Комморра - Виктор Чуперка Страница 57

Здоровье этих людей ухудшилось, но Синий-21 проинструктировал о влиянии монстров и научил молиться Ише.

Группа псайкеров получила смертельную дозу радиации, но молитвы Ише поддерживали в них жизнь. Как только они начали молиться, божественная энергия Иши внушила им послушание.

Часть отказались молиться, но долго они не прожили.

Некоторые из дворян применяли прорицание, но история с Мерлином путала их, они не способны даже определить, кто убил короля.

— Пожалуйста! Пощадите… — отчаянный крик женщины разнёсся по комнате, когда рыцари усадили её в кресло.

— Мне нужно кормить дочь! — взмолился худощавый мужчина, цепляясь за руку командира рыцарей.

Командир брезгливо отшвырнул его, и мужчина упал на пол. Двое стражников схватили его под руки и потащили вместе с остальными.

Я опустился на одно колено на холодный каменный пол, применил ритуал для связи с богиней. Мои губы искривились в холодной улыбке.

— Я буду молиться до конца своей жизни! Поэтому, пожалуйста, простите меня… — рыдал старик, когда его сыну устанавливали импланты.

ИИ предоставил местным устройства для обучения, буквально одного часа хватало для того, чтобы отправить крестьянина на убой. Косек заметил, как псайкеры всё больше угнетали обычных людей, не замечая растущего сопротивления.

Вера в нового бога, словно наваждение, давно захлестнула их голову.

Я видел это в их глазах — отчаяние и надежду одновременно. Люди хотели жить, а королевство буквально каждый день проводило кровавые ритуалы, посвящённые Ише. Каждый, кто думал о выживании, каждый, кто стремился пережить битву с демонами, а ещё семьи, которые лишились кормильцев — все они обращались к Ише.

Влияние Иши распространялось словно заболевание. Косек мог видеть, как её невидимые щупальца опутывали разумы людей.

— Все люди слабы, бессильны, как собаки, умоляют о вере. Боги высмеивают и играют с нами. Когда вы забираете наши жизни, вы не запомните наши имена. Имена не имеют достаточной ценности.

Всего одной молитвы хватило для воздействия на разум. Без активного сопротивления местные жители всё больше молились богине.

Дворянин внезапно схватился за голову, словно его ударило невидимой силой. Его глаза засветились синим, и он пошатнулся, опираясь на стену, покрытую древними фресками с изображениями богов.

— Ошибка?

В моей голове появились знания о божественной энергии.

«Ты неправильно направил божественную энергию.»

Иша вновь тщательно объяснила теорию манипуляции верой.

«Спасибо, но мои мозги всё ещё в замешательстве. Чувствую себя так, словно постоянно применяю седативные препараты.»

«Это влияние божественной энергии, которая проходит через твоё тело.»

Я резким жестом прервал воздействие, человек, словно очнувшись от сна, на несколько часов сменил свой характер. Теперь он наверняка сделает что-то, о чём будет жалеть до конца своих дней.

Я наблюдал за результатами своего вмешательства. Как нелюдь, я свыкся с подобным отношением к себе, но никогда не переставал удивляться жестокости людей по отношению друг к другу.

«Псайкеры молча принимают клевету и грязь, которые в них бросает Империум. Простые люди презирают и глумятся над вами. Невозможно убивать без чувства вины. Возможно, вы не были для них людьми. Но как вы все могли не быть людьми? Они говорят, что у вас нет души человека. Если это так, у кого она есть? Я вижу, что ваши голые тела были разорваны, потрескались, избиты и растоптаны, осквернив ваши тела порезами и синяками. Поскольку вы были жалкими, ты хочешь это исправить.»

Я вздрогнул и отвлёкся от работы пастыря, похоже, Иша читает мои воспоминания о проповеди культистов на чёрном корабле.

— Читать мысли, довольно грязно для богини, — прошептал я, глядя на потолок, где сквозь щели пробивались лучи тусклого солнца.

«Ты до сих пор в меня не веришь.»

Голос Иши звучал прямо в голове, мягкий и всепроникающий. Эмоции выдавали лёгкое недовольство. Её присутствие ощущалось как тёплое покалывание на коже.

— Трудно отрицать существование бога, — пробормотал я, отворачиваясь.

«Я про веру. Как богиня, я никогда не промолчу и никогда не отвечу на твои мысли с презрением. Если ты будешь стараться и истекать кровью ради меня, то я воздам тебе наградами за каждую каплю пота и крови. Ведь я богиня жизни, главного желания всех существ нашей галактики.»

Искренние слова богини прошли рикошетом по моему сердцу. Я невольно вздрогнул, почувствовав тепло, разливающееся в груди.

— Неплохая фраза для пропаганды твоей религии, — холодно ответил, подавляя нежеланные эмоции.

В тот момент, когда я это сказал, Иша вновь прервала ритуалы. Её присутствие стало более осязаемым, словно она материализовалась рядом со мной.

«Тебе обидно? Вас не признают людьми, поэтому ты ненавидишь. Мир, где люди проливают слёзы, когда их не признают людьми…»

Я замер, поражённый тем, как точно она попала в моё самое больное место. Я опустил голову, пытаясь скрыть эмоции, хотя знал, что от богини ничего не скроешь.

— Лучше скажи, куда пропала мандрагора, — мой голос звучал тише, чем обычно.

«Она в пути, чтобы создать нам проблемы.»

«Интригует…»

«Научишься предсказаниям, сможешь жить без интриги.»

«Что ты…?»

Мои мысли прервало мерцание собственных теней. Имоен прекратила упражняться с мечом, а синяя сфера обратила внимание на теневой портал. Появление Ризалии не было неожиданностью, но она была в другой броне — чёрной с серебряными узорами, потускневшей от боя. Через несколько мгновений после её появления я почувствовал, как Иша возмущена.

В моей голове появился её голос.

«Ты задержалась в Комморре, а мой пастырь делал всё один. Твои мысли говорят о том, что ты имеешь неприятности с двумя кабалами и группой корсаров.»

Ризалия дотронулась до своего шлема руками, а я почувствовал, как мои способности применяют против неё, чтобы надавить на её душу. Мандрагора слегка ворчала от боли.

«Вы читаете мою память, тогда какой мне смысл оправдываться? Если бы вы хотели меня убить, сделали бы это сразу.»

Ответ мандрагоры в моей голове вызвал ещё больше боли, голова раскалывалась от их попыток использовать меня как телефон. Иша заметила это и прекратила брать контроль над моим телом.

Ризалия оправилась от давления, затем начала расспрашивать о том, что мы делали во время её отсутствия. Имоен описала, что мы сделали, а