Флибустьер - Хайдарали Мирзоевич Усманов Страница 40

Корабль эльфов разбирали без жалости. Большие блоки снимали первыми. Навигационные узлы, матрицы, гравитационные цилиндры. Каждый снятый блок – ещё одна возможность для корвета Кирилла стать сильнее. Затем оставшиеся структуры использовали как стройматериал или как маскировку для тайников. Остатки, сам остов лёгкого крейсера и остатки его внешней оболочки, предстояло бросить глубже в этом заброшенное астероидное поле. Там они станут всего лишь частью пейзажа, застывшей на своей собственной орбите и никому не нужной. Линейный орочьий крейсер пиратов, уже полузарытый обломками, тоже планировался как “могильник”. Из него также вынут всё ценное, а пустой скелет оставят вечно дрейфовать среди камней.

Сейрион организовывала график вывоза всего ценного. Сначала – “горячие” партии, потом – “мягкие”, в те самые моменты, когда радиопомехи были естественно выше. Она распределяла группы пилотов, давала короткие, чёткие инструкции, отсекала лишние разговоры. Её главный вклад – поддержание ритма. Скорость работ определяла, кто кому должен доверять и как долго могут выдержать люди.

Она также придумала маскировку. Пару пустых контейнеров оставили на видимом краю поля – наполовину обернутые и притрушенные пылью – как отвлекающий манёвр. Если кто-то пробился, он увидит пустую коробку и подумает, что добыча уже ушла. Между тем настоящие ценности лежали глубже.

Весь этот процесс ломал разумных не только физически, но и морально. Старшие, вынужденные доводить до подчинённых приказы, испытывали когнитивный диссонанс. Они страдали, если младшие сопротивлялись, и боялись остаться без статуса. Младшие отчаялись или примирялись. Некоторые научились искать себя в рутине – старались работать “правильно”, чтобы избежать пыток. Появились “тихие соглашения”. Старшие защищали тех, кто “чисто” работал. Те в свою очередь держали язык за зубами.

Кирилл этим пользовался. Чем больше таких “невольных” разумных было вовлечено в новый порядок, тем меньше был шанс глобального бунта – ведь сопротивление ударит прежде всего по тем, кто теперь защищал свой собтственный статус-кво.

………….

Да. Кирилл никогда не собирался продавать лёгкий крейсер эльфов целиком. Он понимал цену скрытности в такой ситуации. Его стратегия заключалась в том, что он собирался частями выносить ценное, наращивать мощность собственного корвета за счёт новых модернизаций, превратить его в узел-ядро, а затем исчезнуть с тем небольшим, но качественным багажом, который позволит ему более надёжно защитить собственные интересы. Для всего этого он планировал создать в этом самом поле сеть хорошо укрытых тайников с запасами… Использовать “живой интерфейс” для постоянной работы по демонтажу всего нужного и ценного с захваченных кораблей… Держать в укромном месте тот самый ободранный “скелет” легкого крейсера эльфов. Как прикрытие. И как приманку для тех, кто всё ещё ищет “легкую цель”… При необходимости – можно будет пустить новые ложные слухи с помощью захваченных кристаллов и журналов эльфов, чтобы ещё больше запутать следы…

Сейрион же уже заранее готовила маршруты для перепродажи. Некоторые узлы, которые не найдут применения в “Трояне”, пойдут к тёмным торговцам, модифицированные блоки – в руки инженеров. Пусть даже тех самых пиратских кланов. А остальное – на переплавку и замену устаревших частей корвета.

Борьба за порядок закончилась. Каждый день начинался со сводки. Сколько модулей извлечено… Сколько контейнеров упаковано… Какой урон нанесён корпусу… Что и где спрятано… Еда распределялась по статусу. Старшие – получали больше, рабочие – ровно столько, чтобы их руки не дрожали. Каждый вечер Кирилл и Сейрион собирали отчёт, планировали следующий вывоз и решали – кого отправить в следующий рейд.

А бывший капитан, теперь “надзиратель с петлей”, выполняла приказы, проверяла списки и под страхом возвращения боли надевала ошейники новым прибывшим. Её личное достоинство было всего лишь призраком прошлого. Она шла по знакомым до боли палубам, отдавая распоряжения, которые она же когда-то не могла представить. Это был самый хрупкий и одновременно самый действенный инструмент Кирилла – использовать голос прежней власти, чтобы обеспечить послушание настоящего.

………..

Работа шла по расписанию. На этот раз предстояло извлечь один из “сердец” лёгкого крейсера эльфов – массивный энергоблок вторичных контуров, который питал систему охлаждения. Чей демонтаж поручили смешанной группе. Два боевых дроида тянули тяжёлые балки, трое пленных пиратов выполняли роль “мускулов”, а бывший капитан эльфийского крейсера должна была руководить процессом. Её голос звучал в общем канале. Резкий, отрывистый, но без прежней гордости – теперь он дрожал и ломался на гранях команд.

– Левее… Ещё левее! Нет! Держи крепче, иначе сорвётся! – Выкрикивала она, а её собственные подчинённые, те самые эльфийки, что вчера были офицерами рядом с ней на мостике имперского лёгкого крейсера, теперь тяжело дышали под грузом и, не споря, выполняли. На их шеях поблёскивали тонкие металлические обручи рабских ошейников.

Дроиды рванули узел слишком резко – и тяжёлый блок качнулся. Одна из эльфиек вскрикнула, упала на колено. Ещё недавно капитан приказала бы приостановить процесс, но теперь она знала, что если замнётся – её ждёт первый же удар ошейника. И потому сдавленным голосом рявкнула:

– Вставай! Держи захват! Не останавливайся, или нам всем будет хуже!

Это стало моментом истины. Её собственные слова, произнесённые её голосом, подталкивали бывших подчинённых к продолжению издевательства над собой. Она сама стала инструментом ломки.

Когда модуль всё же удалось извлечь и закрепить на транспортной платформе, Сейрион лично осмотрела результат. Она хмыкнула, коснувшись рукой горячего металла.

– Сработано чисто. Хотя, капитанша, ты когда-то клялась, что твой корабль никогда не достанется врагу. А вот смотри… Твой голос отдаёт приказы, чтобы твой же корабль разобрали на куски.

Ариэль Сайланн едва сдержала порыв броситься на Сейрион, но ошейник лишь глухо щёлкнул и напомнил ей, что любое движение не по приказу обернётся агонией. Поэтому она отвернулась, пряча злость, сверкающую в её глазах.

А Кирилл всё также методично строил иерархию дальше. Каждый новый пленник, будь то пират или эльфийка, проходил через один и тот же ритуал. Ошейник… Короткая активация – вспышка боли, чтобы понять “правила”… А потом включение в цепочку команд.

Старшие, бывшие офицеры или наиболее крепкие пираты, получали доступ к ограниченным функциям ошейников своих “подчинённых”. Кирилл не управлял каждым вручную, он всё также строил пирамиду, где власть передавалась вниз.

Бывшие офицеры эльфийского крейсера сначала всё-таки немного сопротивлялись. Но когда первые двое, попытавшись заговорить о бунте, были тут же скручены своими же товарищами, а потом закованы в те же ошейники и брошены в нижний уровень, всё изменилось.

Самым страшным было не наказание Кирилла. Оно было предсказуемо. Страшнее было предательство тех, кого вчера называли “сестрой по оружию”. Эльфийки