Приговорённые к счастью. Книга 2 - Сергей Матвиенко Страница 13

– Я согласна! – поскорее прервала Елизавета поток фальшивых чувств. Неразумно отказывать, возбуждать тем его подозрения и склонять к новым неожиданным ходам в этой странной игре.

– Прекрасно! Тогда, надеюсь, вы разрешите мне ещё одну услугу: подбросить вас на машине до Института Времени. Никаких затруднений! Я сам туда же по своим делам.

Похоже, ей от этого странного субъекта никак не отвязаться, а значит, лучше и не бегать от него, а «держать при себе». А то он про неё слишком много знает, например, что она новичок в вождении андроидов, а она про него ничего.

Елизавета кивнула.

Перескочив с закрытыми глазами через прозрачный барьер между мирами в своё новое тело, Елизавета открыла их уже в земной примерочной – тесной каморке с зеркалом. Она оглядела лицо – и впрямь её, – повертелась, осматривая себя с разных сторон, ощупала лицо, руки, бока, задрав подол платья, полюбовалась на красивые ноги, подвигала бёдрами, сделала пару смелых танцевальных движений, затем покружилась перед зеркалом уже в приличном виде и осталась всем довольна. Ей не верилось, что тело было механическое, а не её. Всё было анатомически точно, даже, пожалуй, слишком. Ох, погуляют они с Бальтазаром! Если и у него такое же, с Земли можно вообще не улетать. Останутся тут жить… А может, это и не Земля, а Луна? В каморку постучались. Внутрь просунулся Вернер, похвалил её земное обличье и вежливо намекнул на недостаток времени.

Через пять минут они сели в заказанное Вернером такси. Елизавета заняла заднее сидение автомобиля напротив Вернера, разместившегося на переднем. Как только такси тронулось, она перевела взгляд в окно. Виды Земли её завораживали, пусть пейзажи и бедненькие, не сравнить с лунными, но там-то всё нарисованное, а здесь все предметы настоящие, даже её тело, даже эта самодвижущаяся машина. Это было уже непривычно.

– Вы на Землю за своим новым мужем, а я за старым капризным приятелем, – начал Вернер разговор, развалившийся на переднем диванчике.

Та, оторвавшись от окна, улыбнулась ему. Конечно, за новым. Бальтазар ей и не был мужем. А теперь будет, но вам, Вернер, об этом знать необязательно, а то вы очень подозрительный тип… «А вдруг разлюбил, не захочет меня больше видеть? Письмо это прощальное… – вспыхнула Елизавета. – Сколько я ему гадостей наделала… Тогда прокляну!..»

– Капризный, потому что отказался от моей помощи, – пояснил Вернер. – Мол, сам справлюсь. Хитрец! Знает, что в таком состоянии я его там… за порогом… не оставлю, – загадочно сказал он. – За ним и еду… Кажется, я прервал ваше мечтательное состояние. Извините.

Вернеру позвонили, он ответил, и Елизавета навострила уши.

– Обещаю через месяц всё уладить, – вежливо говорил он в трубку. – Небольшие финансовые трудности… Вам не о чем беспокоиться, вы же знаете, что я всегда предельно аккуратен со сроками воскрешений своих подопечных… Ах, так вы узнали про Бенито! Но это же совсем другой случай!.. Да, я внёс за него, но только четверть! Больше не нашёл, временные трудности… Остальные деньги из его собственной накопительной кубышки! Что, за него ещё и золотом заплатили? Нет, это не я! Узнать бы, кто за Бенито так хлопочет. Сплавил бы ему этого «героя». Вам не нужен?.. Нет? Хорошо! А на вашего… Говорю, деньги на Адольфа буду выводить из оборота… Нет, надо немного подождать… А много накопилось? Двое? А через пару месяцев сколько? Пятеро! Ну что ж, хорошо! А! Вам строго через месяц?! Пу-пу-пу… Договорились! Оплачу сразу всё… И вам всего хорошего!

– Одному, капризному, видимо, по имени Бенито вы помогли, а на другого, Адольфа, денег нет? – спросила его Елизавета. – Это же тот, которого вместе с моим… То есть не моим… страждущие сожгли?

– Ну… Кому-то повезло, а кому-то нет, – пространно ответил ей Вернер с милой улыбкой. – Как, например, вашему Фернандо…

Глава 9. Хитроумный историк

Когда Вернер её наконец оставил, Елизавета с облегчением выдохнула. Очень она беспокоилась, что он так и будет за ней таскаться и узнает, что никакого Фернандо она воскрешать не собирается. Выяснит, что Бальтазара, и скажет, что, мол, я же внёс предоплату, но за Фернандо, поэтому забираю её; или, наоборот, полезет с объятиями, какая она прекрасная женщина и что он рассчитывает пожать Бальтазару руку. Ожидать от этого чудака можно было чего угодно, а что у него на уме и что ему на самом деле от неё надо – неизвестно. Но, слава богу, на входе в Институт ему опять, наверное, в десятый раз, позвонили, и он с криком «Я уже здесь!» умчался.

Елизавета рассматривала огромную мозаичную картину на стене холла Института Времени, «знаменитое панно», с толпами поколений людей, которые тянули за руки друг дружку из тьмы веков к свету, изливавшемуся из абстрактной колбы в руках абстрактного научного сотрудника, то бишь историка, когда её осторожно потрогали за плечо.

Она обернулась: перед ней стоял невысокий, раздавшийся вширь, с пухлым лицом человек, вернее, землянин в белом халате, из-под которого выпирало массивное брюшко.

– Здравствуйте, вы жена Бальтазарушки? Я думаю, вы или не вы. А у меня высвечивается, что вы. Елизавета! – старательно прочитал он с телефона.

Это был историк-лаборант по прозвищу Иван Иванович, как его за глаза называли Бальтазар и прочие луняне, с которыми тот общался. И не только за глаза, но и в беседе с ним – через переводчик. Уж очень сложным было у него имя, с нюансами местного диалекта. А с переводчиком куда проще: говоришь «Иван Иванович», а обученная умная машинка произносит его настоящее имя, что-то вроде «Ионувонои-ма-лавлоиче» (но это неточное соответствие, звучит совсем не так).

Елизавета внимательно посмотрела на него, огляделась по сторонам, проверяя, нет ли поблизости Вернера.

– Ну, предположим, я.

– Я Иван Иванович. Меня так ваш… бывший попечитель звал. Бальтазарушка. И другие луняне. Переводчик используют! Нет бы запомнить… Думали, я не знаю, а я выяснил… Ну и ладно! Я ему в отместку научил свой переводчик говорить «Бальтазарушка». Смешно, да?

Елизавета пожала плечами.

– Меня автоназначили вашим помощником, – продолжил историк. – Бальтазарушка со мной дела вёл, как и все из его лунной детективной конторы по расследованию наших преступлений на вашей