Тени Овидии - Нилоа Грэй Страница 11

Не переживай, сестра. Мы все сделаем, – легкий шепоток пролетел над головой девушки, и тени исчезли. И в этот момент место внутри нее – то самое, которое открывалось всем ветрам, когда сестры покидали ее тело, заполнилось.

– Надеюсь на это, – успела проговорить Овидия и тут же провалилась в сон.

Воспоминание II

22 июля 1843 года.

Винчестер, Англия.

Из всех дней недели больше всего Овидия любила субботы. В этот день они с отцом и Жанеттой отправлялись куда-нибудь загород, чтобы провести время на свежем воздухе. Та суббота тоже была такой. Небольшой парк в Винчестере полон людей: погода как на заказ.

Овидии нравилось это оживление. Приятно было болтать с папой и Жанеттой, а параллельно здороваться со знакомыми: Чувствительными и Нечувствительными друзьями ее отца. Несмотря на то, что они уделяли больше внимания ему, чем ей, Овидия чувствовала себя особенной. А в эту субботу тем более. Ведь ей исполнялось девятнадцать – важная веха, означавшая в Обществе начало взрослой жизни и последних двух лет обучения. Так что на этот раз субботний пикник был праздничным. Там были торт и подарки: отец подарил Овидии простой серебряный браслет и пару книг. Хороший длинный день. К моменту, когда они вернулись домой, на Винчестер уже опустилась темнота, а через приокрытые окна в комнаты залетал свежий ветерок.

Овидия была у себя и уже собиралась задуть прикроватную свечу, чтобы лечь спать, когда послышался тихий стук в окно. Девушка в изумлении обернулась, чувствуя, как Фесте и Вейн, выпорхнув из нее, бросились к окну.

Ведьма Земли, сестра.

«Шарлотта».

Овидия выглянула наружу и увидела подругу, которая сидела в саду, накрывшись плащом.

– Как, черт возьми, ты выбралась из дома? Уже почти полночь!

– Все вопросы потом! И потише, я тебя умоляю. Хватай плащ и спускайся, поехали!

Будто ища подсказки, Овидия взглянула на свои тени. Они улыбались.

Схватив плащ в одну руку и свечу в другую, Овидия побежала вниз по лестнице, чувствуя, как тени весело летят следом.

Привычным движением руки, не прикасаясь к двери, Серая Ведьма приказала ей открыться. И холод осенней ночи, а вместе с ним и Шарлотта, обняли ее.

– Что ты здесь делаешь?

– С днем рождения! – прошептала Шарлотта. – Как насчет ночного ритуала?

Овидия улыбнулась. Но Фесте было совсе не улыбок. Дрожа от страха, она вцепилась в ногу хозяйки. Лететь куда-то в ночь ей, кажется, не хотелось совсем.

– Вернитесь на место, – проговорила Овидия, улыбаясь. – Прямо сейчас. Ну-ка!

Хорошо, сестра, – шепнули тени.

Ведьма Земли взяла Овидию за руку, и девушки направились к пригородным полям, в сторону от Академии. Лунный свет и Шарлотта, чья связь с природой делала подобные вылазки безопасными, были хорошими проводниками. Так что поляну, где совершались их традиционные ночные ритуалы, они нашли быстро и без труда.

На месте для костра в центре поляны спали остывшие угольки. Обменявшись улыбками, Шарлотта и Овидия встали друг напротив друга с противоположных сторон от кострища. А потом подняли руки и принялись бормотать:

– Игнис, вени ад нос. Игнис, вени ад нос.

Из девичьих ладошек пошел слабый оранжевый свет. И в тот же момент мертвые угольки загорелись ярким пламенем. Оно было таким жарким, что Овидии пришлось снять плащ и остаться в одной сорочке, ощущая прохладу косички спиной. Шарлотта тоже скинула верхнюю одежду и распустила длинные черные волосы.

Девушки обменялись взглядами и кивнули друг другу.

– О, мать Земля, о, сила мира, что горит между нами, мы благодарим тебя за то, что ты помогаешь нам чувствовать себя живыми! Одари нас еще раз своим благословением! И мы будем вечно поклоняться тебе!

Овидия встряхнула плечами, выпуская тени, и в следующее мгновение те повисли за ее плечами в позах защитниц, внимательно наблюдая за Шарлоттой. По мере того, как сила Ведьмы Земли прибывала, поляна заполнялась яркими белыми цветами.

Девушки принялись двигаться по кругу, танцуя и напевая. Ночь все плотнее окутывала их, а горячие языки пламени осыпали их тела теплыми воздушными поцелуями.

Эти ритуалы успокаивали Овидию. В такие минуты она могла отпустить себя и забыть обо всех заботах. Прыгать, кричать, танцевать, и снова кричать, – до тех пор, пока в сладкой истоме не упадешь без сил и без голоса, чистая и обновленная.

Необычно было танцевать на глазах у теней: вопреки обыкновению, Вейн и Фесте были рядом на протяжении всего ритуала. Но неудобства это не вызывало. В ту ночь Овидия как никогда раньше чувствовала себя с ними в ладу и безопасности. И даже Шарлотта призналась, что испытывает то же самое.

Закончив действо, девушки уселись плечо к плечу, тяжело дыша и вытирая капли пота с разгоряченных лбов.

– Знаешь, – начала Овидия, ощупывая руками виски, к которым прилипли влажные от пота волосы. – Мне всегда было интересно, что за сила таится в огне.

Шарлотта нахмурилась, хмыкнула.

– Что ты имеешь в виду?

Овидия провела руками по голове. От косички после ритуальных танцев не осталось и следа. Спутанные каштановые локоны рассыпались по плечам.

– Понимаешь, когда я сижу с кем-то у костра или камина, я могу говорить о чем угодно, не боясь, что меня осудят, – сказала она меланхолично. – Такого больше никогда не бывает.

Шарлотта обняла подругу, и та уткнулась лбом ей в плечо.

– Я понимаю, о чем ты говоришь. Но почему ты сейчас об том спросила? Есть повод?

Овидия помолчала, собираясь с мыслями.

– С тех пор как появились они, – обе девушки обернулись в сторону теней, шушукающихся в сторонке о чем-то своем на языке, который не могла понять даже Овидия. – С тех пор я много думаю о том, как устроена моя сила, в чем ее природа. Иногда я думаю, что они пришли из какого-то другого мира, другого измерения. Я никогда не слышала, чтобы у кого-то были бы похожие «друзья». Что ты скажешь?

Шарлотта отстранилась от подруги, усевшись так, чтобы было удобнее смотреть ей в лицо.

– Скажу, что раз ты задаешь такой вопрос, значит, на самом деле веришь в это, просто ищешь подтверждения, – заявила Ведьма Земли, и глаза ее засияли еще ярче.

– Ты помнишь, что сказала, когда я впервые показала их тебе?

Шарлотта кивнула.

– Я сказала, что они очень темные. Иногда настолько, что растворяются в темноте.

– Именно, – заявила Овидия,