Железный аргумент - Алексей Михайлович Махров Страница 56

Дагар поднял руку, сигнализируя остановиться.

— Где Тукеро? — спросил он у подбежавшего сотника.

— Заходит с фланга, ваша милость! — ухмыльнулся офицер. — Сейчас должен начать… Вот, смотрите!

Из боковой улицы за храмом вдруг густо поперли бунтовщики. Спасаясь от фланговой атаки отряда Тукеро-Поторошителя. Толпа, получив боковое ускорение, закрутилась водоворотами, некоторые люди побежали в переулки. Стражники двинулись вперёд, их алебарды сверкали на солнце. Толпа дрогнула, и начала расползаться на отдельные кучки. Дагар понял, что еще пара минут и, зажатые с двух сторон бунтовщики будут смяты и отброшены назад.

В этот момент по графу выстрелили из-за колонны храма. Болт прилетел прямо в незакрытое забралом шлема лицо. И почти попал в цель, если бы старший охранник не бросился вперед, закрывая собой командира. Стрела со звоном рикошетировала от наплечника.

— Спасибо, Диг, — коротко кивнул Дагар и закричал, привстав на стременах: — Дави их, парни! Пленных не брать!

Стражники, услышав привычную команду, ударили в толпу слитным строем. А бунтовщики, сообразив, что их сейчас просто перережут без суда и следствия, завопив от ужаса, не выдержали и бросились бежать. Не прошло и пяти минут, как площадь перед храмом Дастии была очищена. На разбитой (в поисках метательных снарядов) мостовой остались два десятка тел, раздавленных при бегстве своими же и больше сотни луж крови.

К Дагару быстрым шагом подошел Тукеро.

— Прошу прощения, ваша милость! — стряхивая кровь с лезвия глефы, сказал капитан. — Я не сразу понял степень опасности, взял с собой всего полсотни бойцов. Думал, что эти бунтовщики разбегутся, только увидев нас, как это часто бывало до сегодняшнего утра. Но толпу кто-то накачивал, я видел множество крикунов, подзадоривающих этих уродов. Пришлось стянуть сюда почти всю Внутреннюю стражу.

— А что с заложницами? — спросил Дагар. — Где они?

— В храме светлой Дастии! — показал рукой сотник. — Мы хотели сломать дверь, и ворваться внутрь, но тут из окна высунулась какая-то замотанная черной тряпкой морда. Эта сволочь пообещала, что зарежет всех захваченных девиц и начнет выбрасывать на площадь их головы.

— Тукеро, осмотри здание храма по периметру, найди все двери и окна, пригодные для штурма! — скомандовал граф. — Расставь бойцов, но без команды не начинай!

Капитан кивнул и быстро ушел.

— Диг, сходи к храму и спроси у тех, кто в нем засел: чего они хотят?

Старший охранник бесстрашно двинулся прямо к дверям, игнорируя маячившие в окнах арбалеты.

— Они требуют переговорщика, — доложил он, вернувшись через пару минут. — Говорят, что только с вами, ваша милость, будут условия обсуждать.

Дагар сжал зубы.

— Это ловушка!

— Тогда не ходите, ваша милость! — сказал подошедший Тукеро. — Дайте мне команду — мы покрошим этих негодяев на кусочки.

— Нет! — Дагар снял шлем, передал его одному из бойцов. — Обманем их! Я пойду и отвлеку их. Попытаюсь зайти в здание и там прикрыть заложниц. А ты… — он наклонился к уху Тукеро, — начинай общий штурм, как только я окажусь внутри!

Тукеро кивнул, и злобно усмехнулся.

— Понял. Всё сделаем в лучшем виде, ваша милость!

Дагар неторопливо, давая своим бойцам выйти на исходные рубежи для атаки, пошел к храму. Уговаривать бунтовщиков впустить его, не понадобилось — двери распахнулись, как только граф подошел. Глубоко вздохнув, Дагар поправил оружие на поясе и переступил порог.

Воздух здесь был густым от смеси целого букета запахов — прокисшего мужского пота, женского парфюма, крови, оружейной смазки. В полумраке у входа стояли люди в чёрных масках. Их глаза, видимые сквозь прорези, блестели, как у голодных псов.

— Где заложницы? — спросил Дагар, не повышая голоса.

— Ах, граф такой нетерпеливый, — раздался насмешливый голос.

Один из бунтовщиков шагнул вперёд. Его маска была изысканнее других — чёрный бархат с серебряной вышивкой. Но Дагар сразу узнал его — по жеманному голосу и накрашенным, как у гулящей девки, ресницам. Главарем оказался дворянин из свиты Хессана. А это означало, что вся эта история с бунтом и похищением благородных девиц — операция герцога.

Подручный Хессана звонко засмеялся, и бросился вперёд, занося топор. Дагар едва успел увернуться, машинально отметив, что топор не боевой, а мясницкий. Лезвие, мерзко проскрежетав, скользнуло по наручу. Граф, понимая, что махать мечом в такой тесноте не получится, выхватил кинжал. Тут же на него бросились, всем скопом, остальные бунтовщики. Вспыхнула яростная рукопашная. Дагар, хоть и был немолод, являлся опытным бойцом, и ловко парировал удары. А враги только мешали друг другу.

С начала схватки не прошло и десятка секунд, как в храм со всех сторон, через окна и двери, ворвались воины Внутренней стражи в черных доспехах. Бунтовщики были убиты почти мгновенно.

Дагар убрал кинжал в ножны и пошел в главный зал. В его центре, у подножия статуи светлой богини Дастии, прямо на холодном каменном полу сидели девушки. Их тонкие ритуальные туники, почти прозрачные, были мокрыми от пота, обтягивая стройные тела. Глаза у всех — широкие, полные ужаса.

— Вы свободны! — сказал Дагар, подходя ближе.

— Спасибо, ваша светлость… Вы такой милашка! — радостно закричала Паулетта, первой бросившись на шею графа. Остальные девушки последовали за ней, обнимая своего спасителя, целуя руки, наперебой благодаря. Одна из них — маленькая, хрупкая, с каштановыми волосами — вдруг как-то неестественно взмахнула рукой.

Острая боль пронзила его бок. Дагар отшатнулся и, увидев в её руке маленький кинжал, уже красный от крови, понял — она ударила его в незащищенное доспехами место — в подмышечную впадину.

Девушка грустно улыбнулась и сказала:

— Простите…

А потом одним движением перерезала себе горло.

— Это моя новенькая служанка! Она… она обезумела! — завизжала Паулетта.

Дагар схватился за рану. Кровь сочилась сквозь пальцы, тёплая, липкая. Перед глазами всё поплыло, последнее, что он увидел — лицо подхватившего его Тукеро.

Часть 3

Глава 4

Камин потрескивал, отбрасывая блики на стены кабинета, уставленные книгами. Архун разлил по бокалам еще коньяку, его длинные пальцы с аккуратно подстриженными ногтями ловко управлялись с бутылкой и снифтерами.

— Ну что, Яр, — он откинулся в кресле, поправив манжеты белой рубашки. — Тебе, наверное, интересно, почему я тебя позвал?

Ярослав медленно вращал бокал в руках, наблюдая, как янтарная жидкость оставляет маслянистые следы на стекле.

— Если честно, мне интереснее другое. Как ты умудряешься в этой глуши получать пятидесятилетний арманьяк? Или у тебя тут целый винный погреб под скалой?

Архун рассмеялся, его глаза задорно, как у мальчишки, сверкнули.

— Магия, дорогой мой. Не та грубая сила, которой пользуются деревенские колдуны, а настоящее искусство. — Он щелкнул пальцами, и в воздухе появилась прозрачная сфера, внутри которой клубился дым. —