Последняя битва-1 - Данияр Саматович Сугралинов Страница 63

— А мне нравится. Особенно про «красную бурю, что поглощает все живое». Прямо как у нас в Преисподней.

Следом на сцену вышли другие исполнители. Одни пели о странных кораблях, летающих между звезд, другие — о любви, третьи — о бессмысленности существования. Демоны слушали с растущим недоумением, пытаясь найти скрытый смысл в непонятных словах.

— По-моему, это какое-то иносказание о грядущей войне, — шепнул мне Агварес. — Слишком много намеков на разрушение привычного мира.

Наконец музыка стихла. Крылатое создание, названное Денизой, покинуло сцену, и вновь появился Октиус, чтобы продолжить церемонию.

Однако теперь он был не один. Из теней по обе стороны от него проявились две фигуры. Кэрри, стоявшая неподалеку, вздрогнула, увидев на сцене высокого лысого человека с неестественно-бледной кожей. Октиус представил его как лидера «Снежной бури» — Арто Менфила. Следом появилась Хлоя Клиффхангер — красивая женщина с холодным пронзительным взглядом.

— Эти Игры, — Менфил говорил так тихо, что все подались вперед, чтобы его услышать, — станут последними. Весь мир будет наблюдать за ними. Их исход определит не только судьбу Преисподней и Дисгардиума, но и нашего мира. Впрочем, как бы ни повернулось, нас устроит любой вариант развития событий.

Больше он ничего не сказал, уступив место смертной Хлое. Женщина долго говорила, но смысл ее слов ускользал от моего понимания. Казалось, что-то важное сокрыто под грудой хлама, и единственное в ее речи, что мы уяснили, больше касалось призванных.

— В отличие от прежних Игр, в этих зрители не смогут влиять на происходящее, — сказала Хлоя. — Поэтому, призванные Дисгардиума, вам больше не надо стараться кому-то понравиться. Просто принесите нам победу!

Когда Арто и Хлоя исчезли со сцены, снова заговорил Октиус. Он задал залу несколько бессмысленных вопросов, на которые отвечали только смертные, выдал несколько шуток, понятных только им, после чего взмахнул рукой, и над ареной развернулась огромная проекция Окаянной бреши — места, где нам предстояло сражаться.

— Эти Игры будут особенными, — объявил он. — Впервые за всю историю здесь сойдутся три силы. В связи с этим правила… — Он сделал драматическую паузу. — Правила изменились!

Проекция развернулась на шестьсот шестьдесят шесть этажей. Все уровни были окрашены в красный цвет. Под самым нижним этажом высветился еще один уровень, выделенный черным. На поверхности, рядом с Провалом, виднелась деревушка, отмеченная белым.

— Призванные! — Он указал пальцем на сектор смертных. — Ваша цель осталась практически неизменной — преодолеть все этажи Провала, достичь дна Окаянной бреши и уничтожить главного босса демониаков! Он будет находиться не на дне Провала, а под ним! Именно там будет расположена база демониаков!

По рядам призванных прокатился одобрительный гул. Я заметил, как некоторые из них уже начали перешептываться, обсуждая стратегии, однако их разговоры сразу стихли, когда Октиус добавил:

— Однако мы возвращаемся к прежнему формату. Ни призванные, ни демониаки не смогут пропускать этажи. Чтобы попасть на следующий, вам придется убить босса этажа и отобрать его кристалл, с помощью которого откроется проход на следующий уровень!

— Это не проблема, — хохотнула молодая смертная с короткими синими волосами. — Демонов раз в семь меньше, чем этажей!

— К сожалению, это так, — удрученно признал Распорядитель Игр. — Впрочем, ни один этаж не останется пустым. Наши дизайнеры уровней разместят на каждом этаже монстров Преисподней, чтобы вам было на ком фармить опыт и лут. И раз уж мы заговорили об этом… Демоны Преисподней! — Теперь его рука указывала на нас. — Вы должны защитить Окаянную брешь, уничтожив всех чужаков! Каждый уровень под вашим контролем дает вам силу! Однако теперь вас будут атаковать не только сверху, но и снизу! Кроме того, при определенных обстоятельствах и у вас будет шанс покинуть Провал и атаковать базы противников!

Генералы недоуменно переглянулись, Деспот глухо зарычал, из его пасти вырвалось облако пламени. Другие демоны отозвались ревом и шипением.

Стиснув зубы, Молох прорычал:

— Между молотом и наковальней!

— Демониаки! — Октиус посмотрел на верхние уровни. — Ваша задача — прорваться наверх, уничтожив босса призванных! — Он усмехнулся, потому что его слова вызвали удивление и у смертных. — Да, теперь у призванных будет свой босс! Кто? О, вы скоро узнаете!

Сами призванные начали переглядываться, гадая, кто из них станет так называемым боссом, то есть лидером группы.

— Но это еще не все! — Голос Октиуса стал глубже. — У каждой фракции будут свои уникальные возможности. То, что сделает эти Игры по-настоящему… интересными! Я не буду раскрывать всех сюрпризов, но приоткрою завесу…

Над ним возникли три символа: красная руна огня демонов Преисподней, белый символ меча призванных и черный символ демониаков, похожий на тот, что я видел на роге Астарота, — несколько параллельных прерывистых линий.

Белый меч вспыхнул ярче, когда Октиус указал на него.

— Призванные! С вас снимаются штрафы на смерть, но у вас только три жизни. После третьей смерти вы будете развоплощены. Кроме того, любая смерть от рук босса вражеской фракции также станет финальной. Для участников прошлых Игр это не будет сюрпризом: тогда Аваддон… — Октиус нашел взглядом генерала и улыбнулся, — убивал так же.

— Кто будет боссом у демонов и демониаков? — выкрикнул кто-то из призванных.

— Это определят они сами, когда попадут в Окаянную брешь, — ответил Октиус. — Продолжим об особенностях фракций, введенных ради поддержания баланса. Мы ведь не хотим, чтобы Игры были скучными?

Мы и демониаки никак не отреагировали на его вопрос, но смертные восторженно закричали:

— Нет! Не хотим!

— Тогда продолжу. Демоны и демониаки будут иметь только одну жизнь, поэтому у них появятся свои преимущества. Демониаки! — Он указал на черный символ, и тот начал источать черный дым. — Ваш дар — ускоренный рост силы. Каждое убийство, каждая победа делает вас сильнее. В три раза сильнее, чем остальных!

— Их и без того больше нас! — недовольно закричал кто-то из смертных. — А им еще и трехкратный буст очков опыта?

— Всегда так было, — пожал плечами Октиус. — На прошлых Играх вас было четыре сотни, к тому же вы дрались между собой, а демонов и демонических мобов было в несколько раз больше. Вам же проще будет фармить опыт.

— Что насчет нас? — рявкнул Аваддон. — Какие «преимущества», — он изобразил кавычки пальцами, — будут у нас?

— Демоны… — Октиус указал на наш символ, и тот окутался ярким огнем. — Впервые за все Игры вы получите дар свободного перемещения между этажами. Врата и печати не остановят вас. Используйте это преимущество с умом — внезапные атаки и быстрые отступления могут решить исход битвы.

Походив по сцене, он дал нам время усвоить информацию, после чего продолжил:

— Учитывая особые условия проведения Игр, вместо зрительских