Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников Страница 5

— Борис Феоктистович, проверять пока не надо! — понятливо предупредил Саргенто. — Пистолет исправен. Две обоймы снаряжены. Здесь он, в принципе, вам не должен пригодиться. Но у фронтовика всегда должен быть при себе.

Оружие сразу вернуло уверенность. Всегда любил огнестрел. Любой. Нормативы «Ворошиловского стрелка» ещё в фабрично-заводском училище выполнил. А это что?! С тела исчез воспалённый, плохо заживший шрам операции по удалению аппендицита, после которой почти четыре месяца не мог летать.

— Товарищ гвардии подполковник, у меня для вас две новости! — тут же ухмыльнулся Кабо.

— Давайте плохую! (Хотя, что может быть хуже того, что ты умер?)

— Аппендицит у вас на месте.

— Как это?! Мне же под Новый год его вырезали в госпитале?

— Это другое тело. Здесь всё работает. В том числе и аппендикс. Для чего-то же он нужен? — бело-голубой уткнулся в чёрную прямоугольную коробочку, вроде портсигара, легонько постучал по крышке пальцами и удовлетворённо добавил:

— А, вот! Важная часть иммунной системы, скопление лимфоидной ткани, хранилище полезных бактерий.

— Понятно… А — хорошая?

— Хорошая новость в том, что теперь вы идеально здоровы!

— Товарищ военврач! — решился Сафонов. — А что у вас за звание?

«Кабо» вновь принял строевую стойку и коротко кивнул:

— Космонавт. Зубров Николай Николаевич. Рад знакомству!

Как-то уж очень по-старорежимному это у него получилось. Из «бывших»? Вроде слишком молод. Саргенто самостоятельно щёлкнул каблуками:

— Старший космонавт Феоктистов. Владимир Игоревич.

Вот здесь уже не осталось никаких сомнений — такую выучку приобретают только долгими годами. А «двухгалочный», ничтоже сумняшеся, указал рукой на вновь появившуюся из-за железных шкафов миловидную «капитаншу»:

— А это — атташе О`Гирли. Зоринка Аркадьевна. Прошу любить и жаловать! С воинским званиями Рабоче-Крестьянской Красной Армии её чин соотносится как «капитан». Но здесь «атташе» относится уже к старшим офицерам.

Слух резанул белогвардейский термин обозначения командного состава.

— А где это «здесь», господа хорошие?

Все трое с любопытством уставились на Бориса. Зубров ехидно прищурился:

— Смотри, у него уже и рука кобуру лапнула!

— Ты бы на его месте вообще уже полчаса дрался! — очень спокойно отозвался Феоктистов. — Зоринка Аркадьевна, можно нам панорамку?

Женщина молча что-то включила и стены стали прозрачными! Рука Сафонова непроизвольно сползла с клапана. Высота была небольшой — этаж второй или третий. Почти сразу за кабинетом колыхались на лёгком ветру кроны вполне привычных деревьев с летней пышной листвой. Но вот за ними! Прежде всего, в глаза бросались циклопические здания закруглённых, изогнутых и изящно-ломаных очертаний, что поднимались за недалёкой речкой. Архитектура была сплошь незнакома, но не вызывала отторжения. К тому же, почти сплошь высотки состояли из непрозрачных сверкающих стёкол! По ближнему краю их опоясывала какая-то эстакада, вроде капитального фуникулёра. А над городом сновали летательные аппараты. Без винтов и привычных крыльев, порой неторопливые. Больше всего они напоминали сплюснутые и обтекаемые корпуса легковых «эмок» без колёс. Вот только ещё и пестрели яркой расцветкой. Слева возвышались три здоровенных белых ветряка, походившие на гигантские носовые части «Харрикейнов», которые держали ровные конические столбы.

— Это Новосибирск-сити! — с лёгкой гордостью указала на город Зоринка Аркадьевна. — «Наукоград». Добро пожаловать в Метрополию! По нашей классификации эта планета называется Земля-1. Сейчас идёт тысяча девятьсот девяностый год. Восьмое августа. Наш календарь идентичен принятому у вас, в Советском Союзе.

— А наш с вами мир, Борис Феоктистович, называется Земля-7. И там сейчас всё далеко не так радужно, — грустно добавил старший космонавт.

— Но мы же победили!

— Да. И лет на пятьдесят обеспечили развитие в этом направлении! — он указал на высотки Новосибирск-сити. — Правда, не так быстро. Да и других проблем хватает.

— Товарищи офицеры! — перебила их заметно повеселевшая атташе: — Предлагаю покормить нашего гостя. Да и самим подкрепиться. Как это у вас говорится? Нужно «обмыть» Звёздочку?

Зубров с жаром поддержал:

— Тогда уж и само воскрешение! Тут фронтовые сто грамм точно не повредят.

— Да, Борис Феоктистович! — присоединился и Феоктистов. — Там девочки из столовой жареного поросёнка приготовили! Как на вашем Северном флоте принято.

— Ничего такого у нас не принято!

— Наверное, чуть позже прижилось. С 1942-го года успешно возвращающиеся из боевого похода подлодки так встречают. До сих пор.

— Так я же не подводник!

— Ну, как сказать. Вернулись-то успешно. Живой, с победой. Флотский опять же! — старший космонавт провёл большим пальцем по шву своего кителя, и его ворот распахнулся. Под ним показалась самая настоящая тельняшка! Феоктистов извлёк откуда-то голубую аккуратную пилотку с кокардой в виде восьмилучёвой красной звезды и чёрным якорьком в центре, привычно покрыл ею голову, лихо заломив на правый бок, после чего чётко козырнул:

— Гвардии подполковник ВВС Балтийского флота! С возвращением, Борис Феоктистович!

Космонавт также продемонстрировал «морскую душу», покрыл голову и козырнул:

— Гвардии майор ВВС Балтийского флота. С возвращением!

Теперь Сафонов понял, что цепляло в этих непривычных военных. Несмотря на все странности, воспринимались они как боевые братья.

[1]

[1] Матмех – математико-механический факультет ЛГУ

Глава 2

2022 год, 21 июня. Земля-1. Космопорт «Кисимайо»

Ещё дважды живой «Юрий Гагарин» появлялся в техническом буфете. И каждый раз Полина бессовестно и жадно его разглядывала, наивно надеясь, что скрывает свой восторженный интерес. Хотя вездесущие женщины-официантки уже несколько раз прозрачно шутили при Холмской насчёт «завидного жениха».

Один раз он съел прямо-таки огромную порцию обжаренных говяжьих колбасок с овощным рагу, под местное пиво. Вообще-то, Полина была искренне убеждена, что покорители космоса не должны самостоятельно травить себя. Ведь, согласно данным Информатория, этиловый спирт относится к наркотическим веществам жирного ряда. Неудивительно, что всё больше жителей Метрополии, в частности — Холмские, избегали употребления содержащих его жидкостей. Но в определённых кругах спиртное ещё пользовалось спросом. А в аграрном Сомали его даже промышленно производили на нескольких небольших заводиках. Да и трудяги космоса, те же покорители Плутона, жаловали слабоалкогольные коктейли. Поэтому она просто приняла данный факт, отодвинув своё мнение.

Второй раз пилот пришёл как раз в компании строителей. Но снова взял лишь