Влада Воронова - Крест на моей ладони Страница 141

Я спустилась с трибуны и вышла из зала через царскую дверь. Последний раз. Журналистов, да и советников с министрами в этот маленький коридорчик не пустят. У меня есть короткая передышка.

За дверью конференц-зала бушует гвалт. И тут же обвальная тишина. Это поднялся на трибуну Соколов.

— Заявление царицы Хорсы стало неожиданностью, — сказал он, — но государыня успела прославиться нетривиальными поступками задолго до того, как стала правительницей Разноединного Царства. Так что нам пора бы и привыкнуть к сюрпризам. Даже к таким. — Он перевёл дыхание и закончил своё первое выступление в роли главы государства: — Выборы состоятся в срок. Уверен, что царица Хорса, подавая в отставку, подготовила всё необходимое для избрания преемника. Пройти регистрацию кандидаты в цари могут в течение пяти дней, начиная с этой минуты. Регистрация состоится в отделениях милиции по месту жительства. А теперь, уважаемые, всё, пресс-конференция закончена. Все вопросы и ответы завтра.

Опять гвалт, только теперь он перемещается в сторону общих дверей из конференц-зала.

Я улыбнулась. Получилось. Валерка — соединник, он сразу же понял: у нормального государства не может быть правителя с моей репутацией — предатель, разрушитель, палач. Соколов помнит, что для большинства людей «светлый волшебник» означает «добрый, умный и честный людь, которому можно верить». Знает, что власть хороша только выборная.

А выберут Валерку. Растерянные и ошеломлённые люди проголосуют за того, кто уверит их в том, что всё в порядке, все идёт своим чередом. Царём станет тот, кто среди паники и непонимания спокойно и твёрдо укажет, кому и что делать.

Тут всё правильно. Теперь осталось объясниться с друзьями, которых я бросаю в одиночестве, отправляю в самостоятельное плавание.

— Нинка, да как ты можешь?! — заорала Беркутова, едва я вошла из царского коридора в Малый зал совета.

— Государыня, — тихо сказал Иштван, — это ваша воля спаяла два мира в один, вы создали и Царство, и Чароостров. Почему же вы бросаете ваше творение на произвол судьбы?

— Потому что я не девяточница, и не собираюсь корчить из себя высшую силу, пусть даже и в масштабах одного острова. Царство должно быть полностью самостоятельным. Свободным от любых сотворителей.

— Нина, — дрогнувшим голосом проговорил Ильдан, — ты ведь предаёшь своё призвание.

— Это было моим призванием в волшебном мире. Но волшебного мира больше нет. А в единоцелом у меня будет иное предназначение.

— Какое?! — вскричал Ильдан.

— То, которому я обучилась ещё до того, как вошла в волшебный мир. Лингвистика. В ней нашлась область, которая стала для меня по-настоящему интересна. И работа, где я смогу заниматься именно этим разделом лингвистики, тоже есть. Завтра я буду работать уже на новом месте и в новой должности.

— Что ты несёшь?! — возмутился Каварли. — Ты заставила нас поверить в тебя, ты привела нас на этот путь. И бросила. Ты соображаешь, что предала нас?

— Да. Но иначе нельзя. Вы должны быть свободными, пусть даже пока и не решили, что со своей свободой делать. Так будет правильно. Не плохо и не хорошо, а именно правильно.

Остальные молчали. То ли поняли, что так действительно будет правильно, то ли сообразили, что всё равно меня не переспорят.

Я пошла к двери в общий коридор.

Створка за моей спиной захлопнулась сама. Тихий и чёткий щёлчок. Всё, обратной дороги нет. Теперь только вперёд. Как и всегда…

Я спускаюсь по лестнице во двор и едва заметно улыбаюсь. Отречение, скорые выборы и новая работа — не все новости на сегодняшний день. Есть ещё одна.

Я беременна.