Равника - Грег Вайсман Страница 106

Мадам Сторрев подошла к своей королеве и что-то зашептала ей на ухо. Выслушав, та повернулась к мастеру Зареку, который отступил на шаг, но не стал пытаться ударить её током (мне это показалось хорошим знаком). Возможно, причина крылась в том, что её глаза перестали светиться, и прямо сейчас она не представляла угрозы. Возможно, в том, что она по-прежнему держала на руках маленькую, тихонько всхлипывающую эльфийскую девочку. А возможно — всего лишь глупое предположение — в том, что ей наконец-то удалось восстановить малую толику того утраченного доверия, которое связывало их раньше.

— Прямо сейчас по всему городу гольгари открывают безопасные проходы для всех жителей Равники, которых сумеют отыскать, — сказала она. — Мы сражаемся с армией Боласа и спасаем жизни. А затем — больше для показухи — добавила с едким сарказмом: — Не стоит благодарности.

Мастер Зарек ничего не сказал.

Я подумала, Три есть, осталась одна.

— Это прекрасно, — заметила госпожа Кайя. — Но теперь нам предстоит уладить ещё одно дело...

Глава V

Операция «Безрассудство»

Мы с Тейо, госпожой Кайей, мастером Зареком и королевой Враской собирались идти по туннелям гольгари столько, сколько сможем. Но все старые прямые пути между резиденциями гольгари и ракдосов были перекрыты с тех пор, как Джарад вод Саво, бывший гильдмейстер Гольгари, в первый раз погиб в Рикс Маади от руки кровавой ведьмы Ракдоса. Так что в конце концов нам всё равно пришлось выбираться на поверхность, рискуя угодить прямо в лапы крадущих Искры страшилищ, которые могли оказаться поблизости.

Мы никого не встретили, что, наверное, было хорошим знаком.

Кроме того, с возвышенности мы разглядели площадь Десятого района, и на ней больше не было портала. Мы уже знали, что господин Джура, господин Златогрив, госпожа Уатли и остальные стараются изо всех сил, чтобы спасти как можно больше жителей Равники — а теперь им помогали ещё и гольгари. Мастер Зарек сумел выключить Маяк. Теперь стало ясно, что и Межпланарный мост был успешно отключён стараниями господина Фэйдена, господина Карна, госпожи Самут и демона Оба Никсилиса. Три из шести миссий господина Белерена увенчались успехом.

А может, и четыре…

Мои спутники встали как вкопанные.

Я спросила Тейо, в чём дело, и он ответил, что что-то изменилось.

— Чего?

— Я…

— Его больше нет, — прошептала королева Враска. — Бессмертного Солнца больше нет.

Судорожно сглотнув, я сказала: — Значит, теперь вы все можете уйти в другие миры…

— Никуда мы не уйдём, — отрезала госпожа Кайя.

— Верно, — подтвердил мастер Зарек. — У нас ещё полно работы.

Четыре миссии выполнены. Осталось всего две. Убийство Врановолосой госпожи, Лилианы Весс. Этим занялся господин Белерен вместе с господином Тефери, госпожой Баллард и госпожой Рид.

Затем шла наша миссия: операция «Безрассудство». Мастер Зарек сообщил нам, что Сенат Азориус будет представлять госпожа Лавиния. И господин Лазав из Димира тоже пообещал участвовать. Учитывая, что Борос, Иззет, Симик, Оржов, Селезния, Груул и Гольгари уже дали своё согласие, оставался только Ракдос.

Я боялась спускаться туда, в Рикс Маади. Не то чтобы меня пугало само место, но без Гекары там, где ей полагалось быть, я опасалась просто… растечься… как лужа. Такое со мной бывало редко. Я довольно крепкая Крыска, знаете ли. Чаще всего у меня просто нет другого выбора. И даже когда мне грустно или плохо, ничего страшного, потому что этого никто не видит. Я и сама-то себя едва замечаю, верно? Я хочу сказать, какой смысл зазря лить слёзы и тому подобное?

Кому это поможет?

Но на этот раз там будут свидетели. Тейо и госпожа Кайя — а может быть, и мастер Зарек — увидят, как я расстроюсь. И раз это увидят они, придётся увидеть и мне самой. Всё станет взаправду. А это будет означать, что Гекара и впрямь…

Ну ладно, девять гильдий нам обеспечены. Дело за одной. И четыре миссии будут выполнены. Останется всего две. Ну… точнее, три. Нельзя забывать о последней миссии. Потому что, когда все эти, ну, знаете, лёгкие преграды будут убраны с пути, нам предстояло ещё разделаться с драконом.

Да. По-прежнему остаётся дракон.

***

Первый жонглёр, одетый в красную кожу с заклёпками и лентами, которые оканчивались наточенными рыболовными крючками, ловко жонглировал шестью горящими факелами. Второй жонглировал восемью человеческими черепами. Третий — двенадцатью горящими черепами. Четвёртый жонглёр был ожившим скелетом, чьи кости обрамляло кованое железо, включая четыре железных рога, совсем как у его владыки, Ракдоса-Растлителя. Он жонглировал горящими кошачьими черепами, которые извлекал из маленькой жаровни, тлеющей внутри его собственной грудной клетки.

Без предупреждения скелет метко запустил одним из этих маленьких черепов в Тейо, который едва успел выставить круглый щит из белого света, чтобы отразить снаряд, летящий ему прямо в глаз. Череп отскочил от щита и ударил скелета в лицо. Тот расхохотался хриплым бездыханным смехом, от которого Тейо передёрнуло.

Госпожа Кайя постаралась приободрить его: — Они просто пытаются тебя запугать.

Потупившись, Тейо пробормотал себе под нос: — У них получается.

— Вы всё неверно поняли, госпожа, — просипел скелет. — Мы всего лишь пытаемся развеселить вас.

Тейо покосился на скелета и пробормотал: — У вас не получается.

Скелет снова расхохотался и сказал: — Ну, зато вы меня здорово веселите.

Мы спускались вниз на пять сотен ступеней, составляющих Фойе Демона, к Рикс Маади. Прожилки лавы, покрывающие стены вырытого вурмом туннеля, отбрасывали тусклый красноватый свет на всё, что я видела. Через каждые четыре или пять ступеней нам встречался очередной артист. После жонглёров были кукловоды, каждый со своей марионеткой, одного взгляда на которую хватило бы, чтобы вызвать кошмары у непосвящённого.

Но не на ту напали.

Я столько раз спускалась по этой лестнице с Гекарой, столько раз видела одни и те же представления. Они были мне как старые друзья — друзья, призванные напомнить, что мой самый близкий друг уже никогда не пройдёт со мной по этим ступеням.

Ненавижу их! Почему они до сих пор здесь, когда её уже нет?

Почему я здесь, когда её уже нет?

Мне казалось, я повидала всякого, но последний кукловод заставил меня громко ахнуть. Его марионетка представляла собой беспощадно точную карикатуру на Гекару, ведьму лезвий, сделанную из настоящих лезвий.

Я буквально ощутила тревогу и беспокойство, исходящие от госпожи Кайи, когда