Нова - Максим Балашов Страница 92

Перелёт длился целых три утомительных часа. За это время Крас успел детально ознакомиться с файлами операции. Их перебрасывали в соседний военный округ, к самому подножию величественной и мрачноватой горы Тендипа, где располагался тот самый засекреченный учебный центр для подготовки охотников на одичалых. Согласно информации, предоставленной М. У. Л. И., именно в этом районе был зафиксирован самый низкий аномальный фон на всей Нове, и, как правило, здешние одичалые считались практически безопасными, почти ручными. Наверное, начинать с чего-то попроще было и правильно, но его внутреннее чутьё, натренированное сотней передряг, настойчиво подсказывало, что лёгкость — это лишь иллюзия, и на деле всё окажется куда как сложнее.

Он так же просмотрел и виртуальное досье на состав их нового, сборного отряда. Помимо него самого, Габенса, Киты и Миро, в лагере к ним должны были присоединиться ещё четверо военных из другого, более северного округа, а общее командование на себя брал капитан Огетс-Зана-Ши. Из многочисленных источников и рапортов, любезно предоставленных Красу его электронной помощницей, он с быстротой понял, что Огетс — это просто ходячая легенда среди охотников на одичалых. На личном счету у капитана числилось целых сто шестьдесят два успешно выполненных задания и лишь четыре громких провала, что для такой профессии было феноменальным показателем. Не зря же Варг говорил, что их будет сопровождать настоящий эксперт по отлову; наверное, только с таким сопровождающим полковник и согласился отправить в опасную командировку свою единственную дочь.

Приземлившись на посадочной площадке учебного центра, Крас ожидал увидеть перед собой нечто, напоминающее его родную, благоустроенную часть, или, на худой конец, захудалый, но основательный военный городок. Однако его ожидания вновь не оправдались. Как же он искренне удивился, когда из распахнутых дверей военлёта перед его изумлённым взором открылся вид не на капитальные строения, а на огромный палаточный лагерь, раскинувшийся у подножия суровых скал. Информация об учебном центре, как выяснилось, была настолько строго засекречена, что заранее узнать хоть какие-то топографические детали местности оказалось абсолютно невозможно.

Герой сходу, не сходя с трапа, выдал саркастичный вопрос: «И в какое же богом забытое захолустье нас, таких прекрасных, привезли? На курорт „Пальмы и Когти“?»

Первым, кто вызвался ответить, был, конечно же, Миро, пропищав своим противным голоском:

— В учебный центр, разве не ясно? Или тебе нужна табличка с неоновой надписью?

— Ну ты просто капитан Очевидность, а я бы сам никогда не догадался, — парировал Крас, смерив того презрительным взглядом. — Я имею в виду, какого хрена тут на километр вокруг одни палатки, и нет ни одного, даже самого захудалого, капитального здания? Это же целый «учебный центр», а не смотр самодеятельности для юных выживальщиков! Где тренажёрные залы? Где душевые, в конце концов? Или мы теперь будем мыться под дождичком, как герои романтических комедий?

Посадочная площадка располагалась на небольшом возвышении, открывая вид, достойный кисти художника-мазохиста. Перед ними раскинулся гигантский палаточный городок, словно его планировал сумасшедший геометр после трёх бутылок местной перегонки. В радиусе двухсот метров, посреди непролазных, сочащихся влагой джунглей, герой насчитал с полторы сотни шатров всех размеров и расцветок, понатыканных в таком хаотичном порядке, что, казалось, сама природа плакала от этого архитектурного безумия.

Осмотрев окружающие декорации, Крас первым делом понял, что их, без лишних церемоний, выдернули из привычного климата и швырнули прямиком в тропики. Навык, унаследованный от патриарха полярных волков, с безупречной точностью сообщил ему, что здесь было душно, жарко и противно влажно, словно внутри гигантской пароварки. Ну и, естественно, буйство пальм и лиан, оплетавших всё вокруг с упорством пьяного удава, окончательно убедило его: пикника тут не будет.

«Твою мать, просто обожаю эти курортные широты, — с горькой иронией подумал он. — Вспоминается, как я три дня ползал здесь, как таракан, по похожему месту и чуть не отдал концы от ласк милого хамелеона. Хотя… сейчас я стал сильнее, умнее, и, что важнее, за мной по джунглям не бегает маньяк-рептилоид с единственной целью в жизни — превратить мои внутренности в украшение для своей пещеры. С этой назойливой мошкарой и влажностью, от которой даже носки промокают, мы как-нибудь справимся — это ведь просто мелкие энергопотери, словно плата за проживание в богом забытом отеле. Кстати, их нужно бы пополнить, на сухпайках далеко я не уеду… Так что, в сухом остатке — всё не так уж и плохо, если, конечно, не считать полного отсутствия признаков мест выхода силы поблизости. А это, мои дорогие, уже не есть гууд, как говаривал один мой знакомый. Ладно, хватит ныть, пора включать режим сбора информации, пока местная фауна не решила, что мы — это шведский стол».

— Дубина ты самосадная, — фыркнул Миро, смотря на Краса с видом профессора, объясняющего примату квантовую физику. — Учебный центр постоянно кочует, как стая безродных псов, из-за нестабильности аномальной зоны. Мы сейчас, по сути, торчим на самой границе между условно нормальным миром и владениями одичалых, где каждый кустик может тебя сожрать, если неправильно посмотреть. Эти твари никогда не покидают линию воздействия генератора купола, а эта чёртова линия пляшет, как пьяная балерина, и делает это абсолютно непредсказуемо. Плюс, учебный центр — секретнее, чем интимная жизнь полковника, и его координаты известны лишь горстке высших офицеров, которые, видимо, хранят их в сейфе, закопанном на необитаемом острове. Ещё и по этой причине его частенько перекидывают, словно горячую болванку. Кита, — с притворной скорбью обратился он к девушке, — зачем нам вообще навязали этого деревенского дурачка? Он же будет обузой в походе, как гиря на ноге. И что такое, кстати, этот твой «пионерский лагерь»? Это что-то из его диких простолюдинских суеверий? — закончил он, самодовольно усмехаясь.

«Чую, что кто-то из нашего дружного коллектива не вернётся из похода живым, — пообещал себе Крас, сжимая кулаки. — По крайней мере, целым и невредимым — точно. Ты мне, крысёныш, заплатишь за свои слова, причём собственной кровью и, возможно, парой зубов».

— Мёрфи, остынь, как перегревшийся процессор, — раздался в голове Краса спокойный голос его виртуальной подружки. — Такие переростки-мажоры, как Миро, всегда первыми бегут в кусты, громко визжа, как только сталкиваются с настоящими трудностями, а не с бутафорскими