Жнец. Книга тринадцатая - Макс Дарт Страница 6

— Для того, чтобы твои угрозы сбылись, тебе необходимо иметь возможность сказать своё слово, — усмехнулся я. — Вот только…

Я замолчал. Рихт хотел было возразить мне, однако остриё духовного клинка, скользнувшее по его шее и оставившее после себя тонкую кроваво-красную борозду, заставило его смолчать.

— Ты задолжал нашему миру, рихт. Как и твои дружки, которые оккупировали восток моей страны, — припечатал я, наградив иномирца холодным взглядом, после чего не менее холодно добавил: — А долги рано или поздно приходится возвращать, и жизни твоих людей стали ничем иным, как авансом.

По состоянию души рихта я понял, что мои слова насчёт бойцов никак его не тронули. Передо мной стояла бесчувственная мразь, которой было абсолютно плевать на то, сколько людских жизней будет оборвано ради достижения одному ему известных целей. Если князь Волконский искренне верил в то, что объединение двух миров — благое дело, то насчёт рихта я уже не был так уверен. Определенно у него было другая выгода. Но какая именно — большой вопрос.

«Сразу скажу, что с его разумом придётся повозиться. Это потребует времени, которого у нас не так, чтобы уж много», — расстроила меня кицунэ.

Мне хотелось закончить с делами рихта и князя Волконского как можно скорее. Так сказать, сбросить со своей шеи ярмо, которое я сам же на себя и навесил. И просто прикончить иномирца не выйдет, так как заниматься поисками похищенных ранее людей в чужом для себя мире — дело весьма неблагодарное. Иголку в стоге сена найти будет гораздо проще.

Придётся действовать немного иначе, полагаясь на способности своего тела и души.

— Знаешь, рихт, чего бояться подобные тебе люди больше всего? — я подошёл к иномирцу практически вплотную, не боясь внезапной атаки с его стороны. — Потерять деньги и удобства? Славу и известность? Титул и положение в обществе? Может быть, смерти? — говорил я это, стоя лицом к лицу со своей недругом и не наблюдая на нём никакой реакции. — Не-е-ет… Больше всего такие, как ты, бояться потерять себя, лишиться амбиций, разума и… души… — моя голова непроизвольно склонилась на бок, однако взгляд уловил скользнувшую в глазах рихта тень затаённого им страха. — Деньги, титул и славу можно заработать заново: камешек по камешку. Обойти смерть можно путём перерождения. А вот потерю души никак обратить вспять нельзя, — разведя руками, я сделал шаг назад, чтобы оглядеть своего невольного собеседника. — И знаешь, рихт, в чём я действительно хорош? В том, чтобы эти самые души сжигать в пламени СВОЕЙ души!

Выхватив клинок из рук Чайи, я вонзил его лезвие в грудь рихта. Не глубоко, но достаточно для того, чтобы коснуться им души иномирца.

Крик, которым рихт огласил окружающее нас пространство был нечем ужасающим. Постоянно срываясь на хрип и кашель, иномирец продолжал кричать от терзающей его душу боли. Иссиня-черные волосы стремительно седели, а вокруг глаз проявлялись морщины. Вместе с душой мужчины я сжигал и его жизнь.

Когда я вынул клинок из груди рихта, тот выглядел сухим стариком, который познал все тяготы бытия. Его глаза потускнели, изо рта доносилось хриплое дыхание, что сбивалось на скрежещущий кашель. Однако чувства, испытываемые рихтом, волновали меня меньше всего.

— Я не готов оставить тебе жизнь, иномирец, — спокойно проговорил я, возвращая меч Чайе. — Но могу дать тебе надежду. Надежду на перерождение.

Взгляд рихта прояснился. В следующее мгновение он посмотрел на меня вполне осознанно. Безысходность, поселившаяся в его глазах за то время, пока в груди рихта был мой клинок, исчезла, сменившись вышеупомянутой мной надеждой.

— Я всё расскажу, — эти слова дались иномирцу с трудом. Не из-за того, что он быстро постарел, а потому, что это было признанием собственных слабости и поражения.

— Знаешь, Волконский искренне считал тебя своим другом. Назови мне истинную причину, по которой ты устраивал представление с ним, — потребовал я и решил сразу надавить: — Для чего тебе были нужны наши люди⁈

— Корм… — еле слышно прокряхтел рихт, словно кто-то схватил его за грудки.

— Что?

— Корм для… — договорить он не успел, так как в нас незримой тенью влетел некто, кто появился в радиусе моего Дара мгновение назад.

Меня и Чайю отнесло на несколько добрых десятков метров, впечатав в стену одного из зданий, в то время как из горла иномирца бурным потоком хлынула кровь, омывающая полупрозрачный силуэт.

— Ты и так позволил себе лишнего, рихт, — прозвучал бархатный мужской голос.

Силуэт начал проявляться, формируя из себя мужчину средних лет с длинными волосами цвета пепла. Если я распущу свой хвост, то внешне мы будем очень схожи. Исключениями бы стали лишь хищные черты лица незнакомца, а также цвет его кроваво-красных глаз.

— Нет! — звонкий девичий крик наполнил пространство над замком.

Эллис попыталась было спрыгнуть со стены, однако её, как нашкодившего котёнка, быстренько спеленала Кей своими хвостами. Миссурийская в течение пары секунд пыталась вырваться, однако столь же быстро успокоилась, стоило девятихвостой на неё гневно шикнуть.

Такой ярый поступок со стороны Эллис был мне понятен. Она хотела узнать о судьбе своего брата, но неизвестный лишил её такой возможности, вспоров горло рихту. Теперь же он со злостью глядел на меня, источая жажду убийства.

— А ты, чужак, ответишь за вмешательство в мои дела. Из-за тебя мне пришлось сбросить с себя кокон слабости и возвратиться к давно забытой жатве, — ткнул в меня пальцем с длинным когтем и широко улыбнулся незнакомец, обнажив острые как бритва клыки. — Сначала ты убил одного из моих Крыльев, теперь решил лишить мой клан кормёжки. Придётся остановить тебя раньше, чем ты осуществишь задуманное, человек.

Закончив фразу, Патриарх вампиров, что стало очевидным, размылся в воздухе, после чего возник вплотную рядом со мной и ударил наотмашь, стараясь задеть меня своими когтями. Однако рассёк лишь вмятую стену здания, выбив каменную крошку, потому как нас с Чайей на том месте уже не было. Воспользовавшись Теневым Шагом, мы убрались на относительно безопасное расстояние.

Раздались выстрелы. Зубинин, выхвативший пистолет у одного из гвардейцев, прицельно нашпиговал вампира артефактными пулями. Его тело содрогнулось, от него отлетели куски, чтобы в следующее мгновение зарасти новой плотью. Регенерация Патриарха поражала воображение.

— Жалкие… — восстановив положение, начал было вампир, но, задрав голову вверх, немало удивился, ведь на стене уже никого, включая гражданских, не было. — Хм… Занимательные