И сгустился туман - Джули Си Дао Страница 15

– Не то чтобы он мне не нравился, – задумчиво отвечаю я. – Просто я всегда считала, что, когда в конце концов потеряю Мину, причиной тому станет мужчина куда более выдающийся, чем Джонатан.

– Ты ее не потеряешь. Возможно, с ее переездом в Эксетер вы не сможете видеться так часто, но, уверена, вы постоянно будете писать друг другу и ездить в гости. – Мама делает глоток ромашкового чая: в противоположность экзотичным вкусам супруга и дочери, она во всем предпочитает умеренность. – И позволь с тобой не согласиться. Да, Джонатан не из знатного рода, но ведь и Мина – девушка скромного происхождения. Он честен, образован и трудолюбив и от нее без ума. Вдобавок они знакомы не один год, почти как вы с Артуром. – Мама поднимает глаза на меня. – Все только и говорили, как красиво вы вчера танцевали. Мои приятельницы даже немного позавидовали, что ты ангажировала Артура на два вальса, тогда как их дочерям не досталось ни одного.

Я опускаю взгляд в чашку, вспомнив страх, кольнувший меня перед тем, как я убежала от Артура.

– Он такой застенчивый, – вполголоса говорю я. – Я считала его скучным, а оказалось, он просто стесняется.

– Я и не сомневалась, что ты ему нравишься. Какой мужчина устоит перед тобой? – Мама гордо фыркает, чем вызывает у меня улыбку. – Люси, ты ведь на меня не сердишься, правда?

– Сержусь? За что?

– За то, что отчитала тебя после того случая с американцем. У тебя сильный характер, и зря я ругаю тебя за то, на что ты не можешь повлиять.

– Не волнуйся, мамочка, все хорошо. Мне не следовало выгонять мистера Херста. – Я удрученно качаю головой. – Мистер Моррис явно не оценил моих усилий и, кажется, даже обиделся. Как ни горько мне признавать, но ты была права: излишняя прямолинейность в женщине отпугивает мужчин.

– Хотела бы я привести тебя в другой мир, милая, такой, где к открытым высказываниям женщин относятся с уважением. Увы, я не могу изменить общество с его правилами, – смеется мама. – В молодости я была очень на тебя похожа. Ты удивишься насколько. Однажды я плеснула шампанским прямо в лицо ухажеру.

– Мама! – восхищенно ахаю я.

– Не помню, что плохого он тогда сказал. Но в мокром сюртуке и с облитыми волосами выглядел нелепо. И, знаешь, помогло: больше он руку и сердце мне не предлагал.

– Моя правильная, благовоспитанная матушка! Жаль, я не застала твои молодые годы.

– И мне жаль. Тебе бы пришлась по нраву своевольная девчонка, мечтавшая сбежать с бродячим цирком. Тогда я грезила о жизни, полной приключений. – Мама снова смеется, но в ее глазах сквозит грусть. – Видишь, не такие уж мы с тобой и разные.

– Иначе и быть не может. Все женщины похожи, в любой стране и в любую эпоху. – Я кручу колечко с нефритом на пальце правой руки. На кольце вырезаны крохотные буквы: «Вань». Это имя, которым моя прабабушка пожертвовала, став супругой лорда Александра Вестенра и респектабельной английской леди. – Думаешь, Ванесса… Вань – единственная женщина в нашем роду, которая пережила настоящие приключения?

– Зависит от того, что понимать под приключением. Ей выпало нелегкое путешествие и множество испытаний в чужой стране. Но любовь и радость можно обрести и без этого, как случилось у меня с твоим отцом. – Мама берет меня за руку. – Люси, я должна попросить у тебя прощения кое за что еще. К сожалению, я никогда не была так близка с тобой, как папа. Знаю, ты могла поделиться с ним любыми переживаниями, и меня это очень радовало, особенно потому, что моему собственному отцу не было дела до моих тревог. После кончины папа я поклялась себе стать для тебя всем тем, чем был он, но, боюсь, я тебя подвела.

Моя свободная рука непроизвольно взлетает к медальону на шее. Будь Артур сейчас на противоположном конце комнаты, он бы сразу догадался, о чем мы говорим.

– Мамочка, не говори так. Я всегда видела от тебя лишь добро и любовь, и мне не в чем тебя упрекнуть.

– Знаешь, я увидела, как ты танцуешь с Артуром, и поняла, что ты совсем уже взрослая. – От печальной улыбки мама у меня сжимается сердце. – Буквально за один вечер ты превратилась в настоящую женщину и скоро перестанешь делиться со мной секретами. Ты станешь женой… и матерью.

Я улыбаюсь, чтобы скрыть ужас, охвативший меня, когда я представила у себя на руках мокрый кричащий комочек, скверно пахнущий, извивающийся, тянущий свои кукольные ручки, липкие и перепачканные, к моим волосам. Я и материнство? Я гоню от себя эту жуткую мысль и вновь вспоминаю взгляд Артура: вчера он смотрел на меня так, будто я уже ему принадлежу.

– Зачем заглядывать далеко в будущее? – говорю я. – Сейчас мы с тобой вместе, вдвоем. Давай оставим эту тему и будем наслаждаться настоящим.

– Потерпи меня еще немного. Не знаю, доведется ли нам впредь вести подобные беседы.

– О чем ты? – вскидываюсь я. – У нас с тобой впереди много-много лет.

– Я лишь имела в виду, что ты, возможно, вскорости переедешь в собственный дом, будешь жить вдали. А я не подготовила тебя должным образом к… роли жены, – произносит мама осторожно, как если бы босиком ступала по битому стеклу.

Я смеюсь:

– Неужто мы будем обсуждать это сейчас, когда вокруг столько народу? – Жестом указываю на портниху и ее учениц, которые заканчивают приводить в порядок наши платья. – Пускай я и невинна, мама, но все знаю. Знаю.

От облегчения утонченные черты мама разглаживаются.

– Мина тебе рассказала?

Я киваю, хотя немного лукавлю. Это я нашла в отцовской библиотеке ту книгу и показала ее Мине, а потом мы вместе хихикали над самыми интригующими пассажами, словно шкодливые пансионерки. Рисунки оказались весьма информативными, слегка жутковатыми и, если честно, возбуждающими. Содержание книги привело Мину в ужас, я же настаивала, что эти сведения нам необходимы, чтобы первая брачная ночь не обернулась для нас слишком сильным потрясением.

– И последнее, – говорит мама. – Как я уже сказала, в молодости я во многом напоминала тебя, но я рада, что отказалась от прежней жизни, когда вышла замуж за твоего отца. Самая большая честь для женщины – быть избранной в жены достойному мужчине и стать матерью его детей. Это наш долг, однако в нем можно черпать радость.

Я напрягаюсь:

– Отказалась от прежней жизни? От собственных талантов, веселого нрава и бойкого характера?

Мама смотрит на