(Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины - Илана Васина Страница 49

Память дракона раскрывается передо мной, обнажая всё, что он чувствовал тогда. Удивление. Восхищение. Желание. Глубокая, пробирающая до костей жажда защищать меня, оберегать, удержать в своей жизни.

Дракон-то меня сразу признал своей, с горечью проносится в голове. А Арвин-мужчина?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 55

Сомнения, снова сомнения...

Иствуд говорил, что мои подозрения насчет мужа — это его рук дело. Поэтому меня снова мучает неопределенность? Или сказывается привычка подозревать, одергивать себя за желание сблизиться? Доверие не рождается за секунды…

Сидя рядом с драконом, с грустью смотрю с высокого холма в сторону Золотой Долины. Это место стало мне родным вместе с людьми, которые здесь живут, и не только людьми...

Ящер. Огромный, древний, мощный, смертоносный, который меня сегодня спас из лап психопата. Заглядываю к нему в золотистые глаза с узкими зрачками и снова чувствую, как проваливаюсь в его мир. Будто с головой погружаюсь в его чувства.

Ревность и страстное желание обладать. Ненавистная необходимость сдерживаться, не ощущая взаимности от своей пары, когда исходишь от тоски. А еще отчаянное желание оберегать и защищать, любой ценой — этим пронизан каждый его вздох. Эмоции так интенсивны, что заставляют меня всхлипнуть, а сердце колотиться сильнее.

В моей голове опять мелькают образы. Вот я сплю в своей комнате, а за окном на крыше сидит тёмная тень, мерцающая зелёными глазами. Вот иду по лесу, собирая травы, не подозревая, что высоко в небе, среди облаков, парит дракон, охраняя меня.

Разорвав визуальный контакт, опускаю голову и постепенно прихожу в себя. Я понятия не имела, что у драконов все так глубоко и серьезно. Думала, их максимум — звериная мощь и животные инстинкты, большего не дано.

Медленно протягиваю пальцы к его морде — знаю, что не откусит, но дыхание все равно срывается. Волнуюсь, и ничего не могу с этим поделать. Будто почуяв мой трепет, дракон утыкается мордой в мою ладонь. Из миндалевидных ноздрей вырываются облачка пара.

Мой дракон, едва слышно шепчу. Только мой.

— Не знаю, как ты, Изумрудный, — добавляю в полный голос, — а я хочу домой. Идти далеко. Не факт, что до ночи доберусь.

Ящер ложится на землю и бросает короткий взгляд на свою спину. Потом внимательно смотрит мне в лицо. Будто ждет от меня чего-то.

— Не понимаю, — говорю, испуганно качнув головой. — Ты же не хочешь, чтобы я на твою спину вскарабкалась?

Дракон фыркает. Мол, именно этого и хочу! Садись уже.

— Нет уж, спасибо, — нервно усмехаюсь. — С меня хватит на сегодня полетов. Я лучше пешком как-нибудь.

Поднимаюсь на ноги, делаю первый шаг и даже второй, но на третьем приходится признать себе очевидное. Я слишком слаба. До подножия холма спущусь или даже скачусь колбаской на худой конец, но на дальнейшую часть дороги меня не хватит.

Ящер тем временем снова фыркает, но при этом еще и негромко утробно рычит. Мол, кончай дурить и не испытывай мое терпение! Приходится забраться на его спину. Сажусь как можно ближе к загривку и обнимаю его за шею. Щекой прижимаюсь к твердым чешуйкам. Меня греет драконий жар, но еще больше согревает мысль, что если упаду, он сумеет меня подхватить.

Ящер плавно взмахивает крыльями, словно дает мне привыкнуть к их масштабу, а потом отталкивается лапами от земли и взмывает в воздух. У меня аж дух захватывает от взлета. Во все глаза смотрю, как уменьшается под нами земля.

Отчетливо вижу невдалеке зеленого дракона, распластанного по траве и обвязанного голубыми, неоновыми нитями. Наверно, это магия, которая удерживает тварюгу в плену. Рядом стоит мужская фигура, очень напоминающая по сложению Магистра.

Повезло же мне с дедом, с гордостью думаю я. Когда дед — Верховный Магистр, что ему стоит повязать злобного обидчика внучки, а потом по магической связи вызвать подмогу или какого-нибудь королевского прокурора и наказать злодея.

Как-то Марта упоминала, что Арканистр защищает интересы королевской семьи в случае, если кто-то строит заговоры или плетет козни, собираясь загубить репутацию короны. Так вот, что делать бедному Арканистру, если загубить репутацию королевской семьи пытается ее член, непутевая черная овца?

Я бы на его месте эту паршивую овцу, а точнее дракона отправила жить на заколдованный остров, откуда нет пути наружу. Вроде тюрьмы. Но что сделает с ним дед — не представляю. И сможет ли он что-то сделать с братом короля?

Внутри все сжимается от страха, что король простит выходку брата и отпустит его на волю. И что тогда… Он снова придет за мной?

Вот под эти невеселые мысли мы прилетаем в Долину. Скатываюсь со спины дракона на землю, с огромным трудом удерживаясь на ногах. Здесь вовсю идет стройка. На поляне, немного в отдалении от усадьбы, высятся временные хижины для рабочих, построенные из соломы и глины, уже почти готовые. Скорость строительства впечатляет.

— Это маги-строители, — горячее дыхание мужа обжигает мне ухо. — День — на времянки. Неделя — на военный госпиталь. А нам.. Нам — жизнь на любовь.

Он стоит за моей спиной, вплотную, и от его рук, обвивающих мою талию, бегут мурашки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 56

Резко развернувшись, встречаю его взгляд. Однажды в его глазах царил ледяной холод, а сейчас в них столько тепла, что хочется погрузиться в них, как в горячий источник, и бессовестно наслаждаться каждым мгновением.

Когда он успел так поменяться? А я? Когда у меня все изменилось? Почему больше не хочется от него бежать и прятаться? Наоборот.

Несмело опускаю ладошки на широкую грудь. Чувствую, как его сердце ровно бьется под моей ладонью.

— Вы побили свой рекорд, мой лорд, — говорю шутливо, с внезапно пересохшим горлом. — Спасли меня дважды за день. Один раз вырвали из лап психопата. Второй — уберегли от ночевки в лесу.

— Спасу и в третий, — говорит он, крепче прижимая за талию. — На сей раз от голодной смерти.

— Надеюсь за ужином я узнаю, как вам удалось меня найти. Да еще так вовремя.

Поддерживая меня под руку, Арвин помогает добраться до спальни. По дороге нам очень кстати попадается Марта, которая почему-то выглядит виноватой. Она опускает глаза, когда ее взгляд наталкивается на мой. Отворачивается, заикается. Да что с ней не так? Внезапно до