(Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины - Илана Васина Страница 33

Глава 36

За столом наступает тягостное молчание. Вилки и ножи застывают в воздухе. Кажется, даже птицы перестали чирикать за окном — так тихо становится в зале.

Арвин сидит прямо, плечи напряжены. Руки лежат на столе, плотно сомкнутые вокруг ножа и вилки. Суставы пальцев побелели, а сами столовые приборы, кажется, вот-вот согнутся под его хваткой. Мрачный взгляд устремлён в тарелку. Тонкая жилка на шее пульсирует так резко, что я непроизвольно слежу за её ритмом.

Арканистр косится на короля с недоумением. Только Ярон воспринимает происходящее с удивительной легкостью и спокойствием. Мне кажется, на его губах даже проскальзывает улыбка. От таких разных эмоций теряюсь.

Не понимаю, что король имеет в виду, говоря про «делиться везением». Он хочет, чтобы муж поделился… мной?! С ним, как с мужчиной? Нет… Не может быть. Это какая-то глупая шутка. Такой местечковый розыгрыш. Сейчас монарх рассмеется, и я с облегчением выдохну...

— Мой меч и магия уже принадлежат вам, Ваше Величество. Я с радостью отдам за вас жизнь, — глухо выдавливает из себя муж, по-прежнему глядя в тарелку. — Надеюсь этого хватит. Потому что своей женой я делиться не намерен. Ни с кем.

Его тяжелый взгляд отрывается от еды и теперь буравит лицо короля, невозмутимое, точно маска. Наконец, король с холодком бросает:

— В данной ситуации меня интересует только согласие вашей жены, генерал.

— Но, Ваше Величество, — встревает арканистр. — Едва ли подобный шаг будет в интересах королевства…

— Я спрашивал вашего мнения, Арканистр? — холодно отрезает король. — Не припоминаю.

Рейвард Торн с беспокойством переводит взгляд с короля на генерала. Ничего не понимаю. В этом мире так можно? Пришел к хозяину, показал пальцем на жену, сказал: «беру!» — так здесь принято? Или это что-то новенькое, неслыханное? Как бы то ни было, король женат, а я не собираюсь становиться ничьей любовницей. Так что самое время мне высказаться ясно и четко.

— Буду рада ответить, Ваше Величество, — говорю с натянутой улыбкой, — если вы меня спросите.

— Разумеется, леди Верония, — лучезарно улыбается мне король. — До меня дошли слухи, что в самый сезон балов генерал отправил вас в скучное поместье. Будем откровенны. Я считаю, вы слишком талантливы и слишком красивы, чтобы прозябать в такой глуши. Ваше предназначение — сиять при дворе. Я хочу, чтобы вы украсили его своим присутствием.

Он замолкает на секунду, и я произношу:

— Благодарю вас. Вы очень добры, Ваше Величество, но...

— Но самое главное даже не это, — перебивает меня король, призывая замолчать. — Я не позволю той, что спасла жизнь моему брату, жить в заточении по прихоти мужа ревнивца. Затворничество — не подходящий удел для такой, как вы. Вы рождены блистать. Вы согласны со мной, леди Верония?

Вот теперь король вопросительно смотрит на меня, как и остальные мужчины, ожидая ответ. А я… После его речи я слегка теряюсь.

С одной стороны, это мой шанс удрать от злобного дракона. Арвин хотел заставить меня страдать, чтобы отомстить брату, и, если я соглашусь, шиш ему будет вместо мести.

Бросаю пытливый взгляд на мрачное лицо мужа, у которого каждая мышца напряжена, как пружина. Мысленно усмехаюсь. Что, не ожидал такого поворота, дорогой? Птичка вот-вот упорхнет из клетки...

Но, с другой стороны, у меня нет желания блистать на балах и украшать двор. Я же не гирлянда, в конце концов! От чего бы я точно не отказалась, так это от повышение квалификации, а потом и карьеры в качестве целительницы... Как бы его подвести к этой мысли?

— Вы очень добры, Ваше Величество, — осторожно начинаю. — Мне достался дар целителя, и хочу служить людям, как умею. Вот если бы у меня была возможность учиться целительству, чтобы быть еще более полезной… Я была бы вам безмерно благодарна.

— Нет, вы это слышали, господа? Леди Верония хочет учиться, чтобы служить целительницей! — король с веселым недоумением обводит своим взглядом остальных мужчин, тоже эм… скажем так, растерянных. Даже ошеломленных.

Реакция монарха меня задевает. Он будто призывает их посмеяться надо мной. К щекам приливает кровь. Чувствую, как горит мое лицо от унижения.

Опускаю глаза и тихо произношу:

— Простите, Ваше Величество, но я не понимаю, что вас так позабавило.

— Ничего не позабавило, а вот удивить — удивило. Меня удивила ваша стойкость и преданность делу. Это редкое качество для женщины, особенно, столь хрупкой и прекрасной, как вы.

Король, облачённый в богатый белый мундир с золотой вышивкой, чуть склоняется вперёд, положив ладонь на стол, и продолжает:

— Ваше желание для меня — закон. Я уважаю вашу целеустремлённость и готов предоставить вам возможность учиться. Вы станете частью королевской целительской службы, леди Верония. Я распоряжусь, чтобы вам открыли двери лучших госпиталей королевства. Вы сами выберете место для обучения и практики. Собирайтесь.

Он откидывается на спинку стула, будто разговор окончен.

Что, уже?! Чувствую, как у меня пересыхает во рту. Это звучит слишком масштабно и слишком… неожиданно! Начиная с момента пробуждения меня грызет желание поскорее добраться до больных в гостевых комнатах. Как они? Кого надо напитать силой, кому помочь в первую очередь? А тут… Его «собирайтесь», как удар под дых.

— Ваше Величество, — начинаю я, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Я не могу сейчас покинуть своих пациентов. Они слишком слабы, многие могут не выжить без моей помощи.

Король на мгновение хмурится, обдумывая мои слова. Он поворачивается к Ярону и Рейварду, словно участвуя с ними в беззвучном диалоге, затем снова смотрит на меня. Его пальцы чуть сжимаются вокруг ножа для масла, а затем он медленно откладывает его, как будто пришёл к какому-то решению.

— Хорошо. С момента начала войны нам не хватает лазаретов. Мы создадим ещё один военный госпиталь здесь, в Золотой Долине. Направим сюда двух лучших целителей. Они будут учить вас, леди Верония, прямо здесь, чтобы вы могли продолжать заботиться о своих пациентах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот черт… В груди холодеет. Это что же получается? Если останусь здесь, то муж будет по-прежнему иметь надо мной власть?

— Но ведь Золотая Долина… Разве это