Маленькое одолжение. Продажная шкура - Джим Батчер Страница 116

– Да ну? – восхитился я. – И где же?

– Признаюсь, мне это совершенно безразлично, главное, чтобы меня не видели в вашем обществе, пока на вас этот костюмчик с чужого плеча.

По спине моей побежали мурашки. Я чуть повернул голову. Выходящие на задний двор Карпентеров окна были задернуты занавесками и шторами, но не плотно. Горевший на кухне свет превращал их в зеркала. Что находится за ними, я не видел.

– Так что же мы решим, Дрезден? – поинтересовался Никодимус. – Дадите ли вы мне гарантии свободного прохода для беседы? Или мне приказать моим людям открыть огонь по той милой юной леди у раковины?

Я покосился через плечо на мывшую посуду Молли. Она, разумеется, тоже искоса наблюдала за моим телефонным разговором, хотя и старалась этого не показать.

Вряд ли мне удалось бы предупредить кого-либо прежде, чем люди Никодимуса открыли бы огонь, – и я верил, что они там действительно находятся. Возможно, в домике на дереве. Оттуда открывается неплохой вид на кухню.

– Ладно, – произнес я громко, чтобы слышали все. – Я даю вам гарантии свободного прохода. На десять минут.

– В надежде на смерть? – предположил Никодимус.

Я оскалил зубы в улыбке:

– При таких ставках кому-нибудь обязательно придется.

Он снова рассмеялся:

– Сохраните содержание этого разговора между нами, и это будет не кто-либо из находящихся у вас на кухне.

В трубке послышались гудки.

Мгновением спустя кто-то постучал в дверь.

Рычание Мыша разнеслось по всему дому, хотя он оставался в гостиной.

– Гарри? – спросил Майкл.

Я нашел свои башмаки и сунул в них босые ноги.

– Я выйду поговорить с ним. Следите за нами, но не предпринимайте ничего, если только он не начнет первым. И следите за тылами. Прошлый аналогичный разговор с ним был отвлекающим маневром. – Я встал, накинул плащ и взял свой посох. Потом посмотрел Майклу в глаза. – Следите за тылами.

Майкл чуть заметно кивнул. Потом взгляд его скользнул поверх моего плеча, на окна.

– Будьте осторожны.

Я достал из кармана браслет-оберег, застегнул его на запястье и поморщился, когда маленькие серебряные щиты царапнули по старым ожогам.

– Вы меня знаете, Майкл. Я всегда осторожен.

Приблизившись к входной двери, я выглянул в окно.

Уличные фонари не горели – все, кроме одного, напротив дома Майкла. Никодимус стоял посереди улицы. Длинная темная тень протянулась от него по снегу в направлении, прямо противоположном тому, куда ей полагалось бы падать, исходя из положения источника света.

Мыш подошел и решительно остановился рядом со мной.

На мгновение я положил руку на мощный загривок моего пса, вглядываясь в темноту. Я не увидел ничего – что, разумеется, ничего не означало. В темноте могло скрываться все, что угодно.

Но единственное я знал точно: где-то там находится маленькая напуганная девочка.

– Идем, пес, – сказал я Мышу и шагнул на снег.

Глава 37

Снова начался снегопад. Пять или шесть дюймов снега нападало с тех пор, как кто-то в последний раз чистил дорожку от крыльца Карпентеров. Снег под подошвами моих башмаков звонко хрустел в ночной тишине. Должно быть, мои шаги было слышно в соседнем квартале.

Никодимус ждал меня в том же небрежном, но стильном наряде: темно-зеленой шелковой рубашке и черных брюках. Он стоял, наблюдая за нашим приближением, с нейтральным выражением лица, чуть прищурив глаза.

Я поежился, когда меня коснулось дыхание холодного ветра, и мои усталые мышцы едва не отказались повиноваться мне. Черт подери, ведь это я вроде бы работаю на Зимнюю Королеву. Так какого черта кому-то другому куда уютнее, чем мне, в этом эпицентре метели?

Я остановился у калитки Майклова палисадника и уперся посохом в снег. Некоторое время Никодимус молча смотрел на меня. Тень подвинулась, закрыв его лицо, так что его выражения я почти не видел.

– Что, – негромким, убийственно-ледяным тоном произнес он, – это?

Мыш пристально посмотрел на Никодимуса и испустил рык, такой низкий, что вокруг него взвились с земли снежные хлопья. Мой пес оскалился, выставив на обозрение свои белые клыки, и зарычал громче.

Адские погремушки! Я никогда не видел, чтобы Мыш реагировал так на кого-либо, если не считать серьезного боя.

И похоже, Никодимусу Мыш тоже не очень понравился.

– Отвечайте на мой вопрос, Дрезден, – негодующе сказал Никодимус. – Что это такое?

– Мера предосторожности. Чтобы не увязнуть в снегу, – пояснил я. – Он учится на сенбернара.

– Прошу прощения? – не понял Никодимус.

Я сделал вид, что прикрываю одно из ушей пса рукой.

– Только не говорите ему, что на самом деле