Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров Страница 96

поддерживает огонь звёзд, через которые он наблюдает за нашим миром. Именно поэтому солнце называют оком Инноса. Сам он находится вне времени и пространства, потому что настолько велик и необъятен, что его проявление в нашем мире уничтожило бы Вселенную. Белиар — антипод Инноса, ничего не даёт, лишь забирая. Он тоже наблюдает за нами, но в местах его соприкосновения с видимым миром в космосе формируются области, затягивающие всё в себя. Но и это является благом для нас, хоть и относительным. Дело в том, что если бы Белиар постоянно не пожирал свет, то энергии стало бы столько, что всё раскалилось бы и сгорело. Но если равновесие в борьбе двух братьев нарушится в пользу тёмного бога, то весь мир замёрзнет и погрузится во тьму, сходную с той, через которую мы проходим при телепортации. За равновесием и следит Аданос — он и есть полноправный владыка нашего мира. Сам он не даёт и не забирает, лишь распределяя то что есть — он связующее звено, упорядочивающее пространство. Миссия Аданоса не менее важна, чем у других богов, но маги огня почитают первоисточник жизненной силы, каковым является лишь Иннос.

— Но как же конфликт братьев? Если они настолько необъятны, что даже не могут попасть в наш мир, каким образом происходит их противостояние? — не удержался и спросил я.

— Это очень грамотный вопрос, Мильтен. Я рад, что ты способен анализировать и сопоставлять полученную информацию. Действительно, предания говорят о богах, как о личностях, подобных людям, лишь наделённых великой силой. Да, таковые тоже существуют, но не являются первопричинами — не они сотворили наш мир. Иннос и Белиар из сказаний — лишь аватары настоящих богов, можно сказать, в бесконечность уменьшенные копии. Но, именно они сотворили людей и животных, наполнили мир красками, и вообще, сделали его таким, какой он есть. Без этих божественных проявлений наша Вселенная так бы и осталась лишь сгустками первичного огня. Инносу, Аданосу и Белиару присуще творчество, они способны придумывать и создавать новое. Каждый из них является проекцией соответствующей стихии — огня, воды и воздуха.

— Воздуха? — в недоумении уточнил я, — но разве Белиар не бог тьмы?

— Истинный Белиар — да, а проявленный лишь отчасти. В нашем мире пустоты и тьмы, как таковой не существует, и самой разреженной и менее плотной структурой является воздух. Именно им и руководит ипостась тёмного бога.

— А как же некромантия, демонология?

— И это тоже, конечно. Но изначально, в древние незапамятные времена, когда братья ещё жили в согласии, они вместе создавали планету, и Белиар повелевал воздушной стихией.

Моя голова шла кругом от количества новых сведений — всё это нужно было хорошенько обдумать и переосмыслить. Мало того, что боги оказались не такими простыми, как я наивно полагал, они ещё имели несколько уровней существования, на каждом из которых проявлялись своими аватарами. Мне пришлось ещё много раз просить учителя разъяснить устройство мироздания, отношения между братьями-демиургами и вышестоящими проявлениями первичных стихий. Было тяжело понять все тонкости, и при этом не свихнуться — не удивительно, что для простых обывателей религия была упрощена. Больше всего меня поразило, когда Корристо сообщил мне, что на самом глубоком уровне Бог един, но множественен одновременно, а причина нашего неправильного его восприятия — лишь ограниченность человеческого сознания, которое не может разглядеть всю картину в целом.

Узнав всё это, я стал лучше понимать Ксардаса. Так ли велико в действительности было его прегрешение, или же это лишь закономерный этап развития мага, попытка узреть мир с разных ракурсов, чтобы составить общую картину?

Глава 10. Послание

Со стороны могло показаться, что жизнь магов течёт размеренно и не претерпевает никаких изменений. Но это было совсем не так, просто сфера наших интересов лежала за границами понимания обывателей. Для того чтобы побывать где-то или получить нужные сведения не всегда необходимо куда-то ходить — для этого есть книги, заклинания и, главное, внутреннее видение. Последнее я слабо себе представлял, ибо осваивал тогда всего лишь второй круг магии. Но Корристо, Дамарок, и даже отчасти Драго владели этой тайной техникой. Иногда такое непосредственное знание называли ещё магическим чутьём или ясновидением. В медитации маг мог оставлять своё тело и передвигаться подобно духу. Именно так, к примеру, Корристо отслеживал мою телепортацию при первом испытании новой руны, благодаря чему сразу узнал об успешном перемещении и безбоязненно последовал за мной.

Несмотря на такие способности, маги не были вездесущими. Во-первых, образы мира, воспринимаемые в медитативном состоянии, часто оказывались искаженными. Во-вторых, техника отбирала много сил и не могла использоваться по мелочам. В-третьих, в таком состоянии маг оказывался уязвимым для демонов и других блуждающих сущностей, а в некоторых районах рудниковой долины их было огромное количество. Корристо пока почти ничего не рассказывал мне об этом, но ничего и не скрывалось специально, так что я смог составить общее представление о внутреннем видении по разговорам более опытных магов между собой. Раньше я думал, что вся магия сводится к метанию огненных шаров, но оказалось, что это лишь внешняя часть айсберга, которой опытные адепты Инноса уделяют, как правило, не так уж и много времени. Вся настоящая работа скрыта и непонятна непосвящённым.

В один из таких ничем не примечательных дней и произошло то, чего я сам не до конца понимая, ждал уже давно. Маги только пообедали и как раз собирались вернуться к своим повседневным занятиям, когда Корристо окликнул меня:

— Мильтен, нам нужно кое-что обсудить.

На удивление, наставник казался немного взволнованным, что было не характерно для хорошо владеющего собой магистра. Мы поднялись наверх, и учитель продолжил:

— Помнится, ты говорил, что знаешь расположение возможного убежища Ксардаса, верно?

— Да, магистр. Однажды на охоте я зашёл слишком далеко в горы и видел странную башню, не похожую на окружающие её руины.

— Хорошо. И ты можешь пройти к ней?

— Думаю, это будет несложно. Однако стоит опасаться диких зверей и разведывательных отрядов орков.

— Хорошо… Очень хорошо.

— Но к чему все эти вопросы? Неужели Вы решили договориться с Ксардасом?

— Договориться? Нет… Скорее ответить, — с этими словами Корристо взял со стола скомканный лист бумаги и протянул мне, — вот это послание я обнаружил сегодня на своём столе. Не представляю, как оно тут очутилось, но уверен, что оно на самом деле написано отступником — я слишком хорошо знаю его почерк, чтобы ошибиться.

Я аккуратно развернул письмо и прочёл. К счастью, оно было на миртанском:

«Друг мой, Корристо!

С твоей стороны