Твоя игра. Начало - Попов Сергей Евгеньевич Страница 14

     Взгляд Валентина подсказывает Оле, что, наверное, сейчас не лучший момент расспрашивать его о чём-то, но тревога внутри неё говорит: подходящего момента может не наступить. И Оля решается.

     — Прости, если я некстати спрошу, но чего именно ты боишься?

     — Не надо притворяться, будто веришь мне, если тобой движет только любопытство, — Валентин отвечает не сразу, через паузу, глядя ей в глаза.

     Она понимает, что задала вопрос слишком в лоб, но чувствует свою правоту.

     — Ты не прав. Я тебе действительно верю, поскольку у меня есть причины верить, — говорит она твёрдо.

     Но Валентин не спешит открываться.

     — Значит, потом расскажешь нам об этих причинах? — он усмехается, чтобы скрыть свою растерянность.

     — Если не будет слишком поздно, — холодно отвечает она.

     — Хм, — снова усмехается Валентин.

     — А потом расскажешь ты. Договорились?

     — Договорились, — тон его серьёзнеет.

<p>

</p>

     Двери погреба выглядели тяжёлыми — толстые доски, покрытые железом.

     Александр и Евгений ощутили лёгкий ветерок, а вместе с ним слабый неприятный запах.

     — Чувствуешь? — спросил Евгений.

     — Да. Но это не из погреба.

     — В первый раз мы ощущаем здесь ветер, пусть и слабый. А запах… — Евгений поморщился. — Похоже на протухшее мясо.

     — Фу, отвратительно. Ну ладно, давай быстро проверим, есть здесь кто, нет.

     Александр наклонился, чтобы заглянуть внутрь погреба. Ничего не видно, кроме нескольких ступенек бетонной лестницы, спускающейся вниз, во тьму.

     — Осторожно, — говорит Евгений. — Не упади.

     — Да уж…

     Евгений становится рядом с Александром.

     — Не видно ничего, — замечает он.

     Александр посветил фонариком — лестница, уходящая вниз, кажется бесконечной: где она заканчивается, не видно.

     — Что за чёрт… — говорит Александр, переходя на шёпот. — Ты когда-нибудь видел подобное?

     — Нет, никогда… — рассеянно отвечает Евгений.

     Они явно ожидали увидеть обычный подвал с небольшой лестницей, упирающейся в земляной или бетонный пол, но никак не лестницу, уходящую в никуда.

     — Если честно, мне не хочется спускаться, — говорит Евгений, оценив ситуацию. — Даже если там есть кто-то.

     — Я тоже не горю желанием. К тому же это частная собственность — проблем не оберёмся, если залезем, — находит весомую причину для отступления Александр.

     С явным напряжением Евгений попытался приподнять дверь двумя руками.

     — Тяжеленная, зараза! — выдыхает он. — Кто бы её так ни откинул, он очень силён.

     — Но почему он убежал обратно вниз? — как бы сам себя спрашивает Александр.

     — Этого я не знаю. Да здесь никого нет, пошли.

     — Эй, есть кто? — кричит Александр вниз.

     Евгений вздрагивает. Потом отходит подальше от погреба. Ему явно неуютно, он нервничает.

     — Эй, ребята, что там у вас? — кричит Оля и тут же поднимается, чтобы подойти к разведчикам.

     Валентин не останавливает её. Но взгляд его красноречиво говорит: он знает — там что-то есть.

     — Только длинная-длинная лестница, — говорит Евгений, повернувшись к Оле.

     — Дайте посмотрю, — она заглядывает вниз.

     — Мда-а-а… Никогда такого не видела. Странно…

     — Не то слово, — соглашается Александр.

     — Ну, раз мы туда не лезем, идёмте дальше, — заключает Евгений.

     — Да, пошли.

     Они отошли на несколько метров, как позади раздался удар о камни второй откинутой двери. Все трое оборачиваются в испуге.

     — Эй, кто здесь? Нам нужна помощь! — кричит Александр и быстро бежит к погребу, на ходу включая фонарик.

     Он светит внутрь, но вдруг резко отступает, падает на спину, чудом не ударившись головой о землю.

     — Что за чертовщина?! — кричит он.

     Оля и Евгений подбегают к нему.

     — Что такое? Что случилось?

     На лице у него выражение недоумения.

     — Посмотрите… — указывает он фонариком на вход в погреб. Его рука дрожит.

     Сергей широко открыл глаза и сделал глубокий звучный вдох, словно его только что откачали, вытащив из воды; затем сел на кровати, жадно дыша. Он положил руку на грудь, чтобы чувствовать биение сердца. «Господи…» — выдыхает он, падает на подушку.