Вертолет-Апостол возвращается. - Александр Чекмарев Страница 49

Генералу эта смена боевой обстановки была явно по душе. Он извлёк гранатомёт, и через пять минут от самоходок остались только зияющие воронки в земле. «Вот сколько теперь грядок, можно сажать картошку и да­же яблони... хотя для картошки уже поздновато, а вот для яблонь - в са­мый раз...» - подумал Генерал, и вновь заставил взлететь Апостола. «Ка­кой хороший передатчик, и где только Николаша такой раскопал» - вновь подумалось Генералу, в связи с тем, что Апостол исправно исполнял все его команды, хотя пилот находился на расстоянии от коттеджа, да и видимость была великолепная, несмотря на неблагоприятные погод­ные условия и постепенно, но неотвратимо надвигающиеся сумерки.

Апостол немного покружил по тёмным комнатам и вновь вылетел наружу. Куда же все-таки подевались люди? И вражеские вертолёты тоже почему-то не показываются. И откуда здесь появились эти постройки? Их раньше не было.

Генерал болел, и в зависимости от перепадов температуры его тела, ему снился то дождь, то жара, то снег, то ненастье, то Настя...

(Женское имя - Настя, Настасья, Анастасия).

Настенька... что с ней теперь? Где она сейчас? ... Какая Настенька???

И откуда ощущается этот невыносимый смрад???

Неужели Баклан вновь перенёс канализацию? Но зачем??

Глава 43. ПРОБУЖДЕНИЕ.

На самом деле, объевшись накануне солянки, Генерал периодически неосторожно пукал во сне, ибо он, очевидно, не эфирный, и ничто человеческое ему не чуждо, несмотря на всю его гениальность.

Однако смрад становится все более и более невыносимым, и если бы Генерал не ощутил вдруг невесть откуда взявшиеся благоухания фимиама, то ему, вероятно, пришлось бы безотлагательно ретироваться в другое ук­рытие.

Несоизмеримое ни с чем чувство голода вдруг проснулось в организме моего бравого Генерала. Всё-таки он сидит в этом некоем подобие дота достаточно давно. Когда-то, на военной кафедре в институте, будущий Генерал уверенно заявил преподавателю, что дот называется дотом благо­даря английскому военному инженеру Джеймсу Дотту, который разрабо­тал в ходе колониальной кампании долговременную огневую точку. И в честь которого её потом так и назвали. А ещё у него был старший брат Джон Дзот, который разработал долговременную земляную огневую точку (от себя хочу добавить).

Так вот, Макару в его доте неожиданно захотелось кушать, причём сильно и резко. А так как сидел он в своей точке давно, то все сухари к этому мо­менту уже закончились. Причём ещё вчера. А чувство нарастало с калейдоскопической быстротой и вскоре выразилось в мелкой трясучке всех Генеральских конечностей.

Пошарив руками по затхлому дну дупла, он случайно поймал в куче гниющих листьев огромную жирную лягушку, и тут же съел её целиком, не поморщившись и с явным аппетитом.

Сегодня он разгромит это гнездо разврата. Не взирая на трудности. И всё-таки Генерал дождался Баклана. Слава появился откуда-то со сто­роны леса, будто вырос из-под земли. Он уверенно шествовал к дому в своём белом плаще, и, несмотря на непогоду, плащ был вызывающе чис­тым и вроде, как только что выглаженным. Высунувшись наполовину из дупла и уперевшись для пущей верности локтями о толстую ветку, Гене­рал поймал Баклана на «мушку», но в тот момент, когда он уже готов был выстрелить, ему на голову нагадил пеликан.

Макар вытер с лица пернатые испражнения и поднял голову вверх. Он увидел на самой верхушке своего дерева огромное гнездо, в котором уве­ренно сидела обгадившая его птица. Пеликан нагло посмотрел вниз на Макара и дерзко подмигнул ему своим красным навыкате глазом.

Нет, он точно разгромит этот притон!

Наконец Генералу надоело выжидать чего-то неизвестно чего, и он от­крыл прицельный огонь по коттеджу из гранатомёта. Снаряды ложились точно в цель, и уже вскоре трёхэтажный особняк был полностью объят пламенем. Здоровенные огненные языки вырывались из зияющих окон­ных провалов, кирпичные стены раскалились и теперь злобно шипели, окутываясь белым паром. Черепица стреляла как пулемёт, пока крыша не рухнула (охнув) вниз, а на её месте разбушевался адский шквал огня, из­рыгивающий в небо клубы чёрного дыма...

И вновь Годзилла вылетела из самого центра пожарища, словно Челленджер и унеслась вверх, прямо в небо и скрылась из вида на неведомой ор­бите. (Не путать с одноименной жвачкой). Эта картинка настолько напоминала старт космического корабля, что Макар не удержался и негромко произнёс: «девять... восемь... семь... шесть... пять... четыре... три... два... один ...пук».

Прошептал негромко Генерал и проснулся.

Он проснулся весь мокрый (пот). Возле изголовья его кровати сидел Баклан, недовольно поглаживая свои гренадерские усы. Весьма вероятно, что именно аромат Славиной туалетной воды Макар и принял во сне за фимиам.

- Поднимайтесь, несчастный! Вы даже во сне мечтаете о моей гибели!

- Всё-таки это был сон...

- Конечно сон. Но, это к делу не относится. Ответьте-ка лучше мне на один вопросик. Вот этот наш всеми горячо любимый сосед, Пётр Пет­рович, поняли, о ком я веду речь?

- Да.

- Вы его раньше не знали?

- В каком смысле?

- В прямом. Меня терзают смутные сомнения. Поэтому ответьте по возможности прямо, - с кем вы раньше познакомились, со мной или с ним?

- Я так сразу не могу. Мне надо подумать.

- Ну, что ж, спасибо за откровенность. Всё, что мне хотелось узнать, я уже выяснил. Итак, мы переезжаем. Причём сейчас.

- Простите,