Последняя битва-2 - Данияр Саматович Сугралинов Страница 50

Тисса закатила глаза, фыркнув, и высказалась:

– Какие-то боги-покровители у нас никчемные. Даже Морена умеет в телепатию, а эти продолжают требовать личного присутствия из-за любой ерунды.

Я непонимающе взглянул на нее, и она пояснила:

– Скиф, пока тебя не было, каждый из нас побывал у Спящих. Даже Гирос.

Ниндзя кивнул, покраснел и поклонился храмам Спящих.

– Что они хотели? – спросил я.

– Нам запрещено делиться друг с другом тем, что они поручили, – сказал Краулер. – Главное, что…

– Короче, они готовятся, – встрял Бомбовоз. – И мы тоже. Кингу сказал, что все идет к Последней битве, но она у каждого будет своя.

– А Левиафан всегда такой душка? – спросила у меня Ирита. – «Не дрейфь, сестричка, все будет путем», – так он мне сказал. И я очень хочу ему верить…

Остаток пути до храмов Спящих друзья наперебой рассказывали новости.

Самая удивительная – появление Санктуария Старых богов, загадочного сооружения у восточной стены, словно пришедшего из другого измерения. По словам Тиссы, случилось это буквально за несколько мгновений – вот там ничего не было, а вот уже стоит белокаменный купол, окруженный призрачными колоннами.

Спящие, как выяснилось, появлялись там, и не раз. По всей вероятности, встречались со Старыми богами, но что именно там произошло, никто не знал: каждый раз Санктуарий окутывался мерцающим куполом света, сквозь который не могли проникнуть даже шпионские заклинания Верта.

Со смертными Старые боги на контакт не выходили, не считая общения Лавака со своим жрецом Оямой, но мой наставник умел хранить секреты. Якобы среди нас могли затесаться шпионы Бездны.

Краулер же не без гордости похвастался тем, что они с наставником Вертом почти восстановили магическую башню, которая разрушилась без маны, и планируют поднять ее еще выше, выше всех в мире. Маны у них было столько, что хватило бы на войну с Роем, – спасибо моему бесконечному духу и Касанию Хаоса. Кстати, глаза гнома буквально светились, когда он рассказывал о магии увядания, фолиант которой достался ему в «Источнике Тлеющей пустоты». Теперь благодаря башне он мог развивать это редкое и мощное направление магии.

Было еще кое-что, о чем Краулер и Бомбовоз упомянули вскользь, но я насторожился. Соль Мефистрота, которую я отдал Краулеру, теперь была у Бомбовоза, а тот задумал ее как-то использовать. Как объяснили парни, Бом придумал, как и кем заменить древнего кракена Ортокона, погибшего в схватке с Эджакекере, Глашатаем Бездны.

После этого пришла моя очередь делиться новостями, но времени на это не осталось, мы почти пришли. Удовлетворив любопытство собравшихся интригующим «Рой теперь с нами» и пообещав рассказать обо всем подробнее чуть позже, я наконец вырвался из дружеских объятий. Тем более в голове уже набатом прозвучал голос Бегемота, и я рванул к Великому алтарю.

Переход в великое ничто, и тьма вокруг постепенно рассеялась, уступая место бесконечному космическому пространству, где вместо звезд мерцали туманности удивительных форм и расцветок. Четыре остались туманностями, и только одна приняла человеческий вид.

Тиамат.

Я молча склонил голову перед Спящей.

– Это был глупый и опрометчивый поступок, инициал, – тяжело вздохнув, сказала она. – К сожалению, мы не видим и не чувствуем Нге Н’куллина, а потому узнали о сердце Люция слишком поздно, когда ты уже его раздавил.

– Я уничтожил еще одну сущность Сатаны. Разве это плохо?

– Стратегически – очень плохо. Люций был его последней оболочкой, причем сильнейшей. Сердце могло стать твоим важнейшим козырем в Последней битве, тем, что способно подтолкнуть события к перелому. Теперь ты лишен этого преимущества. Мы все лишены.

Я мотнул головой, не соглашаясь.

– Не понимаю. Разве то, что Люция не будет, не преимущество? И если бы Бегемот не запретил мне трогать демониаков – кстати, зачем? – нам оставалось бы только справиться с Бездной.

Странно, что они ничего не говорят о Зо-Каларе, о Рое. Спящие считали, что найти Рой будет невозможно. Я не только нашел, но и сделал союзником! Однако сейчас их больше беспокоит то, что я развоплотил Люция…

Тиамат прочла мои мысли, печально улыбнулась, приблизилась, крепко обняла, прижала к себе и отпустила.

– Прости, юный Скиф, что начала с претензий, но мы в растерянности. Сейчас объясню. Понимаешь, ты смешал нам все карты. Случайности и совпадения преследуют тебя, и даже нам непонятно, то ли это следствие твоего статуса у Фортуны и девочка выкладывается ради тебя на полную, жертвуя своим будущим, то ли работает твой класс предвестника-горевестника, то ли все вместе. Кто бы мог подумать, что Древний бог Нат-Хортат пожертвует собой и воплотится снова в Тлеющей пустоте, мире, где прячется оболочка Зо-Калара, которого весь мир знает как Рой? Что Нат-Хортат сможет призвать тебя, потому что ты окажешься рядом с местом, где прячется Зо-Калар? Что твой питомец Игги станет причиной того, что Зо-Калар вступит с тобой в диалог? Что ты догадаешься предложить ему то единственное, что ему нужно, без чего Рой остался бы слишком слаб? Или что Азмодан потехи ради наделит тебя частью своей сущности, благодаря чему Нге Н’куллин признает за тобой право на сердца великих князей?

– И что теперь? Вы же предусматривали все, а такое – не смогли?

– Мы отбрасывали маловероятные события. Представь, что ты в своем мире полетел в школу. Есть вероятность, что на тебя обрушится метеорит? Есть. Стал бы ты ее рассматривать всерьез?

Я покачал головой, и Тиамат кивнула:

– То-то и оно. Так что все наши основные расчеты потерпели крах, и остальные Спящие сейчас настолько погружены в симуляции будущего с учетом новых условий, что не могут даже поговорить с тобой. Но они все знают, спасибо, что пришел.

В этот момент я вспомнил, зачем им личное присутствие. Чтобы увидеть то же, что и я, моими глазами.

– Я пришел, вместо того чтобы прикончить всех демониаков, – сдерживая злость, сказал я.

Тиамат не стала отвечать на мою претензию прямо, начав издалека:

– Место силы в Преисподней находилось во дворце Диабло. Там, где пали все три великих князя. Люций, готовясь к трансформации Великого портала, высосал оттуда всю силу, чем лишил Абзу шанса получить там свой храм.

– При чем здесь это?

– Люций поглотил всю силу, но его смерть не создала новое место силы. Он не Люций, а сущность, что была в его теле, защищает свою дьявольскую энергию даже после смерти оболочки. Только его демоны из Ада, истинные демониаки, могут поглощать эту силу вместе с его плотью.

– То есть нужно дождаться, пока они сожрут всего Люция, и только потом прикончить их? – зло спросил я. – И разве