Линн Флевеллинг - Ларец Душ Страница 100

Серегил кинул ему ещё одну.

- Ну? Так скольких ты видел?

- Всего одного…. Это был хромой старикан с повязкой на левом глазу. Не поверите: за мою бандану он предложил мне жёлтый камушек!

Он ревниво глянул на замусоленный шелковый платок, который сушился у очага.

- Я, было, сказал ему, чтобы он катился к Билайри, но тут подумал, вдруг вам захочется купить его… ну то есть, глянуть на него… в общем, в итоге я дал ему прядку волос, — он поднял короткий вихор на том месте где она была срезана.

- Покажи-ка мне камушек.

Кепи огорчённо глянул в ответ:

- Он тю-тю.

- Хочешь сказать, кто-то обчистил твой карман? — удивился Алек.

- Да там, в Ринге, такой жуткий народ! — воскликнул Кепи. — Большие пацаны увидели, как я торговался и пошли за мной. Проще было отдать им, или меня бы почикали.

- Да, тут уж ничего не поделать, но он был бы полезен. А ты знаешь ещё кого-то из этого народа, воронья?

- Я слыхал от других про троих-четверых по соседству. Один — молоденький парень на костылях, и ещё парочка тёток.

- Как они выглядят? — спросил Алек.

Мальчишка пожал плечами:

- Те, кто видел, не больно-то к ним приглядывались, ну грязные, и как дураки покупают всякую хренотень.

- То есть, не молоденькие и не симпатичные? — отметил Серегил. — Так значит, бусина и клок волос, это не считая покушения на твой живописный головной убор? И что ты обо всём этом думаешь?

Кепи презрительно фыркнул:

- Да тупицы они. Деревня.

- И как давно они появились в Ринге?

- Вроде недавно, народ говорит.

- С тех пор, как прикрыли Нижний?

- Может. Не могло это быть давно.

- А кто-нибудь знает, откуда они явились? — спросил Алек.

Кепи, набивший рот хлебом, громко чавкая покачал головой.

- Если б знали, я бы слыхал.

- Алек, думаю нашему приятелю не помешает запить еду толикой пива.

Кепи осклабился, демонстрируя недавно потерянный клык и забитые хлебом уцелевшие зубы:

- Премного благодарен, милорд!

- А их видят по большей части днём или ночью?

- Этого не скажу, но могу поузнавать для вас, — Кепи насухо вытер тарелку последним кусочком хлеба.

- Давай, выясни, всё, что сможешь, — на сей раз Серегил достал полсестерция и показал ему. — И я хочу знать, есть ли они в Нижнем, или, быть может, были там. Это очень и очень важно, Кепи, и информация мне нужна как можно скорее. От неё зависит жизнь нашего друга.

Кепи залихватски повязал на голову свою любимую повязку и ринулся к двери.

- Можешь остаться, пока не пройдёт дождь, — предложил Алек.

Ливень по-прежнему хлестал в окна, а небо озарялось вспышками молний.

Кепи снова ответил ему лишь насмешливым взглядом и исчез в ночи.

- Что ты обо всём этом думаешь? — спросил Алек, присаживаясь на теплые камни у очага.

Сергил уселся на табурет и уставился на пламя. Под таким углом глаза его в отблесках огня казались серебристыми, и на Алека нахлынули неожиданные воспоминания, которые он поскорее прогнал.

- Горстка чокнутых торгашей, покупающих волосы и расплачивающихся желтыми камушками? — задумчиво произнёс Серегил, рассеянно накручивая на палец собственный тёмный локон. — То, что это не совсем обычно, это однозначно.

- Нам нужно отправиться в Ринг и взглянуть на всё самим. Волосы могут означать некромантию.

- Не сейчас. На этот вечер мы приглашены на ужин к эрцгерцогине, и мне очень любопытно взглянуть, кто ещё там будет. Давай-ка дождёмся, что ещё выяснит для нас Кепи. Ибо какой смысл закидывать удочку туда, где не клюёт?

Глава 31

Охота на Вороньё

УЖИН с Алайей в тот вечер показался Алеку бесконечным, особенно зная, что это же самое бесценное время так быстро летит для Мирриции! Ведь самое большее, сколько мог протянуть пораженный недугом — неделя, да и это удавалось не каждому. Один день они уже потеряли.

Положение усугубляло то, что они при этом не выяснили ничего примечательного. Весь вечер напролёт Алайя шутливо заигрывала с Алеком, однако все его мысли настолько были заняты Миррицией, что после он лишь от Серегила узнал, что на вопрос пожилой эрцгерцогини о том, с кем первым он поцеловался, он ответил, что то был кролик.

- Я думал, она спрашивает, кого первого я подстрелил! — воскликнул Алек. — А я-то ещё удивился, чего это все хохочут.

К огромному облегчению Алека, дома по возвращении их поджидал Кепи с новыми вестями о воронье…. С многообещающими вестями!

- Кое-кого из этих видели в Нижнем Городе, — сообщил парнишка, присаживаясь на корточки у очага в своей промокшей одёжке, и пока он с аппетитом глодал холодную гусиную ляжку, голову ему накрыли фланелью.

- Я тут поговорил с людьми, они вспомнили старика и парнишку с костылём. Но с тех пор, как ввели карантин, их что-то не больно видно.

- Получается, это он выгнал их выше, сюда, — сказал Алек.

- А что с Рингом? — поинтересовался Серегил.

- Тут всё ещё краше, милорд! Нашлась девчушка, которая выторговала на днях у старухи-вороны леденец. Теперь она в дризийском храме на Улице Желтого Угря.

- Даже странно, что они забрали её туда, — сказал Серегил.

Храм тот стоял поблизости от одних из ворот Морского Рынка, тех, что вели в Ринг.

- В Ринге обычно заботятся только о тамошних жителях.

- Хотите, чтобы я опять туда пошёл? — с надеждой в голосе спросил Кепи.

Серегил дал ему несколько монет.

- Пока возвращайся к герцогу Рельтеусу. Присмотри за ним.

Кепи отвесил поклон и снова растворился в ненастной ночи.

- Быть может, конфеты были отравлены? — задумался Алек.

- Возможно, но, похоже, речь шла не только о съестном, из того, что они предлагают. Что до самих торгашей, то раз тут речь про просто волосы, то больше всего это смахивает на некромантию, или даже алхимию, однако не похоже, чтобы они действовали по какой-то одной схеме. Либо это просто случайные совпадения.

Алек усмехнулся.

- Ну что, теперь-то там для тебя достаточно «клюёт»?

- Похоже, что так. Начнём-ка с той малышки с Улицы Желтого Угря.

Преодолевая непогоду, они двинулись верхом к Морскому Рынку и вскоре уж входили в храм.

Их поприветствовал дризиец, который провел их через небольшое святилище к маленькой комнатке сзади.

Измождённая светловолосая женщина, стоя на коленях у лежака, наблюдала за тем, как ещё одна дризийка пытается влить немного жидкого снадобья в рот совсем маленькой девчушки. Голубоглазой и золотоволосой малышке было на вид не более семи лет. Её помыли и одели в чистую ночную сорочку, как отметил Серегил. И опять — всё это слишком поздно!