Перековка. Перевернутое Небо - Михаил Павлович Игнатов Страница 76

Райгвар недовольно поджал губы, ничего не ответил, да я и не ждал, — шагнул к нему, продолжая двумя руками крутить Пронзатель. Он со свистом рассекал передо мной воздух. Веер влево, веер вправо, веер вдоль пола.

Райгвар пятился под напором стального ветра, щурился, вчитываясь в движения, я же вглядывался в него, ловя намёки.

Сейчас.

Едва Пронзатель пошёл вниз и назад, Райгвар скользнул вперёд, словно стремился догнать лезвия. Конечно же, нет, он рвался ко мне, пока я был беззащитен и скован своим же движением. Что может быть лучше для мечника, чем оказаться в шаге от противника, пока тот поднимает своё длинное оружие над головой?

Я видел такое десятки раз. Райгвар думал, что успеет. Он думал, что быстрее меня. Он ошибался.

Я довернул древко Пронзателя, и подток, который Райгвар намеревался пропустить за спиной, обрушился на него сверху, грозя рассечь не хуже клинка.

Звякнуло, Райгвар вывернулся, успел, принял удар на меч, сжатый двумя руками, я потянул на себя остановленный Пронзатель, тут же ткнул обратно, жаля подтоком.

Раз, два, три.

Перехватить Пронзатель. Ужалить уже главным остриём.

Раз, два, вместо третьего выпада уронить лезвие вниз, на опорную ногу Райгвара.

Мимо.

Подсечь щиколотку обратным ходом, заставляя его поднять ногу.

Райгвар вдруг широко улыбнулся и сказал:

— Для мастера Указов важно вписать всё и исключить все лазейки. Ты невнимателен и снова ошибся.

И в тот же миг он стал быстрее, а первый же его выпад заставил вибрировать древко Пронзателя в моих руках.

Я попятился, с трудом успевая отбиваться, и заметил, как по белкам глаз Райгвара поползли алые нити.

Сжигание! Сжигание… выносливости?

Дарсов Райгвар…

Я колебался два вдоха, которые сумел выстоять только благодаря наручу, принявшему на себя пропущенный удар, а затем, сцепив зубы, всё же толкнул тончайшую нить духовной силы в первый из запретных узлов и тут же сравнялся в скорости с Райгваром, вновь став с ним на равных.

Выпад. Укол. Увод. Отбить. Выпад. Смести меч в сторону. Обманное движение. Не повёлся. Выпад, росчерк, увод, закрутить. Шаг вперёд и давить. Дёрнуть шипом за шею. Не достал. Давить. Выпад. Ещё, ещё и ещё…

Я и Райгвар застыли на месте.

Остриё Пронзателя упёрлось в плечо Райгвару. Тот катнул желваки на щеках раз, другой, затем криво усмехнулся и признал:

— Победа за тобой.

Я опустил Пронзатель и сделал шаг назад, обрывая поток силы для сжигания выносливости. Меня неожиданно качнуло, голова на миг закружилась. Райгвар хмыкнул, но его покрасневшие глаза подсказывали, что для него тоже это противостояние не прошло бесследно.

— Надуманно, господин, — вмешался в наше молчаливое переглядывание хмурый советник Курам. — Ваша закалка тела идеальна. Без оружейной техники нанести вам рану очень сложно. Это лишь пропущенный удар, а не проигрыш, господин. Случайность.

— Это доказательство того, что его талант копья лучше моего таланта меча, — спокойно возразил Райгвар. От раздражения и обиды за проигрыш уже не осталось и следа. — Как бы грубо он ни был огранён.

— При равном таланте преимущество у того, чьё оружие длиннее, — упрямо возразил советник Курам.

— Равном? — усмехнулся Райгвар. — Давно я не слышал подобных слов утешения, словно в детство вернулся. Да и насчёт остального ты заблуждаешься, советник. Я могу принять на голое тело удары любого из своего личного отряда, ты прав, но удары Атрия… Не заметил?

С этими словами Райгвар поднял левую руку, покрутил запястьем, помогая рукаву халата сползти вниз.

На обнажённом предплечье отчётливо была видна набухшая алым царапина.

— Изумительное оружие, — сказал Райгвар, склонив голову к левому плечу и вглядываясь уже не в меня, а в Пронзатель. — Чудовищное в своей уродливости, но изумительное. Показать бы его всем, кто считает будто наши артефакторы превосходят имперских.

Советник Курам метнул в меня злой, полный ненависти взгляд.

— Что же, — Райгвар покачал головой. — Не беру свои слова назад, но признаю, что именно против меча ты невероятно хорош.

Я перевёл взгляд на его меч и неожиданно для самого себя заметил:

— Его называют имперским мечом. У меня были десятки врагов с ним в руках.

Райгвар поморщился:

— Этот меч не изменился за последние две тысячи лет и появился гораздо раньше, чем разошлись дороги первофракций. Он ровно такой же меч Альянса, как и меч Империи.

— Прости, если обидел.

— Обидел? — вскинул брови Райгвар, качнул головой. — Нет. Напомнил кое-кого? Да. И за это неприятное воспоминание я сейчас отыграюсь. Схватка! — потребовал Райгвар, убирая меч в кольцо. — Техники против техник. Никакой стали и прочего, и прочего.

Я вздохнул. Что же, этого стоило ожидать. С тем, что я успел восстановить, нет никакой надежды победить. Повеления не спешат получаться по первому моему желанию. Подозреваю, что обычным Повелителям Стихии проще, потому как они…

— Начали! — не стал дожидаться Райгвар, пока я закончу размышлять о своих проблемах и проблемах других.

Что сказать… Райгвар не удовлетворился одной царапиной на мне.

— Победа за тобой, — признал я, сжимая пальцами рану на бедре. Глупо было пытаться убежать от этой техники, нужно было использовать защиту.

— Да уж вижу. Плохо, очень плохо, — покачал головой Райгвар. — Никак не пойму, что не так с тобой.

— Слишком сосредоточился на зонах запрета, перестав развивать то, что нужно вне их, — высказал своё мнение советник Курам. — Возможно, слабое понимание свитков и низкая скорость обучения.

— Что? — изумился Райгвар и даже обернулся к нему. — Ты учил меня не поддаваться эмоциям и не недооценивать врага, советник. И что я вижу? Ты сам поддался гневу? Что за глупость про обучение и свитки я только что услышал? Взвешенно, не поддаваясь эмоциям, ответь, почему ты только что сказал глупость, советник.

Советник Курам поджал губы, опустил взгляд и замер, словно обратившись в статую. Райгвар тоже застыл, сложив руки на груди и не отрывая взгляда от него. Я же воспользовался этим временем, чтобы быстро, пряча фиал в кулаке, глотнуть зелье исцеления.

Но вот советник Курам поднял голову и тут же склонился перед Райгваром:

— Простите, господин. Я позволил чувствам ослепить меня. Отвечаю. При таком таланте в Указах у Атрия не может быть слабого понимания свитков. Все приёмы, ухватки и умения, которые вы подсказываете ему, он перенимает на лету, вероятно, тренируясь сутками напролёт.