Безумные сказки Андрея Ангелова (СИ) - Ангелов Андрей Страница 107

Дрова прогорали в камине, в обнимку с книгой. Демон щурил зеленые гляделки.

— Но взамен ты взял у меня нечто большее, чем эти драные материальные блага, — с горечью подытожил аристократ. – Так что, пошёл ты… — он сплюнул в огонь, потом цыкнул слюной в сторону демона, три раза перекрестил себя, и удалился из залы.

— Я как раз собрался валить, — пробормотал гость. – На обед…

Демон споро поймал Барина в другой комнате. Схватил его за грудь. Рука резко удлинилась и толстой змеёй влезла в горло аристократа. Помещик попытался возмутиться. Не получилось. Даже хрипеть и кашлять не смог. А забился в судорогах, беззвучно.

— Опять, чёрт возьми, намазался раствором! – недовольно зашипел демон, ворочая рукой в горле дворянина. — Чесноком от тебя несёт, как от охотника за вампирами… Дьявол тебя забери. – Он ощутимо встряхнул жертву, насаженную шеей на руку, и стал её (руку) вытаскивать. Изо рта Барина показалась белесая борода… потом белесая голова… и руки, ноги, тело… Стук — рухнуло на пол физическое тело дворянина.

— Вот так-то, — демон крепко держал за бороду полупрозрачную копию Барина. Душа в оторопи моргала белесыми глазками.

Пришелец из ада покрепче перехватил добычу и направился домой. Душа волочилась за ним по паркету, суча белесыми ножками. В тишине.

— Сегодня я отлично поужинаю, — демон подошёл к камину и щелкнул пальцами. С мерцающих углей тотчас стали подниматься книжные листки.

Восставая из пепла, они взлетали и опускались в демоновскую ладонь. Спустя минуту, гость из преисподней растворился в темноте за порогом, откуда и возник. Зажав обед в одной руке, а подружку в другой.

2. Исследователь женского начала

Как известно, люди делятся на самцов и самок. Они встречаются, влюбляются и женятся. Не всегда, но иногда такое происходит. Затем у парочек могут родиться дети. В появлении детей самец играет чисто номинальную роль. Главная тут – самка, она носит ребёнка в животе, даёт ему жизнь, потом растит и воспитывает… Зачастую – одна.

Самец (если не женат), исполнив возложенную природой детородную миссию, в большинстве случаев исчезает в неизвестном направлении. Но не будем о грустном…

Защитой и охраной женского здоровья занимается множество специалистов, не последнее значение здесь имеют и врачи-гинекологи. Наш главный герой – Андрей Васильевич Бутербродов, был как раз таким доктором.

Андрею Васильевичу намедни стукнуло тридцать лет. Он обладал высоким ростом, хорошим сложением, симпатичным лицом, бархатным голосом и большим половым членом. Любил тратить деньги в непомерных количествах, однако «капуста» у него в огороде особо не росла, поэтому любовь оставалась не взаимной. Врач жил в скромном домике из двух комнат, выращивал картошку и помидоры, днём занимался своей непыльной работёнкой, а по вечерам мечтал… В свободные дни смотрел науч-поп и собирал редкие книжки. Завистью не страдал, мозг себе не выносил, был ровен и лёгок нравом. Женщинам нравился, но дальше случайных половых связей доктор сознательно не шёл, несмотря на дикое желание провинциальных любовниц заполучить его в мужья. А ещё была Юлька – соседка врача. Помимо неё – доктор имел двух верных друзей, — заместителя прокурора и бизнесмена.

На работе, в городской поликлинике, Андрея Васильевича ценили, как классного врача, без признаков маньяка и сексуального неудовлетворёнца. Копаться в женских письках, конечно, не очень приятно, — однако многие мужчины считают наоборот. Время от времени Бутербродов брал мелкие взятки или подрабатывал «левыми» абортами. Так вот и жил…

* * *

В одну из сентябрьских пятниц Андрей Васильевич находился на рабочем месте в своём кабинете. Он только что заработал очередную взятку, помыл руки с мылом, и сел за стол. Взяткодатель – толстая баба, с пышной белокурой причёской и при густом макияже, с торчащими грудями, одевалась за ширмой.

Доктор тщательно ковырялся в карточке, не менее тщательно, чем пять минут назад он ковырялся между ног пациентки. Когда баба оделась, то врач заверил, что её женские органы здоровы и вкусно пахнут, и предупредил, что не нужно давать директору местного супермаркета по причине его природного сволочизма. Мол, от сволочей появляются сами-знаете-какие дети. Получил от дамы конвертик с баблом, вежливо улыбнулся, нежно пожал пухлую ручку:

— До свидания, Жаннетта Петровна! Через три месяца с удовольствием вас опять осмотрю.

— Ах, Андрей Васильевич! – закатила дамочка маленькие карие глазки. – Вы такой толковый доктор! Просто феерия… ах! – она величаво удалилась.

Гинеколог открыл окно и закурил, рассеянно вглядываясь вдаль. Там, на горизонте, сияющий дворец весело тянул свои башенки вверх. Во дворце сидел обаятельный плотный человек. Звали его Артём Барин – пра….внук аристократа из XVIII века. Он был человеком не бедным и прекрасной души. Ч/ю, в отличие от предка, у него было так себе, бороду не носил. Миллионер, сделавший большие деньги сам, с нуля. Трудоголик. Честный муж. Намедни бизнесмен закончил дело жизни, и звонил своему верному другу Бутербродову, дабы поделиться радостной новостью.

— Бу, я сегодня завершил реставрацию усадьбы, — бойко говорил Барин, держа у уха телефонную трубку. – Наследие мрачных веков…. Оказывается домику двести пятьдесят лет, был построен при Екатерине Великой. Даже библиотека сохранилась, представляешь.

— Очень рад! – искренне ответил врач в мобильник. – Я могу тебе чем-то помочь, кроме морального восторга?..

— Да, — усмехнулся бизнесмен. – Завтра к десяти утра жду тебя здесь. Отметим событие. Для узкого круга лиц. Шашлыки делаю. Коньяк, вино, пиво… Кстати, у меня для тебя сюрприз.

— Нашёл мне снова жену? Или всё же решился купить мне клинику? – с любопытством спросил Бутербродов.

— Слушай, какого хрена ты меня достаёшь?.. — вспылил верный друг.

— Проехали, — беззаботно зевнул доктор. Он выкинул окурок, прикрыл окно, вернулся к столу. Сел, закинув ногу за ногу. – Так что за сюрприз?

— Узнаешь, — осклабился бизнесмен. – На месте. Завтра, в десять утра.

* * *

Следующей пациенткой стала согбенная девушка лет семидесяти пяти. С клюкой. Проковыляла к столу, села. Насуплено глянула на симпатичного врача, повела бровями. От взгляда стало не по себе. Висела пауза.

— Мне нужно стелать аборт, — наконец, просипела старуха, сверля чёрными очами специалиста. – Вы можете помочь?..

Бутербродов для приличия моргнул. Чуть улыбнулся. Правила игры диктуют пациентки, и в ступор впадать нехорошо.

— Да, могу, — наклонил голову в согласии Андрей Васильевич.

Старуха не отводила пристального взгляда. А здравомыслие врача лихорадочно искало выход из ситуации:

— Скажите… какой срок?..

— Ась?.. – бабка выставила вперёд морщинистое ухо. Отвела прядь седых волос, чтобы лучше слышать.

— Как же вы умудрились в столь почтенном возрасте?.. – напел врач себе под нос. Риторически.

Еле слышную риторику услышали. В отличие от явно сказанной конкретики. Иногда так бывает у старух с крюками.

— Внучка у меня, за тверью жтёт, — виновато улыбнулась бабка. — Пошшупаете?.. Она у меня стеснительная. – Старушенция резво проковыляла к дверям кабинета: — Эй, Любаня, захоти!

 В кабинете появилась девушка. Приятная такая. С косами и веснушками.

— 160 рост, вес 60-62... Бёдра несколько широковаты, живот чуть-чуть округлён,  залетела недели три назад… судя по комплекции тела и внутренней интуиции – влагалище глубокое… — машинально отмечал в мозгу доктор.

— Не буту мешать процэссу, — по-деловому заметила бабка. – Эй, Любаня, не боись. — Она ушла прочь, прикрыв дверную створку.

Стеснительная девушка без лишних слов сняла платье, лифчик, трусики, носки. И покорно замерла посреди комнаты. Руки по швам, на врача не смотрит. Грудки «яблоком», свежие… треугольник с тёмной полоской – у его основания виден краешек щелочки… Бутербродов пожалел, что он врач и сейчас при исполнении. Проглотил генетическую слюну. И молвил сухо: