Хроники разделенных миров - Паша Козельский Страница 70

резиденции. Нам с Берном тоже нашлась работа, мы чинили витражи и вставляли стекла. Магией, на территории ордена, полноценно владел только я, вот такой вот парадокс получился. По вечерам Аарон вызывал меня к себе и расспрашивал о нашем мире.— Как вы вообще там выживаете? – ужасался великий магистр.— Как-то выживаем, - печально улыбнулся я.— Ты не хочешь остаться здесь? - спросил он.— Нет, - покачал я головой. – Моя женщина ждет ребенка, и я должен быть рядом с ней.— Значит, Раин скорее всего, погиб? – вздохнул Аарон. – Зря я пощадил Даная.— Ребенок не при чем, - ответил я. – Виноваты те, кто их стравил: Нур и эта полоумная Дарья.— Когда же мы полностью избавимся от альянса Оорто?Так прошла целая неделя. Аарон ждал, когда МОСК выйдет с ним на связь, чтобы попытаться вытащить нас по его каналу, но МОСК снова куда-то запропастился. Возможно, Нур снова добрался до него. Из города пришли дурные вести, в Тартарии началась чума. Теперь город до кучи закрыли ее и на карантин.— Это первая вспышка в Мистерионе, - заметил хранитель по имени Александр, или, как его тут называли, сэр Александр.— Может, это мы принесли? – предположил Берн.— Не думаю, - ответил Аарон. – Иначе мы бы тут заболели первыми. В наш прежний мир чуму занесли Оорто. Думаю, это Нур что-то химичит.Великий магистр приказал усилить внутреннюю оборону. Горожане отстали, но Оорто могли натравить кого-нибудь.— Как же нам в таких вопросах не хватает Раина! – проворчал Аарон.— Помоги затащить лучевую пушку! – попросил меня пультовик по имени Гарри. Я ухватился за край платформы и поволок пушку наверх. Гарри тащил спереди. Смертоносное оружие установили прямо на купол.— Когда-то мастер. О Хара создал эфирную пушку, - вспоминал Гарри. – Из которой великий магистр сбил комету и отправил ее прямо на флот проклятых Оорто. – РА здесь помнили и явно любили.К вечеру я почувствовал недомогания. Сильно заболело горло. Я не помню, когда мне его так жгло последний раз. Я много лет провел на севере, потому иммунитет у меня был крепкий, а тут вот прицепилось. Возможно, та самая чума, что бушевала за пределами резиденции. Чуть позже присоединилась еще и неуемная тоска. Мне вдруг так стало жалко себя. Я понял, что домой меня никто возвращать не собирается, что у великого магистра есть планы на мои способности, что он давно уже контактирует с МОСКОМ и обманывает нас.С этими претензиями я и ворвался к Аарону в кабинет.— Да что ты такое говоришь? – вскочил тот. – Я ночей не сплю, думаю лишь о том, как отправить вас с Берном домой.— Ты врешь! – прохрипел я.— Да ты бледный! – закричал великий магистр. Он щелкнул пальцами, в кабинет ворвались два здоровенных монаха, скрутили меня и бросили в лазарет.К утру общее состояние ухудшилось. Я не мог ни стоять, ни говорить, при этом лоб был абсолютно холодным, не было ни сыпи, ни миазмов.— Я не знаю, что с ним! – сказал целитель. – И я не знаю, как это лечить.— А как люди болеют в городе? – спросил зашедший меня проведать Хэм.— Да, как обычно, - пожал плечами лекарь. – С бубонами и прочими удовольствиями.— Позовите Мэл! – прошептал я одними губами. – Она разберется. От вашей медицины нет никакого толку!— Думаю, это от того, что он из другого мира, - констатировал Хэм. – Его иммунитет более вынослив.В течении дня меня заходили проведать многие: Александр, Ярослав, великий магистр, Гарри, какой-то друг Гвидо из архива по имени Карл. Не было только Берна. Наверняка, он отправился искать способ, как уйти из Мистериона, а меня бросил здесь. К вечеру откуда-то взялись силы, и я смог встать. Целителя не было на месте, потому я смог беспрепятственно проникнуть в коридор.— Берн! – орал я, бегая по резиденции. – Зачем ты бросил меня? Я знаю, ты слышишь! Выходи. – но меня снова поймала парочка вчерашних здоровяков и доставила обратно.А на утро, все, как рукой сняло. Я снова мог ходить и говорить. От вчерашней болезни остался только кашель.— Я вообще не понимаю, что это было, - сказал целитель. – Но он практически здоров.— Его можно выпускать? – спросил великий магистр.— Не думаю, что он кого-то заразит, - ответил целитель. – Но отлежаться день не помешает.— Простите меня за вчерашнее и позавчерашнее, - еле слышно прошептал я.— Ничего страшного, - обнял меня Аарон. – В горячечном бреду и не такое бывает.Аарон с доктором вышли и в палату скользнул Берн.— Ты чего вчера шумел? - спросил он.— А куда ты пропал? – огрызнулся я.— Я ходил вот за этим, - сказал охотник и протянул мне фляжку. Оттуда воняло чистейшей спиртягой.— Что это? – спросил я, еле сдерживая кашлевые позывы.— Экстракт огневки! – прошептал Берн. – Я всегда им лечусь, помогает от всех болезней. Но тут я с трудом собрал ингредиенты. – я глотнул из фляги, и меня чуть не вырвало, зато потом разум прояснился, и всю вялость, как рукой сняло. – Пошли, чего покажу.Мы вошли в комнату охотника, где на подоконнике вальяжно расположилась утка. Увидев меня, она нетерпеливо захлопала крыльями.— Сидит тут со вчерашнего дня, - пожаловался охотник. – Я ее и кормил, и прогонял, и чего только не делал. Не улетает зараза, и все! – утка показала клювом на улицу. – А знаешь, чего я еще услышал от монахов? – продолжил Берн. – Всеблагая утица являлась главным божеством у коренных обитателей Мистериона, и вроде как даже создала этот мир. – утка снова нетерпеливо захлопала крыльями и громко крякнула.— Кажется, она нам хочет что-то показать, - сказал я, приближаясь к утке. – Ну, веди нас!Утка спрыгнула с подоконника и побежала по двору. Мне пришлось посадить Берна на плечи и полететь следом, чтобы не тратить время на спуск по лестнице. Все-таки этаж ни первый. Утка перемахнула забор и вылетела за пределы резиденции. Чтобы не привлекать внимания, мы решили воспользоваться воротами. Стража и не думала нас останавливать, хотя в город все еще было нельзя. Утица повела нас по каким-то запутанным переулкам. Я уже отвык видеть вокруг столько людей, в моем мире каждая особь была на счету. А ведь сейчас их было еще мало, так как продолжался карантин.Мы оказались в западной части города, если верить старожилам, то тут располагалось главное пристанище