Цена звёздной пыли - NBRAINH Страница 114

в разные стороны — Макдональд вошёл в ворота своего замка, а Джон Уильям Харлайл, наконец получивший ответы на вопросы, что не давали ему спокойно спать последние месяцы жизни, медленным и уверенным шагом, направился к личному космопорту торговца, где был припаркован его корабль. Это был последний раз, когда они разговаривали. По крайней мере, в этой жизни, и в этой вселенной.

Ведь не было никакого смысла встречаться ещё раз, до исполнения плана. Это бы привлекло ненужное внимание, и вполне возможно, стало бы тем самым, первым камнем, брошенным в окно замороженной новостройки, после которого, как правило, всегда вылетают все остальные, стёкла. И они оба знали, что к тому моменту, как наследие короля торговли — перейдёт в активную фазу, его увидит только один из них. И это будет вовсе не Ричард Тарталл Макдональд.

Два человека, обуздавших собственную судьбу, шагнули в намеченное ими, будущее. И вместе с ними, в новую эру шагнуло и человечество, хоть само оно, даже и не догадывалось об этом. Как и сам Ричард Тарталл Макдональд — не мог и помыслить о том, во что в конце концов, выльются его собственные деяния. Но, разве не в этом и заключается смысл жизни? Упоминания о короле торговли рано или поздно сотрутся из воспоминаний обывателей республики, но его мысль уже никогда не покинет этот мир, подвергшийся изменению, во имя прогресса.

Может быть, к тому времени, как план Ричарда войдёт в свою завершающую фазу, республика уже вообще перестанет существовать, а разрозненное человечество — вновь разбежится по сотням маленьких государств, лишь мечтающих о покорении космоса. И вполне вероятно, будет заново переписана новая история, где официальные даты заметно шагнут назад, или вперёд, в угоду соответствия с действительностью. Кто знает? В конце концов, нет ничего более цикличного, чем развитие поколений, чьи судьбы разделяют века. Всё это мы уже наблюдали в те далёкие времена, когда человек как вид, уткнулся лбом в очередной тупик собственного развития.

Об этом остаётся судить лишь тем, кто спустя долгие годы откроет переплёт этой рукописи, и сможет сравнить текущее положение дел, с описанным на страницах.

Если всё ещё будут те, кто сможет её прочитать, и осмыслить прочитанное.