Андрей Кощиенко - Студентус вульгарис Страница 110

— Делать? Это я тебя хотела спросить — что теперь делать? Добавлю, что и наш сын, взял себе сестру в качестве подражания. Стефания Терская, похоже, сейчас полностью занимает голову Диния. По крайней мере, она первая, во всех списках его приглашённых. А назад она отвозит Аальсту письма, которые ей даёт Сю. Конечно, можно подумать, что он приглашает её по просьбе сестры, что бы та поработала письмоносцем… Но достаточно один раз увидеть как он на неё смотрит, что бы подобные мысли выветрились из головы.

— Ничего себе! — присвистнул император, — ты думаешь, что он и его…тоже?

— Я хочу узнать, что по этому поводу думаешь ты! Ты ведь император!

— Хм… — в задумчивости взялся рукой за подбородок Хайме, — но тогда… если бы это было так, то Диний бы дружил с Аальстом, а не с Терской… Не так ли?

Императрица, соглашаясь, кивнула.

На секунду воцарилась тишина.

— Вполне возможно, что просто пришло время, — сказала Анжелина, чуть слышно при вздохнув, — дети выросли…

— Ты этим расстроена?

— Ещё вчера они были такими милыми карапузами. Слушались. А теперь — целовать их, видите ли нельзя, обнимать, тоже — нельзя. И вообще — мама не приставай с нежностями! Диний так вообще, бывает порою такой противный! Так бы и дала ему! Это он в тебя пошёл. Вредностью.

— Конечно, в кого же ещё, — хмыкнул император, — что ж, видно мальчик вырос. Тут уж ничего не поделаешь… Но мне кажется, ты опечалена не только этим. Ты недовольна их выбором?

— Знаешь, — после паузы произнесла императрица, — я всё-таки думала, что мозгов у них будет больше. Ну, Сюзанна ладно — девочка увлекающаяся, но Диний! Эта Терская! Четверо сестёр, захудалый род — как говорится, ни кола ни двора! В столице столько красавиц, отцы которых совсем не чета её отцу. Нет! Выбрал! Провинциалку…

— Да… Пять дочерей — это страшно. Но дорогая! В нашем случае приданое невесты не играет особой роли…

— Ты понял, о чём я говорю! О положении и весе в обществе. Одно дело породнится с теми же Валуа, или Берге например, другое — с каким-то малоземельным бароном. Случись что, кого он на помощь Динию пришлёт? Дочек своих, что ли?

— Что случись? — прищурил глаза император.

— Ах, оставь! Ты прекрасно всё понимаешь, о чём я говорю!

— Но мне по-прежнему кажется, что это не основной её недостаток… Не так ли? Ты же никогда мелочной не была.

— Да, не была. А теперь — стала! Я вообще не уверенна, что эта пигалица его любит!

— Так вот оно в чём дело! Ну, так бы сразу и говорила, а то мутишь мне тут воду — Берге, Валуа! Обычная материнская ревность. То же, что и было, когда мы первого женили. Вспомни. Ничего, все живы.

— Это ты тогда настоял! Потакал ему во всём! Вот и результат! А она его не любит!

— Что, совсем?

— … Ну… может чуть — чуть…

— Анж, не сходи с ума. Найти ту, которая будет любить твоих детей, больше чем ты, или хотя бы так же — это невозможно. Ты же понимаешь…

— Я просто хочу, что бы наши дети были счастливы…

В глазах императрицы блеснули слезинки.

— Ты считаешь, что их выбор ошибочный?

— …

— Так или не так?

— Терская — это точно, ошибка.

— Хорошо. Давай тогда устроим им испытание.

— Какое?

— Лишим их возможности видеть друг друга. И тех и тех. Пройдёт с полгода, а там посмотрим, насколько сильны были их чувства. Может, всё решиться само собой.

— Лишать детей первой любви? Как ты можешь!

Император медленно втянул полную грудь воздуха, и так же медленно выдохнул.

— Что. Ты. От меня. Хочешь? — с выражением абсолютного покоя и умиротворения на лице спросил он, обращаясь к супруге.

Полный набор

— Он «тёмный» маг, — хмурясь, прислонившись спиною к стене и скрестив на груди руки, сказала Вилента, — ошибки быть не может. Он был в чёрной мантии.

Эста, с задумчивым видом поводила под губами языком по зубам и «цикнула» уголком рта, никак не прокомментировав это сообщение.

— Взял? — спросила она.

— Да, — подтверждающе кивнула Вилента, — но только гитару и кинжалы. От денег снова отказался.

— От двадцати тысяч?

— От двадцати.

— Крассссавец…

— И что теперь делать?

— Подождём. Денег больше не предлагать. Гордый? Пусть сидит так. Может, быстрее «созреет». А то, что он «тёмный»… это нам только на руку. Значит, что как бы он там от нас не бегал, всё равно ему никуда не деться. Придётся ему с нами пообщаться…

В комнате на несколько мгновений воцарилась тишина.

— Темный… — после задумчивой паузы, медленно произнесла Эста, — если подумать… у Этории собственный тёмный маг… Какие неожиданные перспективы…

— Он не только тёмный, он вообще — «радужный»!

— Да, я читала твой доклад, — кивнула Эста, — отличная работа. Наконец-то у нас появился источник информации. Во сколько это обошлось?

— Немыслимо дорого. Пятнадцать золотых. За каждое открытие рта информатор требует денег. Мне ещё не удалось собрать полное досье. Рука не поднимается тратить такие деньги.

— Что ж, — вздохнула Эста, — придётся платить. Он будет теперь постоянно давать информацию?

— Если будем платить, то да.

— Хорошо. Будем платить.

— А что нам делать с его призывами? Его же поймают! Он ведь не знает, что Белый Орден следит за появлением иномирных сущностей!

— Хм… Два варианта. Первый — подождать пока его схватят, осудят, выгонят из гильдии, а затем спасти. Но! Сможем ли мы его выдернуть из лап империи целым и невредмым? Сейчас, когда мы лишились практически всех шпионов… сделать это будет весьма непросто… Очень рискованно. И сами можем «подставиться». А второй вариант — предупредить его об опасности, оказать услугу и положить тем самым начало сотрудничеству. Донести до него мысль, что мы не желаем ему зла… Пожалуй, это будет сейчас самым правильным.

— Но тогда мы признаем, что следим за ним. Как ему это объяснить, если спросит?

— Ммм… допустим как вариант — сказать, что коль он тёмный маг, то мы взяли своего будущего «повелителя» под охрану, — при слове «повелитель» Эста усмехнулась, — и будем теперь всегда его охранять… Тогда и прятаться не нужно будет. Можно вообще придумать и рассказать ему историю про то, что тёмные маги, ещё со времён «древних», являются нашими «господами» и мы тайно, от всей империи, боготворим их и выполняем все их прихоти и желания…

— Все, — многозначительно выделила голосом слово Эста, приподняв брови, — ты меня понимаешь?

— Попробовать сыграть на честолюбии? — заинтересованно спросила Вилента, — хм… интересный вариант. Вполне может получиться. Только вот… У него ведь есть учитель. Да и так… может ещё у кого-нибудь спросить. В университете найдётся у кого. Узнает, что про такое никто и никогда не слышал — поймёт, что мы его обманули.