Первопричина 2: Возмездие Красного Медведя - Артём Соболь Страница 80

на этот город нужно три бомбы, а лучше четыре. Далее, на юге фашисты зарылись в землю у села Пшеничное. Место хорошее, в ста семидесяти километрах от Александровска. Сволочи сидят на высоте. Много жителей, огромный концлагерь в пяти километрах, месторождение уже не «Первопричины» арданиума. Тут взрывать нельзя, наших жалко. Придётся штурмовать.

Севернее, сто пятьдесят от Александровска. Небольшой городок Филины. Там одни фашисты. Ещё севернее, крупная база. Две дивизии, бронетехника, ж/д станция. Тоже ничего особенного. Эти две точки можно разбомбить, ПВО там слабое. С уничтожением ничего не потеряем. Главное взять Пшеничное и взять без потерь среди нас и гражданского населения. Это не так сложно как кажется. Уничтожим Александровск и всё что севернее, уверен, фашисты драпанут.

— На сколько уверен? — спрашивает Горчаков.

— Денис Матвеевич, мы туда не картошку на углях запекать ходили, — скалится Серафина. — Мы там работали. Смотрели, проверяли, считали, рассчитывали. Я к тому же вела подрывную деятельность. Находила особо испуганных солдат и офицеров и внушала им что им конец. Там и так боевой дух на нуле, а после моих внушений паника нарастает. Все смотрят на горизонт и с содроганием ждут когда покажутся русские. Как только в небе поднимутся грибовидные облака, так все кто не сдох бросят оружие и стартанут. Проблемы нам доставят сборщики, спецназ СС и Аненербе. С ними придётся повозиться.

— Молодцы, ничего не скажешь. Когда планируете начинать?

— Сейчас, — злобно скалится Влад. — Я, батя и Серафина, отбываем через два часа. Вам товарищ маршал, предстоит договориться с летунами. Когда Александровск испарится, что будет условным сигналом, пусть сбросят по две бомбы на два узла севернее. Войска выходят к Пшеничному. Есть там ещё несколько сёл и небольшое скопление войск, но проблем это не доставит. Смотрите за флангами. Всё, начинаем операцию — Дрожь земли. Поехали!

— Подожди, — останавливаю его, беру красный карандаш и раздавая офицерам указания рисую на карте план наступления. Кто куда пойдёт, кто что будет делать.

Глядя на меня, Константинов злорадно улыбается. И тут я понимаю, что эта сволочь, специально не стал раздавать указания, оставил для меня. Снова авторитет поддерживает.

Ну, мне приятно что такие бойцы признают меня как командира.

Трое суток спустя. Где-то под землёй. Влад.

Впервые вижу как батя копает тоннели. Хотя копает тут совсем неприменимо, он просто идёт а грунт расступается перед ним. Тоннель нормальных таких размеров. Два в высоту и два в ширину.

Первым идёт Осип, за ним сканирующая пространство Серафина. Я замыкаю и волочу за собой четыре бомбы. Четыре контейнера нехилых размеров, на колёсиках, полозья тут не проканают, снега нет. А сами контейнеры…

Шестиметровые в длину, полтора в ширину, и полтора в высоту. Там в каждом, залитые водой, для усиления взрыва, самые мощные бомбы. Серёга постарался и усовершенствовал их. Замедлители на четыре часа. Арданиума больше. Ебабахнуть должно сильнее.

— Хех, — бодро шагая вперёд усмехается Осип.

— Что?

— Сына, как в старые добрые времена. Мы снова в тоннеле, снова идём пакостить фашистам. Ностальгия.

— Есть такое, — закидывая в рот кусочек урана улыбаюсь. — Только теперь…

— А что будет после войны? — останавливается Осип. — Ну, когда мы победим. Что будет…

— Да ничего не будет, — ворчит Серафина. — Сыграем свадьбу, нарожаем детей. Потом будем сваливать их на деда, а сами сбегать из дома на прогулки, или в театр.

— На меня? — едва не падает Осип.

— Ну, а на кого ещё? Бать, ты других видишь.

— Нет, но… — вытирает слёзы Осип. — Но я же… Сына, я же не родной папка тебе. Да я вообще глюк в башке Михала. Я же знаю.

— Забудь об этом. Ты батя, даже ближе чем родной. Ты принял нас, мы все приняли тебя. Давай чтобы больше такого не было. Договорились?

— А Михал? — подпрыгивает Осип. — С ним как? Он же…

— Значит у нас будет два деда, — разводит руками Серафина. — Дедушка Осип будет нянчиться, а дедушка Михаил поскольку профессор научит внуков всему что знает.

— Весьма