Монстер Хантер Интернейшнл - Ларри Корейя Страница 84

— Мы сражались. Отчаянно сражались. Но монстры застали нас врасплох, и были удивительно крутые. Они пёрли из разрыва, с каждой секундой всё больше и больше, и не собирались останавливаться. Мы сдерживали их, убивали, пока трупы не завалили окрестности разрыва до пояса. Мы не могли отступить, потому что они просто хлынули бы из портала. Я не могу сказать, почему и откуда мы это понимали, но мы все это понимали. Каждый шаг назад отдавал врагу Землю. Из нашей она бы стала их. Все сражались. Не побежал никто.

Я взял Джулию за руку. Она дрожала.

— Никакой защиты. На мне было только маленькое чёрное платье. Ну да, у всех при себе пистолеты. Сам понимаешь, охотники же. Некоторые сумели добежать к машинам и прихватить оружие потяжелее. Другие таскали что-то в сумках вместе с тряпками для курорта. Через несколько минут патроны кончились, и у меня осталась только дубинка из сломанной ножки от стола. Рэй дрался розочкой из пивной бутылки. А я видела... как что-то вырвало у него потроха и разметало их на потолке. Я это убила, но поздно. А потом даже не видела, как он умер. Сражалась за свою жизнь. Извини, я что-то... — она подняла очки и протёрла глаза пальцем.

— Нет, что ты. Я всё понимаю.

— И когда брат погиб, что-то большое ударилось в разрыв с той стороны. Невероятно большое. Трудно объяснить, но я видела только зрачок, и он был огромный. Больше дома. Разрыв увеличивался. Оно собиралось войти к нам, в этот мир. Гранаты и ракеты просто заставляли это моргать. Если бы оно прошло, наш мир в тот же миг закончился бы. Мы все это понимали. Нас спас Эрл. Он прорвался туда. Убил всё, что к нему приближалось. Вышел через мгновение-другое с отцом на плече. И только когда он вынес отца, провал начал сжиматься. Мы победили. Мы их удержали. Чем бы они ни были. А потом нам пришлось отступать. Курорт рушился. Я вынесла одну из раненых, но уже снаружи она начала умирать. Бедняга Пайпер. Монстры оказались ядовитыми. Она умерла на моих руках. Здание горело. Даже когда прибыли федералы, оно ещё горело. Трое суток подряд. Неугасимым пламенем. Когда пожар утих, остался только прах и обугленные нечеловеческие кости.

Она какое-то время смотрела в пустоту, вновь поминая семью и боевых товарищей. Я молчал.

— Погибло три четверти личного состава. Некоторые из тех, кто побывал слишком близко к разрыву, ушли и больше не вернулись. Девяносто семь погибших охотников, сорок человек гостей и персонала. Через несколько дней нашу работу запретили официальной бумагой. Федералы забрали отца. В новостях сказали, что танкер протаранил берег, вызвав разлив нефти и пожар. А потом были похороны.

— Джулия. Не знаю, что и сказать...

Она повесила голову и молча плакала. Я обнял её и ждал, пока она успокоится. Она всхлипнула ещё несколько раз и наконец временно одолела эмоции.

— Я в порядке, — она подняла голову, всхлипнула, оттолкнула меня и встала. — Теперь и ты о нас знаешь. Всю историю целиком. В том числе то, почему я на этот кусок дерьма, который до сих пор зовёт себя моим отцом, вот такенный болт положила. Больше не имеет значения, продолжит он жить, или умрёт. Многие хорошие люди почувствуют себя куда лучше, когда его сердце перестанет биться. Но если нет — Эпплтон для него слишком хорош. Я бы оставила его в том разрыве. Он причинил слишком много боли. Это мне больше не отец. Просто ещё один монстр. И будь я проклята, если какой-то другой монстр с его помощью вновь выпустит этот ужас на Землю.

— Я понимаю.

— Хорошо, — Джулия вздохнула. — Я любила брата. Я по нему до сих пор скучаю. И я потеряла друзей. Тех, кого с детства знала. Я считаю, что он виновен. Вот почему я веду себя так, как веду. Извини, если это звучит не по тебе, но я убью его сама раньше, чем придётся его отдать.

— Ну, как по мне, отменная выдержка. Спасибо за всю историю без купюр, — интересная она женщина, что тут ещё скажешь. Но меня всё ещё не отпускало любопытство. — А что дальше?

— В каком смысле? — переспросила она.

— Ну, когда закрыли компанию, но до того, как открыли снова. Что ты делала?

— Ну, — она села обратно под скрип пластика. Не думаю, что она правда думала, что придётся рассказывать дальше. — Вернулась обратно к образованию. Кончила. Пыталась какое-то время побыть нормальной.

— Нормальной? — я сам ещё боролся с мыслью о нормальной жизни, искренне сомневаясь в себе, жизненных выборах и способностях. Очень странно, что Джулия, потомственный охотник на монстров, говорит то же самое. Но это успокаивало.

— Ну, сам знаешь. Не убийцей монстров. Я не сражалась против зла. Не делала вообще ничего такого. Учёба. Свидания. Работа. Не то, чтобы мне была так нужна зарплата. Денег хватало. Просто хотела быть как все. Начала работать над этим домом. Рисовала.

— Ты рисуешь?

— Немного, — застенчиво призналась она.

— Можно посмотреть?

— У меня так себе получается. Как-нибудь потом.

— Да ладно, наверняка там всё нормально. Хорошо, в другой раз, — согласился я.

— Эрл продолжал охотиться. Только за пределами страны, и ему приходилось конкурировать с местными, в том числе теми, кого поддерживало их правительство. Майло, Сэм и остальные фрилансили за границей. Они порой выходили на связь, звали к себе, но я отказывалась. Притворялась, что этого мира для меня вообще нет и не было.

— Да, я понимаю.

— Дедушка заболел. Измена сына его почти убила. Он какое-то время был под постоянным наблюдением квалифицированной сиделки. Можешь себе представить, на что была похожа его одинокая жизнь без друзей и подчинённых. Я пыталась ему помочь, но даже он уговаривал меня работать с Эрлом и другими выжившими. Я отказалась. Ему стало хуже. Я поклялась, что наследие этой семьи умрёт со мной. Никто из Шеклфордов больше не будет охотиться на монстров.

— И что случилось? — поинтересовался я. Не могу представить, что ей пришлось за это время пережить. Моя семья на этом фоне выглядела куда нормальнее. Хотя бы потому, что никто из них ещё не призывал демонов... насколько мне известно.

— Я была на занятиях. Студенты начали пропадать. Обычно молодые девчонки. Полиция говорила про маньяка.