Перед рассветом - Арсений Дмитриевич Ляхов Страница 47

Тем временем, Змей, ничего не говоря своим спутникам, повесил автомат на плечо и направился к параллельной двери в конце комнаты, также беспроблемно открыл её и вошёл внутрь. Как оказалось, это был маленький склад, внутри были стеллажи, прибитые к стене, на них стояли разные канистры, бутыли и ёмкости с разными наклейками, надписи которых Змей старательно освещал фонариком, явно в поиске какой-то конкретной канистры или пластиковой бутылки.

— Змей, а чё это такое? — нарушил молчание Флинт и указал на один из аппаратов.

— Это, ребят, — вышел из комнаты Змей уже с двумя большими алюминиевыми канистрами в руках, — эх, дизельные генераторы, которые мы сейчас будем запускать. Держите, — он отдал им полные канистры, из-за чего пацаны немного покачнулись от тяжести. — Нам повезло, — он снова пошёл в то помещение, где были канистры, — сюда завезли буквально всё необходимое. От топлива до масел, — он снова вышел со склад уже с небольшой пластиковой канистрой в руках (судя по всему с маслом).

— Какие-то нестандартные генераторы, — прокомментировал Сергей.

— А ты великий спец? — спросил спокойно старшина.

— Нет, — смущённо ответил он.

— Давайте запускать, — забыв о диалоге, сказал Змей.

Змей очень внимательно просматривал каждую часть генераторов, он залезал и под них, и на них, а ребята внимательно за этим наблюдали. Спустя минуты 2, Змей выполз из-под генераторов, видимо, убедившись в исправности обоих, открыл какую-то крышку у одного из них, взял канистру у Димы и стал аккуратно под светом фонаря наливать в него топливо. Точно также он поступил и со вторым генератором. Закончив, он подошёл к тому самому небольшому пульту на стене, от которого тянулись провода к обоим генераторам, открыл крышку, положил руку на большой тумблер и повернулся к ребятам:

— Пробуем, — он опустил тумблер вниз. Спустя секунду послышался сначала треск в обоих генераторах, а затем оба стали беспорядочно грохотать, но, спустя 2 секунды, стали работать ровно.

— Е-э! — воскликнул Дима.

— Идём включать свет, — сказал Змей, вышел из комнаты и стал подниматься по лестнице вверх. Пацаны не отставали.

Поднявшись, они зашли в помещение через металлическую дверь, без проблем её открыв, в котором стояли столы, на них было несколько компьютеров, а на стенах и полу располагались разные пульты управления. Старшина всё также, без единого слова, целенаправленно подошёл к одному из пультов и переключил большой тумблер. После этого действия во всём помещении загорелся свет, заработали компьютеры вместе со светодиодами на пультах, а несколько лампочек громко лопнули из-за резкого скачка, что заставило ребят пригнуться. Однако все в комнате резко услышали аплодисменты и радостные крики «Ура! Молодцы! Красавчики!». Троица быстро подошла к окну и увидела группу в полном составе, стоящую на лестнице, ведущую вниз к поезду, участники которой дружно аплодировали им. Во всей шахте появился свет: на потолке работали 2 из 6 мощных ламп, на стенках тоже горели светильники, которые освещали и лестницу, и бронепоезд. Вся группа стала спускаться вниз по лестнице, а Василий, шедший первым, уже был внизу и направлялся прямо к троице.

— Ребят, — обратился Змей к Диме и Серёге, — идите к остальным, скажите, чтобы пока ничего не трогали, мы скоро объясним, что к чему. Тут работы человек на восемь, так что понадобятся все в нашей группе. На том складе, — он указал на железные ворота внизу, — должны быть все необходимые запасные детали для поезда и ресурсы, возможно, что-то придётся менять, — сзади послышались шаги и в комнату вошёл Василий.

— Ну Коль, ты даёшь! Вы все молодцы! У меня вообще слов не хватает!

— У нас ещё есть работа, Вась, — он тихонько кивнул ему в знак приветствия. — У вас, — он снова повернулся к ребятам, — особое задание: вернуться на Охотный ряд и забрать наших потерпевших и Сашку. Всё понятно?

— Да, — немного смущённо ответили оба.

— Тогда идите, и ребятам не забудьте сказать мой приказ.

— Не забудем, — оба ответили хором и направились вниз по лестнице на выход.

— Василий, — Змей снова обратился к лейтенанту, — нам нужно проверить работоспособность поезда и поворотного круга. На мне круг, на тебе поезд, я потом к тебе присоединюсь, это ведь твоя специальность, так ведь?

— Ну не совсем моя, но управлять им и соображать в его основных технических аспектах я могу.

— Классно, — старшина легонько улыбнулся, — я по-прежнему командую?

— Пока что да, — Василий усмехнулся.

— Посылать кого-то за радиосообщением нет смысла. Предлагаю отремонтировать, отогнать его близ нашего бункера, всех пересадить и потом попробовать напрямик, по нашей ветки, отправиться на восток.

— Ну как мы будем выбираться из Москвы не тебе и не мне решать, а с остальным полностью согласен.

— Хорошо. Идём?

— Пошли, Коль, — он крепко похлопал того по плечу, и они оба направились к выходу.

***

Штаб. Радиорубка Майора.

4 часа спустя после последнего сеанса связи.

Юрий Антонович продолжал сидеть на том же стуле, с надетыми наушниками перед рацией на столе в комнате радиорубки. Радиорубку обустроили совсем бедненько, по сравнению со всеми помещениями бункера: это была маленькая однокомнатная квартирка в закутке арсенала, т. к. арсенал ближе всех из помещений располагался к выходу со станции; внутри был только стол со стулом, куда принесли рацию с настольной лампой и блокнотом с карандашом; от рации протянули кабели через стену к внешней антенне, что позволяло рации функционировать нормально. В такой обстановочке майор сидел уже который час. Последние новости от обеих групп для него были, мягко говоря, печальными и ничего хорошего не предвещали.

Сначала, он был уверен в смышлёности каждого паренька в обеих группах, надеялся на их нестандартные решения любой проблемы и возлагал большие надежды на старшину, который был специально подготовлен для передвижения и ведения боя в Метро. Но спустя час молчания в эфире его надежда начала гаснуть, спустя ещё час он уже стал сильно волноваться, а теперь у него в голове возникали самые ужасные предположения и с каждой минуты рисовалась картина ещё страшнее предыдущей: «Что, если там произошёл обвал и их засыпало? А если очень высокий фон, и они просто скончались на месте? Что, если…»

В дверь внезапно постучали. Майор чуть подпрыгнул от испуга, но тут же пришёл в себя, снял наушники и сказал:

— Да, да, войдите.

Дверь распахнулась, и в комнату вошла Элина — старшая медсестра. Элина Михайловна Селезнёва училась на психолога, но была очень меланхоличной женщиной 30 лет, ей было очень тяжело