Огонь и Лёд в Академии магии - Наталья Викторовна Маслова Страница 9

Он поднялся, протянул руку, чтобы помочь мне встать. Я, по привычке, проигнорировала жест и поднялась сама. Уголок его рта дёрнулся. Не усмешка, а что-то другое.

– Спасибо, – сказала я неожиданно для себя и сразу же пожалела.

– Не благодарите, – он отвернулся, подбирая свой блокнот. – Наши занятия – насущная необходимость. Если вы запаникуете, погибнете, получите увечье или заморозите пол отряда, отчёт всё равно придётся писать мне. Никого из своих учеников или воинов я терять не желаю. Поэтому – прилежно учитесь.

Его тон снова стал сухим, служебным. Но в словах «каждый день» я услышала не приказ, а… договор. Он будет учить. Я учиться. Пока это было нужно ему для отчётности. Только мне почему-то казалось, что не только.

– Обещаю, капитан Валерон, – просто сказала я.

– Знаю, – ответил он, уже выходя из зала. – И, адептка Валь…

Я посмотрела на него.

– Ваш кристалл. Трещина… Она стабилизировалась. Обруч работает. Так что можете перестать на него коситься, как на умирающего друга, Роксана.

Потом он просто ушёл, оставив меня одну в огромном пустом зале. Я посмотрела на посох. Кристалл и правда светился ровнее. Трещина больше не пульсировала. В голове было странно спокойно. Как будто после долгого шума, наконец, выключили громкую музыку.

Это было непривычно и даже немного… страшно.

Из-за двери послышался смех – группа драконят шла на утренние занятия. Мир академии просыпался и жил дальше. А у меня теперь была новая, странная обязанность – каждый день приходить сюда, садиться напротив капитана Валерона и учиться прятать свою боль от всего мира и от себя самой.

Ещё секунду постояла в тишине зала, слушая, как его шаги затихают в коридоре. В голове царила непривычная, зыбкая пустота. Не покой, а скорее… ожидание. Как будто я вытащила из комнаты громко тикающие часы, и теперь прислушивалась к их отсутствию.

Потянулась за посохом. Кристалл под обручем действительно светился ровным, холодным сиянием. «Как на умирающего друга», – эхом прозвучали его слова. Глупо. Это был инструмент. Оружие. Но… Да, я смотрела на него именно так. Потому что он был последним куском дома, что у меня остался.

Развернулась, чтобы уйти, и мой взгляд упал на его блокнот. Тот самый, в котором капитан что-то писал. Он лежал на лавке у стены. Капитан Валерон, видимо, забыл его в спешке.

Меня сковало. Взять? Посмотреть? Это было бы чистейшим нарушением всего. Но любопытство, острое и гадкое, кольнуло сильнее разума. Что наставник мог там писать? Отчёт? Расчёты? Или… наблюдения?

Я сделала шаг. Потом ещё один. Кончики пальцев уже почти касались потрёпанной кожаной обложки, когда в голове, чётко и ясно, будто он стоял за спиной, прозвучал его голос: «…просто… не пускать туда».

Отдёрнула руку, будто обожглась. Нет. Это не та стена, которую он учил строить. Это была бы дыра. Слабость. Капитан, демоны его дери, наверняка специально оставил блокнот. Банальная проверка. Очень простая и эффективная проверка на вшивость.

Я стиснула зубы, развернулась и твёрдыми шагами пошла к выходу. Уже в дверях бросила последний взгляд на лавку. Блокнот лежал там, безмолвный и манящий. Поступила, как в детстве, когда видела сладости, оставленные матерью без присмотра: вышла вон и резко захлопнула дверь.

Коридор был пуст. Где-то вдали звенели голоса. Поэтому позволила себе минутную передышку. Прислонилась к прохладной каменной стене, закрыла глаза и попыталась снова найти ту самую «полку» в воображаемой библиотеке. Книга была на месте. Только теперь рядом с ней стояла ещё одна, тоненькая и серая. На корешке не было названия. Только прекрасно знала, что в ней. Сегодняшнее утро. Его голос, боевые шрамы и нарочно забытый на лавке блокнот.

«Нет, – мысленно прошипела я себе. – И эту слабость надо навсегда поставить на полку и не вспоминать».

Отошла от стены, глубоко вдохнула, задержала дыхание на пару минут и резко выдохнула воздух. После чего зашагала к выходу на плац, где уже собирались на утреннее построение. Солнце било в глаза, слепило. Лёд внутри постанывал, привыкая к новой, непривычной тишине.

Где-то в глубине сознания, за всеми возведёнными стенами, шевельнулась крошечная, едва уловимая мысль: «А что, если он и правда, просто забыл? Что, если там… про меня»?

Раздражённо тряхнула головой, будто отгоняя назойливую муху. Неважно. У меня теперь была важная работа на каждый день. Утром и вечером. Я обещала строить стены и прилежно следить за тем, чтобы ни одна книга никогда не упала с полки.

Тут по спине, будто чьё-то ледяное дыхание, пробежала дрожь.

Он сказал, что твари чуют боль. Что, если они чуют ещё и другие эмоции. Например, сильное любопытство? Особенно такое, острое, колкое, почти что… голодное?

Я сжала посох так, что обруч на кристалле едва заметно зазвенел.

«Каждый день, – строго напомнила самой себе. – Начиная с завтра».

А сегодня… сегодня нужно было просто выжить. Не смотреть на ту дверь и не вспоминать лавку у стены, если я снова пройду мимо Тренировочного зала.

Глава 6

Глава 6

С нашего первого занятия прошли две недели усиленной муштры. Я могла гордиться своими первыми заметными успехами. Удивилась, что перестаю воспринимать всех драконов, как подлецов, интриганов и безжалостных злодеев. В учёбе я показывала вполне приличные для первокурсницы результаты. Поэтому ко мне стали относиться в разы терпимее и без явной или скрытой вражды. Не могла отрицать, что в этом была огромная заслуга Тарин. Моя соседка по комнате стремительно превращалась в близкую подругу. Меня не останавливало даже то, что и она была оборотнем, как гнилой и мерзкий лорд Лоркан Пепел.

Однажды утром я вышла на утреннее построение. По плацу, выжженному утренним солнцем, нёсся ледяной ветер. Не настоящий, а магический. Отчаянный, колкий, сбивающий с ног. Я стояла неподвижно, упираясь посохом в каменные плиты, и пыталась дышать ровно. Каждая клетка тела кричала от напряжения.

Передо мной, в десяти шагах, стоял капитан Валерон. Руки за спиной, взгляд спокоен. Только лёгкая рябь в раскалённом воздухе вокруг него выдавала его работу. Это он создавал этот ветер. Не для того, чтобы свалить меня. Для того чтобы я научилась ему противостоять.

– Концентрация, адептка Валь, – его голос пробивался сквозь вой стихии, чёткий и ровный, как удар меча по наковальне. – Не боритесь с потоком. Найдите в нём пустоты и стойте там. Ваш лёд – не щит. Он ваш фундамент.