Млечный Путь, 21 век, номер 3(56), 2026 - Наталья Бахтина Страница 12

На планете, на которой побывал Глеб, учёные добились в этом смысле неимоверных успехов. Живи сколько хочешь. При желании все органы можно заменить на прочные, практически вечные аналоги, а мозг умеет функционировать в условиях, почти не связанных с необходимостью передвигаться.

Глеб усмехнулся. «Голова профессора Доуэля» была его любимой книгой. Он от всей души сочувствовал Брике, певичке из кафешантана, к голове которой пришили чужое тело – своё не подлежало восстановлению после полученной раны из-за стрельбы в кабаре. Другое дело, что она не смогла сохранить своё новое приобретение: будучи взбалмошной и нервной особой, ускакала из клиники, не дождавшись полного исцеления, и потеряла второе тело также... Но головы в лаборатории у профессора Керна могли функционировать вполне независимо от тел. А тело суть субстанция прикладная, можно сварганить из подсобных материалов. Можно и вообще обойтись без оного.

Да, молодцы писатели-фантасты! В фантазии им не откажешь. Но реальность подчас бывает круче самой причудливой выдумки. Глеб вспомнил, что ему под большим секретом рассказал приятель из соседнего подъезда. Отец его работал в строго засекреченном институте, не имевшем названия, а только буквенно-цифровое обозначение. Институт располагался на берегу тёплого моря и занимался налаживанием контактов с подводными обитателями. Уже ни для кого не является тайной, что дельфины обладают разумом. И не только они. Спруты, например. Последние контактируют с человеком неохотно, возможно, потому, что представители некоторых приморских стран до сих пор имеют пагубную привычку использовать их в кулинарии. Японцы едят осьминогов, сородичей спрутов, живыми, нарезанными на тонкие кусочки, получая особое удовольствие от того, что мышцы щупалец пульсируют во рту во время жевания. Спруты и осьминоги поэтому прячутся на дне морском среди скал. Добродушных дельфинов поедать не принято, поэтому они не боятся быть съеденными и более охотно общаются с людьми.

Так вот, в этом институте изучают разных представителей морской фауны. Понятно, что если институт секретный, то он разрабатывает новые типы вооружений – так всегда было, есть и, к сожалению, будет. Дельфинов тоже хотели приспособить к атаке на вражеские суда и субмарины, но не вышло. Не хотят они участвовать в разборках между людьми. Сами живут дружно и не понимают: как можно враждовать, когда жизнь так коротка? Не лучше ли потратить её на игры, на приятное общение, на любование красотами природы?

А вот что задумали россияне с планеты Росс из созвездия Девы – это большой вопрос. На словах-то они, конечно, за всё хорошее против всего плохого, но кто же с места в карьер будет раскрывать свои планы и намерения перед чужаками?

Вообще, все люди делятся на две категории. Одни при встрече с незнакомцами спрашивают себя: «Что этот конкретный человек может сделать мне хорошего?» А другие, и таких большинство, задаются вопросом: «Что он может сделать мне плохого?» И если уж стили общения людей, живущих на одной планете, настолько различны, вплоть до того, что часто диаметрально противоположны, то что говорить о существах, принадлежащих разным планетным системам? Поэтому с ними нужно держать ухо востро. А вот друзей надо беречь. И любимых. Это такая редкость в наше время.

Явных врагов можно не бояться, гораздо хуже неприятель тайный и незримый. Только как выяснить, кто тебе друг, а кто скрытый враг? Здесь без маленькой не разберёшься, подумал Глеб, усмехаясь и вспоминая Мишу. Но чтобы выяснить, кто к тебе действительно хорошо относится, надо не отталкивать любимых. Он уже подходил к зданию своего магазина на Кутузовском, когда принял решение: сегодня надо обязательно позвонить Лене.

Глава 6. На Земле и не только

Пришла пора познакомить читателя с открытием, сделанным Романом этим летом на Симеизском радиотелескопе. Сам он, правда, к результатам своих наблюдений относился пока сдержанно, «Эврика» кричать не спешил: слишком многое надо было ещё проверить, пересчитать и снова проверить. Как известно, любой научный результат только тогда может называться таковым, когда он экспериментально несколько раз подтверждён, причём желательно разными людьми, на разной аппаратуре и в разных лабораториях. Или на разных телескопах и в разных обсерваториях, если речь идёт об астрономических объектах. Хорошо вам, астрономы! – скажет физик-ядерщик. Небесный объект вдруг где-то далеко взорвался, вы подвели под это дело теорию, объяснили – кто во что горазд, нашли тысячи причин, защитили диссертации. Никто проверить всё равно не может, верно это объяснение или нет: слишком далеко лететь. А нам, физикам-экспериментаторам, которые имеют дело с ядерными взрывами на Земле, приходится соразмерять каждый свой шаг – не дай Бог, рванёт так уж рванёт... Может вообще никого не остаться после такого эксперимента, не говоря уж о физиках-теоретиках, способных объяснить причины и последствия.

То, что наша вселенная могла быть создана в лаборатории неким всемогущим разумом, в основном до сих пор обсуждали только писатели-фантасты. И рассуждения о том, что таких вселенных может быть много, тоже, как правило, относятся к области научной фантастики. Но не только. Религии разных народов наплодили множество альтернативных миров – Олимп у древних греков, рай и ад в христианстве, девять миров в германо-скандинавской мифологии, шесть миров в буддизме, неисчислимые миры Кастанеды, которые пронизывают друг друга... Да мало ли ещё! Концепцию множественности миров поддерживает и Коран. Хотя справедливости ради надо заметить, что даже учёные теперь не отвергают, а наоборот, предполагают существование разных вселенных. По законам квантовой механики выходит, что миров вообще должно быть неограниченное количество. В теории струн, – с которой связаны большие надежды физиков, идущих по стопам Эйнштейна и мечтающих наконец исполнить его заветную мечту о создании Единой теории всего, – этих вселенных тоже пруд пруди.

А когда мы спим? Разве мы не попадаем в другие миры? В них можно свободно парить по воздуху, взмывать на вершину высокой горы, мгновенно переноситься из одной точки пространства в другую. Вы скажете – это не реальные, а воображаемые миры. Но ведь «всё вообразимо, ибо всё существует»?

Можем ли мы найти свидетельства существования других вселенных, находясь у себя на Земле? Проникают ли эти вселенные друг в друга или они совершенно независимы друг от друга? Может быть, они двигаются рядом, но с разными скоростями, и в специальных местах стыковки можно перейти из одной в другую, как с одной ленты движущегося транспортёра