Полукровка 5 - Василий Горъ Страница 66

— Займусь этим делом с четверга… — пообещал я и объяснил, почему: — Завтра — день рождения Екатерины Петровны, а дарить абы что я считаю невместным. Кроме того, возникла настоятельная необходимость наведаться в НМА и решить небольшие проблемы, назревающие у Ульяны Синицыной, что тоже потребует некоторого времени.

— А на чем вы туда полетите? — ехидно поинтересовалась государыня. — На «Черноморе» или на «Пересвете»?

В ее глазах искрился смех, поэтому я отшутился:

— Я бы полетел на «Пересвете». Но вопрос, который требуется решить, вроде как, чисто женский, поэтому злобствовать будут девчата, а мне доверили «самое главное» — гордиться ими… издалека. И я в печали.

— Я бы тоже опечалилась… — притворно вздохнула она, потом спросила, не нужна ли нам, часом, ее помощь в решении женских проблем, выслушала уверенный ответ Костиной и притворно вздохнула еще раз: — Что ж, тогда и я буду гордиться вами издалека…

…В «Иглу» прилетели во втором часу ночи. Пока ехали в лифте, Марина с Машей как-то странно переглядывались. А перед моей квартирой загнали Темникову в угол — легонечко подтолкнули ко мне, посоветовали не теряться, и ушли ночевать к Завадской. Я сначала разозлился, так как считал, что такие ультиматумы ставить нельзя. Но Даша, как-то почувствовав мое состояние, затолкала меня в прихожую, захлопнула дверь и грустно улыбнулась:

— Будь я на их месте, сделала бы то же самое…

— Да, но…

— Они знают, что я тебя люблю, и уверены в том, что давным-давно сплю с твоей виртуальной копией в «Принцессе».

Тут я невольно подобрался:

— А что, это не так?

Девчонка отрицательно помотала головой,

попросила не включать свет, «отжала» пакет с наградами, аккуратно положила на стол в гостиной и увела меня в спальню. А там, не раздеваясь, улеглась на кровать, подождала, пока я завалюсь рядом, «завернулась» в мои объятия и нервно облизала губы:

— Я тебя действительно люблю. Так же сильно, как Марина и Маша. И по-доброму завидую им, уже ставшим твоими. Но физическая близость между мужчиной и женщиной вызывает во мне иррациональный страх. Настолько сильный, что даже в «Принцессе» я… сбрасывала напряжение только от ласк и поцелуев. А любые попытки позволить тебе хоть что-нибудь еще заставляли вспоминать на редкость неприятные картинки из прошлого. В общем, похоть и жестокость деда сломали во мне что-то важное. И сама я это не починю…

Три последних предложения вернули из прошлого лютую ненависть к ублюдочной твари, изуродовавшей психику ребенка. А Темникова и не думала замолкать:

— В Хаджаре мне немного полегчало: после того, как дроиды по моему приказу посадили Творца Симфоний на импровизированный кол, прибили к стене и кастрировали, а ты сказал, что моя реакция на состояние истерзанной девушки на пыточном столе была адекватной, на душе стало так спокойно, что не передать словами. Поэтому я поддержала идею Маши либо убедить Марину начать с тобой спать, либо решить эту проблему самим. Так как была уверена, что смогу перебороть страх перед близостью. И часть страха действительно испарилась: я обожаю засыпать, лежа рядом с тобой, и просыпаться в твоих объятиях, мне нравится тебя целовать и вжиматься в твое тело, а твои взгляды на мое обнаженное тело сводят с ума. Но, как выяснилось на следующее утро после твоей первой ночи с Машей, следующие шаги продолжают пугать. Даже несмотря на то, что она сияла от счастья, заявила, что близость в реальности на пару порядков приятнее виртуальной, и удалила «Принцессу» к чертовой матери.

Я попробовал представить себя на ее месте, придумал аж два выхода из сложившейся ситуации и сразу же забраковал, так как вовремя сообразил, что у нас с Дашей разные характеры, воспитание и прошлое. Потом попробовал «включить» неуверенность и страхи, но сделать очередной вывод не успел — Темникова, собиравшаяся с духом, снова заговорила:

— Тор, этот иррациональный ужас очень сильно мешает. И я хочу от него избавиться. С твоей помощью…

— Можешь на меня рассчитывать! — твердо сказал я, и девчонка, нервно облизав губы, начала краснеть. Впрочем, взгляд не отвела. И не позволила себе остановиться:

— В моей любимой эротической фантазии мы с тобой каким-то образом одновременно оказываемся в душевой кабинке. Вокруг — приятный полумрак, из верхних форсунок льет самый настоящий тропический ливень, но мы его не замечаем — ты смотришь в мои глаза и ласково намыливаешь мое тело, а я… я наслаждаюсь этими прикосновениями и предвкушаю самый первый поцелуй. Не знаю, почему, но этот образ выключает мне голову быстрее и сильнее всего. Давай попробуем воплотить его в жизнь и посмотрим, что из этого получится?

Глава 28

3 декабря 2470 по ЕГК.

…Четырех часов сна мне, естественно, не хватило. Но будильник не унимался, так что я заставил себя открыть глаза, вспомнил безумную ночку, торопливо посмотрел на Дашу и облегченно перевел дух: она спала, обнимая меня, и улыбалась.

Будить ее не хотелось, но планы на день никто не отменял, поэтому я легонечко подул на густые ресницы. Дрогнули не они, а рука, мирно лежавшая на груди — пальчики с ногтями, покрытыми нежно-розовым лаком, начали собираться в кулак, но уже на первой трети траектории включили «технику двойного применения» и обожгли кожу фантастически ласковым прикосновением. Затем «ожила» нога, покоившаяся на моем бедре — сдвинулась вперед и вверх. А после того, как замерла в новом положении, с чуть припухших губ просыпающейся девчонки сорвался счастливый стон:

— Боже, какой кайф…

Фраза один-в-один повторяла сказанное Костиной на утро после ее первой ночи, поэтому я на пару мгновений завис. А после того, как ощущение дежавю исчезло, обнаружил, что Темникова уже на мне, утонул в счастливом взгляде, ответил на поцелуй и… запоздало сообразил, что «где-то далеко» прозвучало слово «Спасибо». Поэтому погладил спинку от основания шеи до поясницы и мысленно усмехнулся: девчонка, распробовавшая «практику», нащупала мою ладонь, сдвинула на ягодицу и «помогла» сжать пальцы. Тем не менее, срываться с нарезки, как Маша, не стала — побалдев буквально пару минут, нехотя сползла на кровать и расстроено вздохнула:

— Хочу еще. Но чувствую, что будет некомфортно. Поэтому отправляйся в душ, а я перестелю постель и приду…

Пришла. Подомогалась ко мне еще чуть-чуть, сделала очень уж игривый комплимент и, наконец, вспомнила о планах на утро. Поэтому заставила себя