Царство Страшных - Керри Манискалко Страница 60

— Я хочу поговорить с Витторией.

Доменико открыл рот — вероятно, собираясь возразить, — но тут же захлопнул его. Он не хотел говорить «да», но не мог отказаться. Виттория ясно заявила, что хочет, чтобы я зашела к ней.

— Отлично. — Его внимание переключилось на Фауну. — Она остается здесь.

Меня это вполне устраивало. Мы с Фауной уже решили, что она будет охранять мое тело, пока мой дух будет путешествовать в Царство Теней. Я подняла плечо и опустила его, как будто обдумала его просьбу.

— Очень хорошо. Ты готов?

— У меня нет особого выбора, не так ли? — рявкнул он, а затем жестом пригласил меня подойти поближе. Я сделала неуверенный шаг вперед, затем остановилась, снова рассматривая его. Доменико бросил на меня злобный взгляд. — Мне нужно соединить наши тела. — На мое выражение ужаса он прорычал:

— Мои когти подойдут. Встань передо мной.

Вопреки своему внутреннему предупреждению не позволять орудиям смерти оборотня приближаться к моему телу, я сделала, как он просил. Доменико поворачивал меня так, что моя спина была прижата к его груди. Он сцепил свои руки под моими, вонзив когти в каждое плечо. Мои зубы сжались от боли, но я не позволила оборотню почувствовать, как я вздрогнула.

— Миледи. Подожди. — Фауна сделала шаг к нам, и на ее лице появилось беспокойство, когда когти оборотня вонзились еще глубже. Раньше меня только призывали в Царство Теней, я никогда не была инициатором, поэтому я не знала, чего ожидать в плане магической платы.

И все же что-то было не совсем понятно.

Я стиснула зубы, когда его когти удлинились, почти вонзаясь в кость.

— Почему наши тела должны быть привязаны, чтобы войти в царство теней?

Доменико поднес рот к моему уху:

— Кто сказал что-нибудь о Царстве теней?

В сверкающем вихре силы появился портал. Прежде чем я успел повернуться к Фауне, Доменико поднял меня и прыгнул. Магия высасывала и притягивала меня — казалось, мы попали в самое сердце урагана, и единственное, что привязывало меня к моему телу, — это когти оборотня. Почти так же быстро, как все началось, мы вышли из портала и вошли в хорошо знакомую мне комнату. Любая дезориентация, которую я почувствовала от портала, исчезла почти мгновенно.

Доменико отпустил меня и отошел, наблюдая, как мое внимание мечется по комнате. Стены и пол из известняка. В маленьком шкафчике, стоявшем в углу, были кухонные принадлежности, две разделочные доски, ножи, миски. Я была в монастыре. В той самой комнате, где мы с Антонио в последний раз готовили брускетту. Прямо перед тем, как мой мир перевернулся. Волна печали накрыла меня, когда я подумала о своем старом друге и о том, как жестоко он был убит.

— Кровь и кости. — Я прижала руку к плечу и резко взглянул на оборотня. — Почему мы здесь?

— Ты хотел поговорить со своей сестрой. Вот где она.

— Почти все принцы ада ищут ее, и она пришла в самое очевидное место.

— Во-первых, в данный момент демоны не могут покинуть Семь Кругов. Во-вторых, ваш смертный дом, вероятно, последнее место, где они ожидали бы найти ее, учитывая твою реакцию.

Мое сердце билось слишком быстро. Виттория вернулась домой. В мир смертных. Часть меня хотела протиснуться мимо оборотня и бежать к двери.

Вместо этого я осталась стоять.

Мне хотелось поспешить к себе домой, чтобы Нонна приготовила подслащенную рикотту и пригладила мои волосы назад, одновременно говоря, что все будет в порядке.

Что последние несколько месяцев были лишь кошмаром, странным лихорадочным сном, навеянным ее суеверными рассказами. И, может быть, слишком много вина. Это вполне может быть иллюзией. Может быть, я все еще была в нашей траттории, и предупреждения Нонны о том, что море взбудоражено дьяволом, были правдой. Может быть, все это было выдумкой, результатом воображения, хорошо развитого чтением книг. Может быть, мы с Клаудией напились до ступора и сочинили эту невероятную историю о том, что дьявол проклят.

Нервный смех подкатил к горлу. Как ни странно, будучи частью всего, история имела смысл. Особенно, когда я сталкиваюсь с моей нынешней реальностью.

Я могла бы пойти домой прямо сейчас. В глубине души я знала, что Нонна проклянет меня, если я попрошу ее. Я вообразила, что она будет слишком охотно подыгрывать моей фантазии об отрицании — снова заставить меня ненавидеть и бояться семерых принцев ада.

Она украла бы мои воспоминания, и я бы жила нормальной смертной жизнью, умирая в почтенном возрасте в окружении внуков и морщинистого мужа.

Возможно, время от времени мне снился красивый дьявол с манящими золотыми глазами, думая, что он просто персонаж любовного романа, который я когда-то читал. Каким бы заманчивым ни было забыть о своей душевной боли и предательстве, потеря Гнева снова была ценой, которую я не хотела платить.

— Как тебе удалось привести нас сюда? Мы не пользовались воротами. — Я встретила жесткий взгляд Доменико, пока сам со всем разбирался. Тогда я поняла.

— Волшебство ведьм только запирало тех, кто внутри, они не мешали вам вывести кого — либо другими способами.

И Зависть не мог перенести нас в это царство, пока мы не отправились в Дом Гордости, потому что, насколько я помнила, это можно было сделать только в дни до и после полнолуния.

— Оборотни не имеют дела с ведьмами, — сказал Доменико. — Они на один шаг выше демонов. И нам не нужно проходить через врата, чтобы получить доступ к другим мирам, как это делают другие.

Но богиня, даже из Ада, явно была невосприимчива к этой враждебности. Я вспомнила, как волки поклонялись высшим силам, возможно, они уважали силу магии. А может, по — своему, волк заботился о моем близнеце, хотя чувства, похоже, не были ответными. Мой близнец была довольно равнодушена к своему последнему любовнику, что заставило меня задуматься, любит ли она кого — то еще — способна ли она вообще на такое чувство…

И использовала она волка по-разному.

— Порталы работают на принцев?

— Нет. Мой… волк позаботился о том, чтобы пока ни один демон не мог воспользоваться порталом.

Я изучала его. Доменико явно собирался сказать что — то помимо «волк». Это навело меня на мысль о загадочной Марселле Блэйд, о которой упоминала.

— Недавно до меня дошел слух от вампира. — Фраза, которую мое смертное «я» никогда бы не подумало произнести. — Он упомянул о встрече с Витторией, полудемоном-полуоборотнем.

Доменико фыркнул.