Может, это потому, что лошади необычные, или потому, что Буран не совсем обычный волк. Или все дело в Лесах.

Вороной легко нес меня вперед, время от времени перемахивая препятствия. Казалось, даже не замечает их – скачка доставляла ему истинное удовольствие. Как и мне. Я не чувствовала даже малейшего напряжения и теперь не могла понять, как это мне было неудобно скакать на Вороном всего несколько часов назад?! Ведь это так просто!

Пегий Нерила поравнялся со мной. Я глянула на великана – удивление, смешанное с восхищением, на его лице весьма позабавило.

– Ну что, Вороной? Покажем им, кто тут настоящий конь и всадник? – азартно выкрикнула я, похлопав коня по шее.

«Не вопрос, госпожа!» – как бы заржал в ответ новый друг. И припустил еще быстрее.

Я со злорадством заметила, что пегий сразу отстал. Да, не сравниться ему с Вороным!

Вдруг мой конь резко остановился, так, что я чуть не чебурахнулась через его голову – в последний момент откинулась назад и удержалась.

– Эй, ты чего? – обратилась я к коню.

Тот фыркнул и принялся спокойно щипать траву.

– Мы на месте, – пегий встал рядом.

Я спрыгнула с коня, на него тут же налетел рой мелких созданий.

– Пошли вон! – заорала я, кидаясь к Вороному.

– Не нужно! – Рука всадника удержала меня. – Они не причинят вреда. Это хоспы. Видишь? Они всего лишь чистят коней.

С удивлением заметила, что маленькие создания, облепившие Вороного и Пегого, что-то нежно мурлыча, действительно чистят их.

– Хоспы – дети Лесов. Они любят лошадей, – пояснил Нерил и улыбнулся, глядя поверх моей головы. – И девушек.

Что-то ухватило меня за волосы. Я резко развернулась и увидела, что целая туча хоспов кружит вокруг. Протянула руку, и один хосп, оттолкнув нескольких собратьев, тут же уселся на нее. Он оказался маленьким, размером с ладонь, страшненьким человечком с прозрачными крылышками стрекозы.

– Так ты всего лишь эльф, – заулыбалась я.

Маленький хосп обладал тоненьким, даже тщедушным тельцем, на котором явственно выступали все косточки, а кожа такая тонкая, что под ней четко просвечивали крошечные вены, придавая ей синевато-зеленый оттенок. Глаза огромные, круглые, нежно-зеленого цвета. Из-за этих круглых глаз казалось, что малыш навеки чем-то удивлен.

Тут другие хоспы, видимо, решили, что слишком много внимания уделяется их собрату, и, схватив меня кто за что, изо всех сил потянули.