Джаспер Ффорде - Дело Джен, или Эйра немилосердия Страница 87

Зал взволнованно загудел. Фелпс, сдвинув брови, мрачно сверлил меня глазами и что-то шептал сидевшему рядом бригадному генералу.

— Английские войска ждут нового оружия, а оно не работает и работать не будет. Корпорация «Голиаф» одурачила английское правительство: несмотря на миллиардные инвестиции, плазменная винтовка будет так же полезна в Крыму, как ручка от метлы.

Я села. Я выразилась предельно ясно для всех, кто следил за живым эфиром. Английский министр обороны уже тянулся за телефоном — звонить русским, чтобы не учудили чего второпях, вроде внезапного наступления.

А в Суиндоне полковник Фелпс поднялся с кресла в атаку.

— Смелое заявление со стороны трагически слабо информированного человека, — снисходительно начал он. — Мы все видели разрушительный эффект «крути», и вряд ли тут уместно продолжать этот разговор.

— Докажите, — ответила я. — У вас тут есть плазменная винтовка. Выйдем в парк и посмотрим. Хотите — можете выстрелить в меня.

Фелпс не нашелся с ответом — и проиграл спор и войну тоже. Он оглянулся на солдата с винтовкой, тот нервно хлопал глазами.

После чего и Фелпс, и его сторонники покинули сцену, постаравшись поскорее оказаться как можно дальше от толпы. Он-то, бедняга, рассчитывал на длинную отрепетированную лекцию о памяти погибших братьев по оружию и цене товарищества.

Больше он никогда не выступал перед публикой.

Не прошло и четырех часов, как впервые за сто тридцать один год было объявлено о прекращении огня. Через четыре недели политики уселись за круглый стол в Будапеште. Через четыре месяца ни одного английского солдата в Крыму не осталось. Что до корпорации «Голиаф», то их призвали к ответу за обман. Они с видом оскорбленной невинности заявили, что ничего знать не знают, ведать не ведают, и свалили все на Джека Дэррмо. Я надеялась, что просто так от корпорации уже не отстанут. По крайней мере, мне в спину они уже не дышали.

Глава 36. ЗАМУЖЕМ

Мы с Лондэном поженились в тот самый день, когда было объявлено, что в Крыму наступил мир. Лондэн шутил, что мы сэкономили на колокольном звоне. Я нервно оглядывалась в течение всей процедуры — пока священник не дошел до «Назовите же их сейчас или навек сохраните в тайне». Но никто не выступил, чтобы заявить о препятствии к браку. Я несколько раз встречалась с Федерацией Бронте. Они мало-помалу смирились с новым финалом романа, особенно когда поняли, что, кроме них, в общем-то, никто и не возмущается. Мне было жаль Рочестера, жаль его сгоревшего дома, но я была счастлива, что они с Джен после ста лет разлуки обрели наконец мир и счастье, которого оба стократ заслуживали.

Гостей оказалось куда больше, чем рассчитывали мы с Лондэном: к десяти народ начал заполнять сад. Босуэлл малость перебрал, так что я затолкала его в машину и отправила в «Finis». Пейдж Тернер прекрасно поладила с саксофонистом — около часа их обоих не было видно. Мы с Лондэном наслаждались кратким периодом затишья. Я сжала его руку и спросила:

— А ты и правда женился бы на Маргариточке, если бы Бриггс не вмешался?

— Я отвечу так, как ты пожелаешь, Душистый Горошек!

— Папа?

Он прибыл в полной парадной форме полковника Хроностражи.

— Я подумал над твоими словами и сделал несколько запросов.

— Извини, пап, я не понимаю, о чем ты.

— Помнишь, о чем мы говорили две минуты назад?

— Нет.

Он нахмурился и посмотрел на нас обоих по очереди. Затем на часы.

— Великий Шотландец! — воскликнул он. — Я, наверное, рановато. Черт побери эти хронографы!

Он постучал по циферблату и быстро исчез, не сказав больше ни слова.

— Это твой отец? — спросил Лондэн. — Мне казалось, ты говорила, будто он в бегах?

— Был. Есть. И будет. Сам знаешь.

— Душистый Горошек! — снова появился мой отец. — Удивлена?

— Можно и так сказать.

— Поздравляю вас обоих!

Я посмотрела на народ, который продолжал веселиться. Время не остановилось. Значит, Хроностража скоро будет здесь.

— Плевать на Двенадцатый, Четверг! — сказал он, угадав мои мысли, и взял у официанта бокал. — Я хотел повидаться с зятем.

Он повернулся к Лондэну, схватил его за руку и осторожно пожал.

— Ну, как ты, мальчик? Вазектомию делал?

— Да нет, — несколько обалдев, ответил Лондэн.

— А ноги тебе в регби не ломали?

— Нет.

— А лошадь тебя никуда не лягала?

— Нет.

— А крикетным мячом тебе по причиндалам не попадали?

— Нет!!!

— Хорошо. Тогда, значит, от этого недоразумения все-таки можно ждать внучат. Четверг пора бы и ощениться, вместо того чтобы носиться диким горным поросенком… — Он недоуменно примолк. — Вы как-то странно на меня смотрите.

— Да ты тут уже был, меньше минуты назад.

Он нахмурился и украдкой огляделся по сторонам.

— Если это был я, то, насколько я себя знаю, я бы спрятался где-нибудь поблизости. Ага, вот! Смотрите!

Он показал в угол сада, где в тени навеса над растениями в горшках затаилась какая-то фигура. Папочка сузил глаза и выстроил наиболее логичную цепочку событий.

— Так, посмотрим. Я, должно быть, предложил оказать тебе услугу, сделал это и вернулся — но слегка поторопился. Обычное дело в моей работе.

— О какой услуге я могла у тебя просить? — спросила я, все еще сбитая с толку, но крайне заинтригованная.

— Не знаю, — ответил папа. — Какой-то наболевший вопрос, который обсуждался много лет, но на который до сих пор нет ответа.

Я немного подумала.

— Может, об авторстве шекспировских пьес?

Он улыбнулся.

— Хороший вопрос. Посмотрю, что тут можно сделать. — Он допил коктейль. — Ладно, еще раз поздравляю вас, мне пора.

Он улыбнулся, пожелал нам счастья и исчез.

— Ты можешь объяснить, что тут творится? — спросил Лондэн, совершенно обалдевший не от самих событий, а от того, как они происходили.

— Не совсем.

— Я ушел, Душистый Горошек? — спросил мой папочка, выбравшись из своего укрытия.

— Да.

— Хорошо. Ладно, я узнал то, что ты хотела. Я сбегал в Лондон, в тыща шестьсот десятый год, и выяснил, что Шекспир — всего лишь актер, имеющий потенциально грозящий неприятностями левый заработок: поставляет товары в Стрэтфорд. Немудрено, что он делал все втихаря — ты бы и сама так поступила, верно?

Это было и правда любопытно.

— Так кто их написал? Марло? Бэкон?

— Нет. Тут небольшая проблемка. Понимаешь, никто об этих пьесах даже и не слышал, не то что писал!

Я не поняла.