Мишель Пейвер - Хроники Темных Времен (6 романов в одном томе) (ЛП) Страница 103

Однако стоянка оказалась брошенной. Над черными кострищами еще висел горьковатый запах древесного дыма. Ренн опустилась на колени и пощупала золу: все еще теплая. Она подошла к мусорной куче и обнаружила еще влажные раковины съедобных моллюсков. Значит, племя ушло совсем недавно.

И вдруг за спиной у нее раздался тяжелый вздох.

Она резко обернулась.

Вздохи доносились из ближайшего жилища.

Держа нож наготове, Ренн подошла ближе:

— Есть здесь кто-нибудь?

Из темноты послышалось хриплое рычание.

Ренн похолодела от ужаса.

А темнота вдруг словно взорвалась.

Ренн с криком отскочила в сторону.

И прыгнувший прямо на нее человек вдруг замер на месте. Перед глазами у Ренн все плыло, но она сумела разглядеть, что руки у него крепко связаны в запястьях плетеными ремешками из сыромятной кожи.

— Ты что это делаешь? — закричал кто-то у нее за спиной. Чьи-то сильные руки оттащили ее прочь от жилища. — Ты что, тоже больна? — Схвативший ее за плечи мужчина тащил ее все дальше и дальше. — Да отвечай же! Ты больна? Что это у тебя с рукой?

— Укус, — заикаясь, пролепетала Ренн. — Это просто укус. Я не больна…

Не обращая внимания на ее слова, мужчина грубо повернул ее голову к свету, осматривая лицо и волосы. Не обнаружив никаких струпьев, он наконец отпустил ее.

— Я не больна! — сердито повторила она. — А здесь-то что случилось?

— То же, что и везде, — буркнул он.

— Болезнь… — прошептала Ренн.

А у входа в жилище существо, которое тоже некогда было человеком, село на землю и, раскачиваясь взад-вперед, что-то невнятно бормотало, то и дело принимаясь рычать по-звериному. На голове у него влажно поблескивали кровавые пятна и полоски там, где он вырвал себе волосы целыми прядями. Глаза больного заплыли гноем.

Спасший Ренн мужчина искоса посмотрел в его сторону, и лицо его исказилось от боли.

— Он был моим лучшим другом, — сказал он. — Я не смог заставить себя убить его. А лучше, если б смог. — Он повернулся к Ренн. — А ты кто такая? И что здесь делаешь?

— Я — Ренн, — сказала она. — Из племени Ворона. А ты кто?

— Тиу. — Он поднял левую руку, и на тыльной стороне его ладони Ренн увидела племенную татуировку: четырехпалую когтистую лапу морского орла.

— Что же теперь будет с твоим другом? — спросила Ренн.

Тиу встал, подошел к дереву и вытащил с силой воткнутую в него острогу.

— Дня через два он разгрызет свои путы. Что ж, он имеет столько же прав на спасение, как все мы.

— Но… он ведь может кого-нибудь поранить или убить.

Тиу покачал головой:

— Через два дня мы будем уже далеко отсюда.

— Вы покидаете Лес? — спросила Ренн.

В последний раз взглянув на своего друга, Тиу решительно повернулся и пошел прочь со стоянки, явно направляясь на запад, к Морю.

Ренн бегом бросилась за ним.

— Мы поплывем на остров Большого Баклана, или Корморана, — сказал он ей на ходу. — В этом году их черед отправлять праздничные обряды. Скоро ведь летнее Солнцестояние. И они, в отличие от других племен, пока не боятся, так что позволили нам прибыть к ним.

— А что же другие племена? — спросила Ренн, когда они достигли укромной бухточки, где люди торопливо грузили пожитки в грубые, но весьма прочные лодки, обтянутые шкурами.

— Племя Кита и племя Лосося еще несколько дней назад отправилось на остров Большого Баклана. А племя Ивы решило пойти на юг. — Тиу вдруг с подозрением глянул на Ренн. — А ты почему здесь? Почему ты не вместе со своим племенем?

— Я ищу своего друга. Ты его не видел? Его зовут Торак. Худенький, чуточку повыше меня ростом, волосы черные и…

— Нет, — сказал Тиу, отворачиваясь и помогая какой-то женщине дотащить до лодки большой узел.

— Я его видел! — крикнул молодой мужчина, грузивший в лодку мотки веревки.

— Когда? — бросилась к нему Ренн. — Где? С ним все в порядке?

— Его увезли люди из племени Тюленя, — сказал парень. — И скорее всего, ты его больше никогда не увидишь.

— Несколько дней назад сюда приплыли трое мальчишек из племени Тюленя, — рассказывал Ренн этот парень по имени Кьо. — Они привезли кремни и одежду из тюленьих шкур, да только меняться с ними мне что-то не хотелось, и я им даже не показался. — Кьо нахмурился. — А люди из племени Кита с ними менялись. И так уж им хотелось заполучить Морские Яйца, что даже о болезни этим ребятам не сказали! Отпугнуть боялись…

— А Торак что? — прервала его Ренн. — Ты сказал, что видел, как они забрали его.

— Я видел только какого-то мальчишку у них в челноке, — пожал плечами Кьо. — Темноволосого, как ты и говорила. Худого, с сердитым лицом и множеством синяков и ссадин. Без боя он им явно не сдался!

Ренн стиснула кулаки:

— Но зачем они его с собой-то увезли?

Кьо снова пожал плечами:

— Да кто их знает. Эти люди из племени Тюленя не такие, как мы. Они так и не научились жить в мире с Лесом.

— Мне необходимо во что бы то ни стало попасть на их остров! — воскликнула Ренн.

— Ты что! Это невозможно, — фыркнул Тиу.

— Но ведь вы же плывете на остров Большого Баклана, — возразила Ренн, — а их остров недалеко от Тюленьего острова, верно ведь?

— Как ты не понимаешь! — рассердился Тиу. — Мы с племенем Тюленя никогда не ссорились и хотим, чтобы так все и оставалось!

— Но мой друг в опасности!

— Мы все в опасности! — еще больше разозлился Тиу.

Ренн видела, какие встревоженные лица у всех этих занятых сборами людей, и думала: «Как же мне убедить их?»

— Я вам вот что скажу, — начала она. — Мой друг… Торак… Дело в том, что он может такое, чего не может никто. Он, возможно, и лекарство от этой болезни найти сумеет.

Тиу, скрестив руки на груди, подозрительно посмотрел на Ренн:

— Ты все выдумываешь!

— Нет, не выдумываю. Послушайте меня, и я расскажу вам, кто он такой. — Ренн понимала, что нарушает приказ Фин-Кединна, но Фин-Кединна сейчас рядом с ней не было. — Помните, что было прошлой зимой? Помните того медведя? О нем ведь все знали.

Кое-кто перестал собирать пожитки и подошел поближе, чтобы послушать, что скажет девочка.

— Этот медведь убил нескольких человек из нашего племени, — продолжала Ренн. — Он и здесь тоже убивал людей, верно? Я знаю, что в племени Ивы погибли двое. А в вашем племени, как мы слышали, он уволок в Лес ребенка.

Тиу так и вскинулся:

— К чему говорить об этом? Что хорошего в таких разговорах?

— А к тому, — спокойно ответила Ренн, — что мой друг, Торак, и есть тот человек, который избавил Лес от проклятого медведя!