Конфронтация - Владимир Владимирович Ящерицын Страница 87

гладкий сплав, рожденный в иной вселенной… Я медленно поднял маску и, прикрыв глаза, приложил ее к лицу. Иглы, воткнувшиеся в скулы, родили ярчайший импульс боли. Пару секунд я задерживал дыхание, дабы случайно не издать стона. Боль, достигнув за пару секунд пика, быстро исчезает. Открыв глаза, я выдыхаю и под взглядом Эйрин склоняюсь к своим вещам, сложенным у изголовья кровати. Новая куртка и штаны. Надев комплект основы легкого доспеха, достаю футляры с регалиями Шестого храма и И’си’тор и надеваю их. Но это еще не все. Эйрин помогает мне прикрепить стальные части доспеха и ножны с моим оружием. Поколебавшись, я прячу в футляр свою тренировочную трость-плеть и заменяю ее адамантовой сестрой, смертоносным произведением искусства, отлично зарекомендовавшим себя в Аду. Сложенную косу княгиня закрепляет у меня за спиной, на манер двуручного меча хахта, рядом с полутораручником кхрихао. Пара коротких мечей на бедра, четыре метательных ножа во вшитых ножнах на груди, длинные кинжалы. На этом набор необходимого оружия для наших реалий заканчивается. Можно, конечно, еще забросить на спину арбалет, но зачем?

Что ж, вот и конец. Я подтягиваю шнуровку на одежде и, встав на цыпочки, вытягиваюсь в струнку, после чего пару раз наклоняюсь в стороны. Вроде бы ничего не давит. Эйрин быстро приводит мои волосы в порядок, проведя по ним специальным гребнем-артефактом. Благодарно кивнув княгине, я выхожу наружу.

Вампиры, стоящие на страже по бокам от входа, поворачиваются ко мне и склоняют головы.

В лагере царит явное оживление: солдаты носятся туда-сюда. Белых, выгоревших на солнце людских палаток больше нет. Вместо них лишь выровненная и очищенная магией поверхность. Купол явно увеличился в размере – теперь он накрывает не только сам неровный круг лагеря, но и лес возле него на глубину около полукилометра. Взглянув вверх, я увидел, что местного светила уже нет на небосводе: явно вечерело.

Рядом раздался голос Эйрин:

– Атхирта встречают Иситес и Шеяшхи со своими отрядами.

Я кивнул, глядя на снующих атретасов.

Неожиданно замечаю явно людские палатки и расседланных животных, похожих на лошадей как две капли воды.

– А что здесь делают люди? – спрашиваю, не отрывая от группы из пяти человек взгляда.

– Они прибыли около трех часов назад. Они из Аласри. Королевская гвардия под прямым командованием вам известной Джер де Таунрилл. Она, оказывается, представитель боковой ветви рода Таунри.

Я удивленно повернулся к Эйрин, и она продолжила:

– Этот род очень велик и могуществен. Даже ныне правящий король Каршлана принадлежит к одному из его ответвлений. Поэтому герцог Ларс и хочет оспорить трон.

– Кого она поддерживает, выяснили?

Эйрин дернула уголком рта.

– Виркс одно время была с Джер де Таунрилл довольно близка, и она считает, что та поддерживает нынешнюю власть.

– Какая жалость, а я уж было хотел отдать приказ прикопать их тут неподалеку.

Княгиня мягко рассмеялась на мою незамысловатую шутку и продолжила:

– Этого в любом случае не желательно делать: она личная ученица Аршема Краа, ректора Академии Аласри, и преподаватель в ней же. Вдобавок ко всему она не является гражданкой Каршлана и прибыла в Кехарон к своим родителям забрать свою единокровную сестру на обучение.

– Хм. Вот даже как… А что со светлыми? Они готовы выдвигаться?

Эйрин нахмурилась.

– Они готовы выдвигаться, но Ирмиель хочет поговорить с вами.

– Причина?

– Она хочет оставить с нами своих спутников: есть все основания предполагать, что в остальных лагерях есть еще пленники. Кстати, вы должны знать: среди освобожденных есть минимум два преподавателя Академии. Женщины. Одна из них потеряла в этом ритуале жениха, а вторую мы отбили в караване.

– Забавно-то как. И не захочешь, так поверишь в предопределение. Хорошо, после разговора с Атхиртом я пообщаюсь с Ирмиель.

Эйрин прикрыла глаза и дотронулась до своей серьги связи. Спустя пару секунд она произнесла:

– Шеяшхи вступил в зрительный контакт с разведкой. Через пару минут они уже будут здесь.

– С какой стороны они прибудут?

– Как и все, они двигаются почти напрямик.

– Хорошо. Идем, встретим их на краю лагеря.

Я пошел к краю защитной полусферы. Пара высших вампиров двинулась за нами. Но палатка не была оставлена без охраны – на их место тут же встала пара Старших жриц из отряда Арихитос.

Так получилось, что на моем пути оказалась Джер с парой каких-то своих людей. Она уже открыла рот, намереваясь что-то сказать, но я взглянул ей в глаза, и она захлопнула его, не издав ни звука, и торопливо отошла в сторону, освобождая дорогу. Не знаю, чего она хотела, но в любом случае мне сейчас не до нее.

Мы подошли к краю леса вовремя: не успел я остановиться, как среди деревьев стали мелькать двулапые туши ристов. И почти одновременно я их услышал. Все дело в том, что ристы, конечно, способны двигаться тихо, но недолго, а уж сейчас, после суточной скачки, они дышали, шипели, пшикали, словно древний земной паровоз.

Похожие силуэтом на цыплят, покрытые пластинами стальной защиты, словно рыцарские кони, ящеры неслись по лесу, абсолютно не замечая кусты и тонкие деревца. Их всадники были защищены им под стать – полный доспех. Предназначение этих солдат совсем не то, что у частей «быстрого удара». Нет, они не устраивают диверсии или набеги в тылу врага… Задача линейных частей – непосредственный контакт с врагом на поле боя. Эти солдаты даже вооружены совсем по-другому, чем основные вооруженные силы: вместо обычных кос у них есть рештри – намного более длинные косы с крюкообразными, невероятно острыми лезвиями, вместо плетей – те-кхри – почти двухметровые безгардовые серпы, но самое главное – они практически не тренируются с арбалетами. Вместо этого у них совсем иное оружие – короткие составные луки. Все остальное – у них такое же, как и у обычных солдат. Хотя нет – это единственный род войск темных эльдаров, имеющий полноценные шлемы, со специальными крылышками, защищающими уши.

Доспехи имели черно-золотой раскрас. Нет-нет, они не были адамантовыми: адаманта и митрила было не так много, чтобы делать из него доспехи всем подряд. Да, в составе стали эти металлы были, но недостаточное количество, чтобы серьезно повлиять на их цвет. При изготовлении металл покрывался искусной резьбой, которая скрывала от постороннего взгляда не только знаки различия, но и магию букв языка древних. Потом доспех покрывали тонким слоем специального матового лака с добавкой красителей.

Белые маски атар сильно выделялись на черном фоне с золотыми разводами.

Проводники на пантерах, будто тени, легко неслись спереди надвигающейся настоящей тускло поблескивающей стены храмовников. Метров за