Шимун Врочек - Питер Страница 63

— Саня! — укорила Настя, пробегая мимо с посудой.

— А чего он? — пробурчал невский диггер, но Настя уже скрылась в двери.

— А что ж не дал? — спросил Иван, разглядывая друга. Все-таки Шакил изменился. Не очень заметно, но…

— Ваня! — снова Настин голос.

— Да как-то не с руки, что ли. — Шакил помолчал. — Ты не представляешь, Ван, какие мы здесь стали осторожные… после…

— После моей смерти, хочешь сказать? — Иван поднял брови. — Понимаю.

— Саня, там Виталик хнычет! — снова Настя.

Когда Шакилов вышел посмотреть, что там с сыном, его жена заглянула в комнату. Решительная. Боевая.

— Ваня, можно тебя на минутку?

Иван вышел. В узком коридоре между клетушек стоял горячий постирочный дух. Мимо них протиснулась девушка с тазиком мокрого белья.

— Случилось что, Насть?

Она смотрела на него очень серьезно. Ивану стало вдруг не по себе.

— Ванечка, я тебя очень люблю… но оставь ты Сашку в покое. Пожалуйста. Он и так в прошлый раз чуть не погиб. Из-за тебя, — добавила она с истинно женской беспощадностью.

Иван помолчал и кивнул:

— Хорошо, Настя. Я понял.

Он вернулся в комнату, с трудом протиснулся на свое место за столом. Шакил на коленке подкидывал сына, мол, люли-люли, едем-едем. Интересно, куда приедем, подумал Иван. Подмигнул карапузу. Шакил улыбнулся, карапуз же смотрел серьезно, хмуря прозрачные брови. Похоже, он лучше всех понимал, к чему идет дело.

Иван оглядел компанию. В маленькой комнатке набилось столько народу, что войди еще один человек — и его выдавит, как пробку из бутылки. Под давлением.

— Тогда сделаем так, — сказал Иван. — Тебя, Саша, мы светить не будем… помолчи, пожалуйста. Послушай. Ты наш резервный вариант и путь спасения, если что.

Шакилов попытался возразить, Иван отмахнулся — потом.

— Ты мне лучше вот что скажи, — начал он. — Я видел, как Орлов покупает женскую дребедень на лотках. Я вот все думаю, зачем ему какие-то там заколки? Он вроде не женат. Детей у него нет. Женщина?

Шакилов повернулся к жене.

— Настя?

Та фыркнула.

— Конечно, у него на Гостинке есть женщина. Это весь Альянс знает — кроме тебя. Он к ней через день ходит с подарками. Уже половину местной бижутерии туда перетаскал.

Иван помолчал.

— А она к нему?

— Что?

— Она к нему ходит?

Шакилов внимательно посмотрел на Ивана.

— Что ты задумал?

— Я тебя давно жду… — Орлов открыл дверь и замер. Открыл рот.

Таких страшных женщин начальник СБ видал в гробу.

— Привет, красавчик, — сказала «женщина» томным голосом. Знакомый прищур накрашенных глаз. Твою каденцию, это же…

Орлов рванулся назад, в комнату. В верхнем ящике стола у него лежал пистолет — хорошая итальянская «беретта». В следующее мгновение «женщина» догнала его и скрутила. Удар. Начальник СБ полетел на пол, ударился боком. А! Выдохнул сквозь зубы. Перевернулся на живот и пополз. Его схватили за ногу. Орлов попытался схватиться за ножки стула, но только опрокинул его. Бам. Закричать! Он открыл рот. В следующее мгновение туда впихнули комок грязной тряпки. Сверху на спину начальника СБ навалилась тяжесть.

— Вот и умница, — сказал мужской голос. Голос Ивана. — А ну-ка, давай сюда ручки…

Скотч затрещал.

Диггер сидел на нем верхом. Орлов от бессилия что-либо сделать расслабился… Черт, тупица, как я же так прокололся?! Бабы, во всем виноваты проклятые бабы.

Но почему Иван, черт возьми, жив?!

Орлову заклеили пластырем рот. Потом приподняли и усадили на пол — спиной к столу. Он был вынужден смотреть, как «женщина» сбрасывает с себя юбку и прочие детали женского гардероба, и натягивает на себя армейские штаны и куртку. Потом Иван стирал салфетками с лица краску, матерясь и гримасничая.

«Теперь я покойник, — подумал Орлов спокойно. — Я — покойник».

Закончив переодеваться, Иван подошел к телефону, снял трубку. Помедлил. Сейчас все начнется и дороги назад уже не будет.

Набрал номер. Ноль и три. Когда-то, говорил Проф, это был номер «скорой помощи». Ну, медики нам точно понадобятся. Он приложил трубку к уху. Гудки. Вызов.

Подождал.

Наконец на том конце провода сняли трубку. Далекий голос произнес: «У аппарата». Иван посмотрел на Убера, на Водяника, на Мишу, потом сказал:

— Мы в прошлый раз не договорили, генерал.

На столе выстроилась целая команда фарфоровых слоников — от маленького, размером с наперсток, до огромного патриарха с длинными загнутыми бивнями, могучим хоботом и мудрым взглядом. Голову слона покрывала фиолетовая попона с золотыми кисточками. Мемов задержал на нем взгляд. Слоновий патриарх смотрел на генерала с истинно слоновьим спокойствием.

Мемов хмыкнул.

Большая часть слоников получена им в подарок. Часть он купил у диггеров сам. Про страсть генерала к фарфоровым слоникам уже ходят легенды среди подчиненных. Очень хорошо. Если он выполнит свое предназначение, эти легенды будет пересказывать все метро…

Но это потом. А сейчас пора работать.

Сазонов подошел к столу, взял одну из фигурок и начал вертеть в руках.

Мемов почувствовал укол раздражения.

— Что говорит Постышев? — спросил он. Старый комендант Василеостровской как был занозой, так и остался. Потеря генератора ничему его не научила.

— Упрямый старый дурак, — сказал Сазонов. — Он все никак не поймет, что его время прошло. Васька больше не сама по себе. Постышев просит увеличить подачу электричества. Вместо шести часов в день — целых двенадцать. Мол, рассада у него вянет. — Нынешний командир диггеров Василеостровской ухмыльнулся. — Думаю, он просто кокошник…

— Что? — генерал поднял брови.

— Просто тянет время, — исправился Сазонов. — Ага.

— И что ты предлагаешь?

Сазонов улыбнулся — развязной, жестокой улыбкой.

— Думаю, там нужен другой комендант.

Мемов посмотрел на него в упор.

— Ты в этом полностью уверен?

Сазонов наконец поставил слоника на стол и ушел.

Мемов выдохнул. Опасный тип. Если так дальше пойдет, с Сазоновым скоро придется что-то решать. Обидно. Почему со мной сейчас он, а не Меркулов… Вот об этой потере я действительно жалею. В итоге рядом со мной человек, предавший лучшего друга и собственную станцию. Предатель и убийца.

Но пока приходится его терпеть. Сазонов даже лучше, чем исполнителен.

Он эффективен.

Мемов подошел к столу, поднял фигурку и вернул на прежнее место. Может, это глупо, подумал он. Такое раздражение. Это всего лишь слон…

Но это мой слон. И он должен стоять на том месте, куда я его поставил.

Шестой год Мемов строил свою империю. Когда тебе за пятьдесят, начинаешь понимать, что времени у тебя совсем немного. Вокруг одни враги и подчиненные — и если с врагами можно говорить на равных, то с подчиненными приходится держать себя в поджарой форме гепарда, убивающего антилопу за одиннадцать секунд. Были такие хищники до Катастрофы, самые быстрые в мире — да кто про них сейчас помнит? Мемов покачал головой, поправил слоника с краю — с синими узорами на боках. Вот теперь правильно. Снова посмотрел на своего любимца, слона-патриарха. У него есть кому оставить слоновью империю. Поэтому он так спокоен. А я? Как быть со мной? Мемов вздохнул и вернулся к рабочему столу, заваленному бумагами, требующими внимания. Самая огромная империя ничего не стоит, если некому ее передать. Тем более, что вскорости предстоит такое… Если разведка не ошибается, у нас осталось всего ничего времени. Генерал вздохнул.

Мне нужен преемник. Наследник. Иначе, случись что со мной, все, за что я боролся долгие годы, полетит в тартарары.

И это будет полный и окончательный конец.

Зазвонил телефон. Кто там еще? Мемов посмотрел на панель селектора. Огонек зажегся под лампочкой «Нев.» Невский проспект. Значит, Орлов.

Все еще погруженный в свои мысли, Мемов рассеянно взял трубку, приложил к уху:

— У аппарата.

Но услышав голос в трубке, выпрямился. Вся расслабленность слетела с него, как никогда не было. Голос в трубке принадлежал человеку, который должен быть уже давно мертв.

Голос негромкий, низкий, с легкой хрипотцой произнес:

— Мы в прошлый раз не договорили, генерал.

Мемов выпрямился. Резко махнул рукой адъютанту: сюда. Быстрее!

— Иван, — сказал генерал. — Ты, возможно, удивишься, но я рад тебя слышать.

— Еще бы, — на той стороне провода усмехнулись. — Не часто приходится отвечать на звонки с того света, верно, генерал?

Адъютант подбежал, подобострастно задирая голову и заглядывая Мемову в лицо, как собака. Да где же вас таких набирают, в сердцах подумал Мемов. Жестами показал: дай, чем писать.

— Верно, — сказал Мемов. — Орлов с тобой?