Северная сага. Чëрный Ворон - Вячеслав Калинин Страница 10

Тэн указал на труп норманна, лежащий неподалеку на настиле. И как я его раньше не заметил? Я принялся стягивать с тела кольчугу. На помощь мне пришел один из десятников, Оффа, и вместе мы справились гораздо быстрее. Облачившись в доспех и натянув на голову шлем со стрелкой, я попрыгал, чтобы кольчуга обвисла по телу, и посмотрел на трофейный меч. Ничего, вроде бы, такой. Довольно легкий и с удобной рукоятью, обтянутой кожей. В руке сидит отлично.

— Я готов! — сообщил я тэну.

В деревне, тем временем, развивались трагические события. Оттуда доносились крики, стоны и мольбы несчастных, а также рев глоток викингов, дорвавшихся до добычи. Церковь, кажется, тоже грабили, судя по огням, скачущим в темноте. Совсем обнаглели, с факелами бегают по деревне, не боятся ничего.

— А твои керлы умеют стрелять из луков? — поинтересовался я у тэна.

Я видел, что луки у дружинников имеются.

— Только это, наверное, и умеют!

— Пусть тогда стреляют хотя бы в сторону огоньков. Чем больше суеты будет, тем нам легче!

Годвин кивнул и отдал приказ.

А мы тихонько сбросили веревку с частокола и спустились по ней к воротам. Мы — это Годвин, Оффа, Хэтферт и я. Очень осторожно, чтобы не звякнуть ненароком оружием, мы двинулись через центральную площадь в сторону домишек, откуда раздавался шум.

Искать никого даже не пришлось. Враг сам вышел на нас. Трое бородачей, тащивших на своих плечах мешки с пожитками ограбленных крестьян. Так много награбили, что даже в руках какие-то корзины тащили. Жадность стоила всем троим жизни — оружие они достать не успели, так и умерли среди рассыпавшейся из корзин репы с капустой.

Следующая двойка выскочила на нас в соседнем дворике. Они закончили потрошить домишко рыбака, судя по развешанным везде сетям и связкам сушеной рыбы, и, довольные, вылезли во двор. А тут я. Одного сразу зарубил, махнув ему мечом по непокрытой голове, а со вторым пришлось повозиться. Он оказался довольно умелым фехтовальщиком, и успешно отбивался от моих ударов пару минут. Но я двинул ему сапогом между ног, чего норманн никак не ожидал, и, когда тот согнулся от боли, добил ударом клинка по затылку.

Тэн одобрительно крякнул. Все это время троица вояк, оказывается, за мной наблюдала.

Так и прошли мы по деревеньке, прикончив еще несколько маленьких групп викингов, пока они не сообразили, что происходит что-то странное. Их хевдинг20 протрубил сбор, и нам пришлось отступить к частоколу. Поднявшись по веревке наверх, мы увидели, как викинги сбились в кучу на площади, собрав строй. На первый взгляд, было их сейчас от силы человек пятнадцать, не больше. Представляю, как расстроился их вождь, сообразив, сколько людей он потерял сегодня.

— Стреляйте в них, бестолочи! — заорал тэн, и сам схватился за лук. — Пока они не сбили плотный строй — это такая удобная цель! Стреляйте!

У меня лука не было, поэтому я просто встал наблюдателем.

Вообще, отлично получилось. Внезапность помогла. Почему норманны не учли, что из крепости могут воспользоваться луками, я не понял. То ли забыли, то ли так сильно разозлились, что их побили, но вели они себя настолько беспечно, что керлы во главе с тэном Годвином успели пустить аж по три стрелы каждый и застрелить больше десяти викингов. На ногах остались только трое норманнов, самых шустрых, успевших поднять щиты. Их хевдинг погиб первым, получив сразу четыре стрелы. А меткие ребята, эти керлы, хоть и глуповатые!

А тэн, увидев свой успех, тут же скомандовал общий выход из крепости, собираясь добить чудом оставшихся в живых норманнов.

Я в очередной раз скатился вниз и занял место в общем строю, встав там, куда мне указал Годвин — рядом с собой. Почти бегом мы ринулись на оставшихся викингов. Они, как ни странно мне было, убегать не стали. Вот я бы на их месте точно отступил, а эти решили принять смерть здесь, на площади перед церковью.

Но я ошибся. Тэн решил их не убивать и остановил отряд в нескольких метрах от норманнов.

— Сдавайтесь, и я сохраню вам жизнь! — крикнул Годвин грозно. — Иначе вы позавидуете мертвым!

Кричал он, естественно, на английском, точнее на его древнем варианте, и кажется, что норманны не очень-то его поняли.

— Позволь мне, милорд! — влез тогда я. — Я знаю их язык. Они уже частенько грабят берега Фризии, поэтому я выучил его, чтобы говорить с пленниками!

— Говори, милорд! — разрешил тэн.

Я повторил предложение Годвина на древнескандинавском.

Норманны переглянулись между собой, тихо перекинулись парой фраз, и один, самый габаритный, вышел вперед.

— Мы не сдадимся! — рявкнул здоровяк. — Рабами нас не сделаете!

Годвин понял без перевода. Он поднял руку, готовясь дать команду стрелкам атаковать, но мне вдруг пришла в голову одна интересная мысль.

— Погоди, милорд! — попросил я, приблизившись к нему вплотную, чтобы никто не слышал разговора. — А что, если предложить им службу? И тебе хорошо, получишь отличных бойцов, и твоим керлам сейчас умирать не придется!

— Преподобный Аббон не согласится, чтобы язычники были в моей дружине! Он очень строг с этим.

— Он их окрестит. Это ему зачтется и епископом, и Господом.

— А они согласятся?

— Это будет условием. Согласятся, я уверен. Жить все хотят!

— Хорошо, предложи им это!

Я рассказал викингам о возможности службы в дружине тэна и обязательном крещении.

Те снова переглянулись, пошептались и согласились.

Вот так я сохранил несколько жизней, как викингов, так и керлов. Хоть как-то свою совесть этим успокою, которая возмущена от уже совершенных мною сегодня убийств.

А пока ректор Аббон подготовится к крещению новых адептов Христа, норманны поклялись своим Тором, что будут вести себя хорошо и не сбегут. Оружие у них тэн отбирать не стал, выказав доверие.

Среди валяющихся под частоколом тел нашлись двое живых. Это были те, кого я гуманно приложил по голове обухом топора. С ними провели разъяснительную беседу, и они тоже приняли предложение тэна.

Пока дружинники собирали в кучу на площади трупы, мы, то есть старшие, решили допросить выживших.

Выяснилось, что норманны были данами из Сконе21. Их драккар потерпел кораблекрушение в том же шторме, что и, по легенде, мой корабль. Все выжившие, во главе с хевдингом, собрались на берегу,