Зендикар: В Зубах Акума (ЛП) - Винтермут Роберт Б. Страница 12

- Полагаю, нам пора выдвигаться, - сказал Сорин.

Старый мерфолк встретился глазами с Ниссой и молча кивнул. – Благодарю Вас, - сказала Нисса, приложив руку к сердцу и поклонившись.

Каллид протянул ей ожерелье. – Путеводный камень тебе в дорогу, - произнес он. – Храни его. Он был вытесан из самой Башни Тайн.

- Благодарю Вас, друг мой, - повторила Нисса.

- Помни то, что я тебе сказал. И не забывай, что вампиры питаются кровью.

ГЛАВА 4

Они покинули Грейпелт на закате. В трех бросках камня от последней палатки, плато заканчивалось, обрываясь почти вертикальной скалой. Они разбили лагерь без костра у самой тропы, зигзагом петляющей вниз с края плато, исчезая во мраке каньона. В свете звезд, река на дне ущелья казалась длинным серым шрамом.

- Каньон Макинди, - сказала Нисса. – К сожалению, нам придется его пересечь.

Сорин и Ановон сели, опершись спинами о стволы молодых джадди, еще способных пополнить их запасы провизии здесь, на краю плато, где почва была по большей части сухой и неплодородной. Они распределили часы дежурства, и Нисса заняла место в развилке дерева. Последнее, что она запомнила, прежде чем погрузиться в сон, был крик грифона, охотящегося на ястребов в темноте над каньоном.

Нисса услышала шелест дождя задолго до того, как тот перешел в ливень, а вскоре на плато обрушилась буря, больно стегая путешественников крупными холодными каплями. Даже капюшон плаща Ниссы из шкуры бородавочника не мог защитить ее от дождя. Она промокла насквозь, и остаток ночи дрожала от холода. Но к утру ливень стих, и из каньона послышался басистое кваканье гигантских барабанных жаб.

Нисса разбудила остальных, как только первые лучи восходящего солнца коснулись ночного неба, и к рассвету они были готовы к спуску, стоя у начала тропы в холодном влажном воздухе, пытаясь дыханием согреть озябшие ладони. Каньон Макинди был все еще погружен во мрак. Где-то далеко внизу виднелось мерцание костра. Сорин задумчиво разминал окоченевшие ступни. Нисса откусила кусок жесткого сухаря, размышляя о том, какую зверушку Ановон сожрал последней, и которая станет его следующей жертвой. Археомант взвалил рюкзак с провиантом на спину, застегнув ремни на груди и пояснице, прежде чем протянуть запястья для очередного связывания.

Они двинулись вниз по крутой тропе из мокрых, скользких камней. Дважды Ановон оступался, и едва не вываливался в каньон, но Нисса всякий раз хватала его за рюкзак и втаскивала обратно.

В какой-то момент тропа стала настолько крутой, что Ниссе пришлось достать из поклажи веревку. Разматывая ее, она мельком взглянула на амулет, подаренный ей Каллидом в тот день, когда она впервые пришла в Криволесье. Это была крошечная бутылочка с зачарованной водой из Иорских руин на дне Стеклянного Озера. Единственного значительного источника пресной воды в Акуме, одной из святынь кóров.

На ее глазах, жидкость в бутылочке начала пузыриться, предупреждая о грядущей опасности. – Великий Вал! – Выкрикнула она. – Держитесь.

Все еще сжимая моток веревки, Нисса метнулась к невысокому дереву и едва успела коснуться его, как начались первые толчки. Она бросилась к сплетению обнаженных корней и судорожно принялась привязывать ремни своего снаряжения веревкой к ближайшему корню.

Она успела заметить, как Ановон вцепился в другое дерево, и в следующее мгновение Великий Вал обрушился во всей своей силе, и Нисса уже не могла разглядеть ничего. Каньон под ними выгнулся, подобно исполинскому ковру, усеянному иглами далеких крошечных сосен. Земля брыкалась, словно испуганная лошадь, Ниссу швырнуло на корни дерева, и она прикрыла голову руками, стараясь защититься от толчков почвы, дикого воя ветра, и раскалывающихся валунов. Нисса слышала, как камни стонали и начинали лопаться повсюду вокруг, и в следующий миг Великий Вал прекратился, столь же внезапно, как и начался. В одно мгновение стоял оглушительный свист вихря; в следующее, поднятые в воздух булыжники, рухнули вниз, скатившись с края плато в каньон.

Вскоре грохот камнепада утих, а вместе с ним стих и звон в ушах Ниссы. Она отвязалась и выползла из-под чудом устоявшего дерева. В воздухе пахло сырым древесным соком. Нисса осмотрелась по сторонам. Старые деревья стояли на месте, а молодые были либо вырваны с корнем, либо разломаны на куски, либо скручены в странные спирали, напоминая ей кошмарные щупальца порождений.

Нисса пережила много Валов, но в последнее время каждый последующий был хуже предыдущего. Этот, правда, был довольно умеренным. Однажды в Криволесье, после Великого Вала она очутилась в кроне дерева.

Но не в этот раз. Тропа была разбита, и выложенные пирамидками камни, отмечавшие резкие спуски, были разметаны по всему каньону. Ей понадобилось некоторое время, чтобы осознать произошедшее: Великий Вал вырвал из земли каменную глыбу, и та теперь парила в воздухе. То и дело было слышно, как камни срывались с ненадежных склонов и летели на дно ущелья.

Вампир и Сорин, вспомнила она. Их нигде не было видно. Она осмотрела свежие груды камней. Если они попали под обвал, им конец. Нисса подняла взгляд на кусок парящей в воздухе земли. Они могли быть и там. Она взглянула вниз. Далеко, на дне каньона Нисса разглядела две черные точки. Ей стоило поторопиться.

С помощью посоха ей удалось быстро спуститься на дно ущелья, но это все равно заняло у нее около часа. И, несмотря на всю ее прыть, Нисса добралась до своих спутников лишь второй. Шестипалое существо уверенно перелазило через каменные завалы, его длинный скрученный хвост венчался жутким жалом. Его рот состоял из клешней, между которыми виднелся мохнатый хоботок. Великий Вал часто привлекал ущельных копателей. Это были не более чем падальщики, и все же… Ниссе повезло, что он был один. Она подошла ближе к двум бездыханным телам. Ущельный копатель остановился, раскрывая и сжимая клешни, длиной с руку эльфийки. Еще шаг, и сражения будет не избежать. Эти гигантские насекомые обладали очень сочным мясом. Поговаривали, что ущельные копатели на вкус были похожи на крабов, но Нисса никогда не ела ни тех, ни других, стараясь не употреблять в пищу то, что при жизни питалось разлагающимися трупами.

Нисса провернула посох в руке, обнажив из его ножен стеблевой меч. Копатель почувствовал угрозу и встал на задние лапы. Так он прошел пару шагов, рассчитывая вонзить в эльфийку свои острые клешни, но Нисса отшагнула в сторону, и удар падальщика пришелся на голые камни. Существо поднялось и атаковало вновь, но Нисса шагнула в другую сторону, и клешни копатели снова со скрежетом обрушились на камни. Спустя еще три попытки, насекомое развернулось и ретировалось прочь.

Нисса бросилась к основанию каменной насыпи, к телам своих компаньонов. Оба они были покрыты ссадинами и царапинами, но Ановон уже пришел в себя. Он видел, как она подошла, но не пытался пошевелиться. Нисса с тревогой заметила, что его руки были развязаны. Зачем она им вообще помогает? Почему бы ей просто не повернуться и не уйти домой. Ее здесь ничего не держит.

- Ты ранен? – спросила Нисса.

Странные глаза Ановона холодно взирали на нее из-под обвала.

- Ты ранен? – повторила она.

- Этот еще не очнулся, - проговорил вампир, небрежно кивнув в сторону Сорина.

- Он…? – Нисса запнулась, вдруг вспомнив остывшее тело Хибы у себя на руках.

- Мертв? Не думаю.

Нисса подошла ближе, не выпуская из периферийного поля зрения развязанного вампира. Она поднесла ладонь к губам Сорина и почувствовала его слабое дыхание.

- Живой, - сказала Нисса, размахнулась и звонко шлепнула Сорина ладонью по щеке. Его глаза распахнулись, а верхняя губа обнажила тонкие резцы зубов. Он метнул свирепый взгляд в сторону Ниссы, и она непроизвольно сделала шаг назад. В следующее мгновение Сорин узнал ее, и мышцы на его лице расслабились.

- Эльфийка, - пробормотал он. Его золотые зрачки заметно отличались по размеру, а на лбу проступил пот. Когда он повернул голову, над его ухом была явно видна крупная шишка. – Всего лишь эльфийка.