Фантастика 2026-80 - Мария Фир Страница 55

Воины, которых я помогала лечить, а также маг Рикард старались сказать мне что-то поддерживающее, но суть их слов сводилась к тому, что Нора, разумеется, не собиралась огорчать меня или капитана, а лишь вспылила, не рассчитав ущерба от своего вредного характера. Если бы не моё сокровенное знание о будущем ребёнке, я бы не раздумывая покинула стоянку и ушла в лес. И шла бы до тех пор, пока не стала добычей диких зверей или жестоких обитателей междумирья. Но теперь мне было страшно навредить новой маленькой жизни, что зародилась во мне, и я изо всех сил сдерживала даже слёзы обиды. Я сидела у догорающего камина, подтянув колени к самому подбородку, и ждала только одного – чтобы поскорее скрипнула тяжёлая дверь и вернулся Эдвин.

Мне было трудно разобраться в том, что я испытывала рядом с ним: слишком сильной ещё была боль расставания с некромантом, слишком остро мне не хватало сейчас наших разговоров с Гаэласом, когда мы смотрели друг в друга – и смешивались языки, жесты, взгляды – и мы понимали друг друга. Наверное, Эдвин Сандберг сейчас удерживал меня по эту сторону живого мира, иначе я бы потеряла опору и провалилась в бездонное отчаяние. Но это было не всё… Мне нравилось, когда он держал меня за руку и когда обнимал за плечи. Его сила и жаркое, живое тепло, его уверенный голос, когда он читал исцеляющие заклинания или отдавал команды отряду. И то, что Солнечные стражи (кроме Норы, конечно) как-то сразу, с первых же мгновений, считали его – моим женихом. А меня – его невестой. Будто мы и вправду на время нашего путешествия по Ничейным землям стали персонажами одной из старых сказок об эльфийской принцессе и прекрасном рыцаре-страже.

***

– Нора любит тебя? – не спросила, а почти утвердительно прошептала я, когда мы с капитаном вновь остались наедине рядом с мерцающими углями.

– Нет, это другое, – покачал головой Эдвин и ласково обнял меня за плечи. – Долгое время она была единственной девушкой в отряде, а потому привыкла, что всё внимание обращено в её сторону. У неё отважное сердце. Поверь, всё, что она наговорила, было сказано не для того, чтобы унизить тебя. Ей трудно принять какие-либо изменения в личной жизни одного из нас.

– Вы когда-нибудь были близки с ней? – шёпотом спросила я, боясь пошевелиться.

– Никогда, – чуть улыбнулся Эдвин. – И никто из наших ребят не был с нею. И всё же она ревнует. Меня и всех остальных. Случись Рику или Акселю найти себе невесту, было бы ровно то же самое.

– Почему Солнечные стражи так неохотно заводят семью? – Я обернулась и теперь смотрела в его глаза, казавшиеся тёмно-синими в полумраке. Где-то в самой их глубине тлели угли камина.

– Наш долг охранять границы – видимые и невидимые. Семья крепко связывает с миром живых, и такой страж начинает бояться смерти. Начинает скучать по супруге или детям, а оттого хуже исполняет свой долг. Но всё-таки жениться нам не запрещено.

Я молчала, разглядывая его лицо: тёмно-рыжие брови, нос и чуть поросшие щетиной щёки, губы, которые сегодня утром (а кажется – так давно) коснулись моих губ.

– Что будет, если я соглашусь? – прошептала я. – Что будет со мной? Ведь моя дочь, она родится наполовину эльфом. Или же мне надо будет… избавиться от неё?

Стоило мне только вымолвить эти ужасные слова, как горло перехватило и из глаз покатились горячие слёзы. Эдвин непонимающе нахмурился и тут же вытер большими пальцами мои щёки.

– Ты о чём, Сония? Разумеется, ты родишь её. Это ведь ребёнок, как ты могла подумать!

– Но как?.. – всхлипнула я.

– Как это будет происходить, я тебе расскажу ближе к делу, – он покачал головой, всё ещё негодуя от моего высказывания. – А что касается генетики, то внешне она будет выглядеть как обычная человеческая девочка. Если женщина из людей рожает от эльфа, то никакие внешние эльфийские признаки у детей не проявляются.

– Внешние? – переспросила я и сама нашла его руки. – А дар?

Эдвин взял мои пальцы в свои.

– Как повезёт, – честно ответил он. – Шансы унаследовать дар от матери или от отца примерно равные. Байки о том, что все полукровки обладают только тёмным даром, – лишь болтовня, которую сочинили сторонники Ордена Инквизиции. Бывают случаи, что при смешении крови дар и вовсе не проявляется. И они нередки, поверь мне. Я изучил немало книг и письменных свидетельств, копаясь в библиотеке Вестенской академии.

– Мне страшно, – призналась я еле слышно. – Я словно стою на краю, а пропасть – с обеих сторон.

– Ты не упадёшь, Сония, – улыбнулся он. – Я не позволю этого. Не для того я искал тебя так долго, чтобы теперь отпустить твои руки.

– Ты не понимаешь, что делаешь. Это ведь уже не просто приключение или авантюра со спасением принцессы. Это навсегда. На всю жизнь.

– То есть, – он взволнованно вздохнул, сжимая мои ладони, – ты согласна?

– Да, – просто сказала я.

Он долго смотрел в мои глаза, и я была уверена, что ему хочется поцеловать меня. Это сияло в его взгляде, и я видела, как дрогнули его губы, но всё-таки он сдерживался до тех самых пор, пока я не шевельнулась и не опустила ресницы. Мне казалось, он ждал какого-то подтверждения моему согласию или того, чтобы я выдала хоть чем-нибудь свои истинные чувства. А я не могла выпутаться из паутины околдовавшей меня зимы и открыться ему так быстро. Это не были сомнения, но я всё ещё находилась под действием эльфийских чар, а особенно после того, как узнала о дочери.

– Как только вернёмся, сразу начнём готовиться к свадьбе, – уточнил он и пригладил маленькие пряди волос возле моих ушей.

– Да, – повторила я и тихо кивнула.

И только тогда он поцеловал меня долгим и жарким поцелуем, словно хотел пообещать, что и с эльфийским колдовством готов сразиться ради меня. Что мы вместе справимся с уже отступающей зимой.

Глава 20

– А что у вас в повозке? – прямо над моим ухом, если не считать тонкой кожаной перегородки, спросил громкий женский голос.

– Эльфийские девственницы для Высшего совета? – пошутил незнакомый мужской голос.

Так я узнала, что мы прибыли в дозорный пункт Солнечных стражей, от которого до города было уже рукой подать – не больше часа пути. Я думала, что Нора не замедлит высказать в мою сторону что-нибудь малоприятное. После вчерашнего инцидента она отмалчивалась и держалась на расстоянии от всего отряда.