В Дикой земле - Илья Олегович Крымов Страница 73

Они не ответили сразу, слишком уж сильно испугались неведомого существа.

— Если мне придётся повторить в третий раз, то кто-то умрёт. А пока, есть ли среди вас Штму? Отвечайте!

Штму был. Самец тетург-риду приблизился, отбросив деревянное копьё и дрожа в преддверии смерти. Гигант воззрился на него с высоты, его взгляд лизнул как огненным языком, но огромные чёрные глаза Штму не закрылись. Он считал, что должно принимать участь смело.

— Я рад, что вы тут все живы, — сказал Тобиус, — и Шкле тоже будет рада.

— Шкле? Что?

— Я вас всех, недорослей, убил бы сейчас, если бы не Шкле, — процедил маг, — она здесь. Мы пришли помочь.

Воссоединение было бурным, насколько это слово возможно соотнести с тетург-риду, самыми спокойными после тестудинов существами. Шкле и Штму встретились внизу, сблизились, разглядывая друг друга и тщательно принюхиваясь. Их носы соприкоснулись, а потом и лбы; некоторое время влюблённые стояли так, пофыркивая. Затем Штму приказал сородичам оттягиваться от пещеры в убежище и подмогу, разумеется, позвал за собой.

Двигаться внутри тоннелей тетург-риду оказалось непросто, они даже для своих создателей были не то чтобы просторны; на стенах и полу маг замечал свежие следы когтей. Пропетляв некоторое время во мраке, оставив позади три развилки, они выбрались в новую пещеру, где аборигены устроили себе временный лагерь.

— Ладно, — проворчал Тобиус, садясь на земляной пол, — пора обменяться новостями чтобы понять, что происходит вокруг. Начнём с начала. С самого начала, когда в ваших пещерах появилась напасть. Говорите.

Очи мага всё ещё гневно тлели во мраке и вселяли трепет в тетургов, однако страх ослушаться этого существа перевешивал робость и собравшиеся вокруг землекопы, стараясь поскорее избавиться от данного им слова, рассказывали о том, что знали.

Подземное поселение этого народа существовало со времён, которые невозможно удержать в памяти, но Тетург-риду всё же помнили, что их предки когда-то бежали сюда от гнева небес, а после не решились больше покинуть обитель. В те времена всего раздолья была лишь пещера с рекой. Но немало времени прошло и народ недр, медленно росший в числе, проложил множество тоннелей, открыл, либо вырыл множество новых пещер. Они питались насекомыми, корнями и рыбой, плававшей в реке, а также грибами и некоторыми минералами вроде соли и мела. Порой удавалось находить залежи относительно мягких металлов вроде меди и передавать их наверх, к тетург-рази. Так и жили из поколения в поколение эти скромные серые существа, незримые в подземном мраке, медленно множились и ширили территории своих владений. Но недавно всё вдруг переменилось.

Что именно произошло тетург-риду сказать не могли, просто в один ужасный де… однажды из отдалённых штреков пришла беда. Крики ужаса и яростный рёв вибрирующей какофонией метались по пещерам, воцарилась паника, полнейший бедлам, никто не понимал, что происходит, но многие видели жуткую когтистую тварь, которая двигалась по тоннелям, нападая на всех, кого встречала на своём пути. Лишь забившиеся в самые узкие переходы тетург-риду могли избежать её ядовитых когтей и клыков. Чудовище убивало защитников поселения очень легко, но немногие, пережившие её удар, наверняка успели позавидовать погибшим, пока в муках становились такими же жуткими уродами.

Весь подземный народ, которому удалось спастись от напасти, высыпал на поверхность; по счастью была ночь, и они смогли отдалиться от пещеры в лес, ведомые теми немногими, кто прежде ходил к реке навещать дальних родственников. Путь был тяжёлым, ведь лес полон опасностей, а дневное светило оказалось кошмаром почище чудовища глубин, однако землекопы справились.

Тетург-рази приняли их радушно, хотя подвесное селение едва-едва могло вместить всех новоприбывших. Пришлось даже строить на поверхности, за палисадом дополнительные жилища и сильно напрячь жили для подготовки к зиме. Если бы не доброта наземников, вероятно, тетург-риду уже исчезли бы, поглощённые Великой Пущей, бездомные и беззащитные.

Впрочем, скоро после исхода из родных пещер тетурги вернулись назад, но уже с большим подкреплением. Они вошли в подземье, однако дальше первой линии жилых полостей не продвинулись, ибо тварей теперь было вчетверо больше против прежнего. Даже получив десятки ран, они не погибали, а продолжали нападать, огромные жуткие монстры, чья кровь жгла хуже огня и на глазах обращала несчастных жертв в нечто не менее ужасающее. Так, потеряв многих храбрецов, нелюди вынуждены были отступить обратно на поверхность.

Зима выдалась холодной и скудной, как и положено зиме. Собрать достаточно припасов для всех новых ртов не удалось, так что многие мужчины добровольно голодали в пользу женщин и детей, причём как тетург-риду, так и их хозяева тетург-рази. Пожалуй, с самых времён, когда дороги их пращуров ещё не разошлись не были тетурги столь единым народом как теперь. Чтобы всё же не перемереть от недостатка пищи, они рисковали отправляться в чащу на охоту, и иногда им везло возвращаться оттуда не только живьём, но и с какой-то добычей.

Всем приходилось тяжело, причём тяжело так, что голод и страх пред бедами дня грядущего заставили кое-чьи старые мозги расшевелиться. Дипу, тетург-рази, ведавший врачеванием хворей, вспомнил про обычай зело древний, знание о котором получил от своего отца ещё в детстве. Раньше, говорил Дипу, предки нередко обращались к Карге Лесов, чей алтарь стоял заброшенный в чаще, и просили у неё советов. Однако со временем та перестала слышать, перестала отзываться и тетурги забросили этот обычай. Тем паче многие полагали его просто глупостью, не больше. Но когда вокруг воцаряется бедствие, за любую ниточку потянешь, любую возможность примешься ловить, лишь бы надежда не угасла. На удивление многих, Карга Лесов отозвалась.

Она велела тетургам собрать послов и идти вверх по реке до большого озера, на котором стоял город закованных в броню гигантов. Тот единственный гигант, что брони не носил, откликнется на их мольбы и выступит против ужаса глубин. Так и поступили. Не сразу, конечно, сначала пытались понять, стоит ли вообще верить услышанному от Дипу, но тот был непреклонен и всех маловерных бил трубкой по голове. Старших членов общины эти заверения не убеждали, но молодые изъявили готовность.

Из самых здоровых и выносливых было решено выбрать по шесть тетургов обоих двух родов путём жребия. Так и поступили, собрали дюжину, дали пищи в дорогу сколько смогли, да и проводили со слезами, ибо знали нелюди, в каком