След мертвеца - Алекс Рудин Страница 45

— Я тоже не слышал, пока Игнат мне о ней не рассказал, — рассмеялся я. — Старик собирается в лес. Хочет принести оттуда заветную ёлочку, которая исполняет желания. По старинному поверью, эту ёлочку охраняют снежные упыри. Чтобы отбиваться от них, Игнат даже купил ружьё и собирался перелить фамильные ложки на серебряные пули. Никита Михайлович, вам никогда не попадались дела, связанные со снежными упырями?

— Упырей у нас хватает, — жёстко усмехнулся Зотов. — Но снежные ещё ни разу не попадались. А знаете, что я думаю, господин Тайновидец? Очень может быть, что скоро мы встретим этих снежных упырей.

— Почему вы так решили? — изумился я.

— Потому что до вашего появления в моей жизни я никогда не сталкивался с настоящими чудесами, — объяснил Никита Михайлович. — Мне попадались беглые маги, сумасшедшие колдуны, вурдалаки, государственные преступники. Конечно, все они пользовались магией, творили кровавые обряды. Всё это не выходит за рамки привычного, Александр Васильевич. Но как только в деле появляетесь вы, так начинаются совершенно немыслимые чудеса. Такие, которые я и вообразить-то себе не могу. Поэтому я и сейчас настороже. Генрих Леопольдович Гюнтер — обычный сумасшедший преступник. А с чем мы столкнёмся дальше, вы можете мне сказать?

— Нет, — подумав, ответил я.

— Вот и я не могу, — кивнул Зотов. — И это меня не слишком-то радует.

— А мне нравится, — решительно заявил Леонид Францевич. — Настоящая магия и должна быть такой — сумасшедшей, головокружительной и непредсказуемой.

— Вам легко говорить, господин эксперт, — привычно огрызнулся Зотов. — Не вы отвечаете за покой и порядок в столице.

— Ну ведь так интереснее, — добродушно рассмеялся Щедрин.

— Интереснее, — неожиданно согласился Никита Михайлович. — Но знали бы вы, господа, как мне иногда хочется просто хорошенько выспаться!

* * *

Зотов остановил мобиль возле дома, в котором жили Гюнтеры. Следом за нами остановился полицейский мобиль, из него вылезли следователь Прудников и двое городовых. Никита Михайлович окинул быстрым взглядом наши небольшие силы и довольно кивнул.

— Обыск будем проводить тщательно, — предупредил он. — Не может быть, чтобы мы ничего не нашли.

Во внутреннем дворе дома Гюнтеров нам снова встретился знакомый истопник. Возмущённо выставив рыжую бороду, он тащил куда-то связку дохлых крыс. Истопник держал крыс за хвосты и брезгливо морщился.

— Ну-ка, стой! — окликнул его Никита Михайлович. — Что это у тебя? Куда ты их тащишь?

— В печку, ваша милость, куда же ещё? — неприветливо буркнул истопник. — Хочу сжечь эту пакость. Перед обедом ещё шесть штук сжёг, попались в крысоловки. А сейчас проверил — вот они, снова сидят! Я их ловлю, ловлю, а что толку? Их с каждым днём всё больше становится. Из пятой квартиры снова жильцы съехали, мещанин Петушков с супругой и детьми. А ведь много лет в нашем доме прожили и платили всегда вовремя.

Истопник сокрушённо покачал головой.

— Видно, придётся владельцу дом продавать. Да только кто его купит?

— А ты-то чего так переживаешь? — непонимающе нахмурился Зотов.

— Так если дом пустым останется, для кого я топить буду? — возразил истопник. — Выставят меня на улицу, и всё. Придётся новую работу искать.

Он яростно тряхнул бородой.

Я прекрасно понимал возмущение истопника. Никому не нравятся перемены, особенно если это перемены к худшему.

— У нас во время Балканской кампании был забавный случай, — с улыбкой вспомнил Леонид Францевич. — Один полковой интендант крупно проворовался, все продукты со склада продал на сторону. А тут проверка. Так он недолго думая запустил на склад крыс, а потом заявил, что это они всё сожрали. Хлеб и крупу ему удалось списать, а вот с консервами он попался — не рассчитал мерзавец, что консервы в жестяных банках хранятся. А проверяющие оказались дотошные, въедливые. Даже следственный эксперимент устроили — смогут крысы жесть прогрызть или нет.

— И что? — едва сдерживая смех, поинтересовался я.

— Не повезло интенданту, — смешно развёл руками Леонид Францевич. — Крысы жесть не прогрызли. И получил он двенадцать лет каторги за своё воровство, да ещё и с конфискацией всего имущества. Хорошо, что Его Величество сжалился, оставил жене и детям интенданта домишко в пригороде.

— Забавная история, — хмуро кивнул Зотов. — Но у нас мало времени, господа.

Он шагнул к подъезду, но я его остановил.

— Ещё минуту, Никита Михайлович.

Я повернулся к истопнику.

— Скажите, как давно вы здесь работаете?

— Десять лет, ваша милость, — задумчиво пошевелив губами, ответил истопник.

— А когда появились крысы?

— Да как вам сказать? — истопник пожал плечами. — Они тут всегда были, но попадались редко. За месяц одну или две встретишь, и всё. Это ведь такие вредные твари, что подчистую их никак не вывести, сами понимаете, ваша милость.

— Понимаю, — кивнул я. — А когда вы заметили, что крысы стали появляться чаще?

— Примерно с год назад, — подумав, ответил истопник. — А в последние месяцы совсем одолели. Сами видите.

И он выразительно тряхнул связкой мёртвых зверьков.

— А когда в вашем доме поселилось семейство Гюнтеров? — снова спросил я.

— Полтора года назад, — сразу же ответил истопник. — Это я хорошо помню. Господин Аладушкин долго один жил с тех пор, как овдовел. А потом появились эти Гюнтеры.

— И через некоторое время после их приезда в доме стало больше крыс? — кивнул я.

— Выходит, что так, — согласился истопник.

— Александр Васильевич, к чему эти расспросы? — непонимающе нахмурился Зотов.

— Я забыл рассказать вам об одном интересном происшествии, — объяснил я. — Вчера мой домовой Фома проводил показательный сеанс древней магии, и у меня из кармана одежды выскочила крыса. Я готов поклясться, что до этого её там не было. Думаю, я бы обязательно её заметил. Предполагаю, что в моём кармане лежало что-то такое, что потом превратилось в крысу. И это что-то появилось после моей встречи с госпожой Гюнтер.

— Так и было, ваша милость, — уверенно кивнул истопник, хотя его никто не спрашивал. — Я же вам говорил, что она ведьма.

— Ясно, — хмуро кивнул Никита Михайлович. — Спасибо, что поделились важной информацией, господин Тайновидец.

Он бросил