КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11) - Ольга Войлошникова Страница 4

Три огромных англских цеппелина, пёршие на базу уверенным буром, вдруг начали замедляться. Послышался вибрирующий воющий звук, и пространство вокруг дирижаблей-маток наполнилось роем мелких аппаратов неизвестной мне конструкции… а потом на нас упало небо.

Я автоматически накинул на себя все возможные щиты, и мысли в моей голове носились при этом самые хаотические…

Вот сколько можно, а? Эта самая база уже до печёнок достала ударами с воздуха! Правда, теперь нас катком раскатывали странного вида самолётики. И они были вовсе не похожи на известные мне простенькие аэропланы, которые те же франки, к примеру, пытались использовать против наших войск в Центральной Африке. Те смешные деревянные этажерки нормальный дирижабль (да особенно если его капитан — маг!) мог легко десятками сбивать. А эти машинки даже на вид выглядели по-другому. Опять же, понятно, технический прогресс на месте не стоит, но эти самолеты были… красивы. Той странной лаконичной военной красотой, которой всегда славилось хорошее оружие.

И было их много. Самолётиков тех. Натурально — как по осиному гнезду палкой стукнули, так они из энтих дирижбанделей повылетали, аж небо потемнело. И от кажного к земле летела парочка продолговатых бомб. С дирижабля их, конечно можно сбросить много. Гораздо больше чем две, так скажем. Только вот с меткостью у бомбометания с неповоротливых надутых бандур — полный швах. А тут эти летающие жужжалки прям с ювелирной точностью бросались.

Первыми накрыло шагоходы. Старые, медленные машины, два ещё и без магических усилителей, ничего этому военному чуду противопоставить не смогли. И одна за одной падали, сминались, вспыхивали в разрывах.

Наши шагоходы! Наши парни в них!!!

— Ар-р-р!!! — Хотелось выть от бессилия. Я бросился на еще живого «Гвидона» огрызающегося в небо пулемётными очередями, и прыгнул ему на крышу. У меня-то щиты работают! Уж какие есть — все мои, прикрою сверху!

А потом из ангара вылетели три лисы. Они почему-то были в видимом состоянии и в самом страшном боевом виде. И летали они, может, чуть медленнее самолётов, но гораздо манёвреннее! А поскольку обычного оружия (ну навроде пулемётов) на эти штуки, как видимо, англы не поставили, лисы вполне успешно начали отрывать летающим гадинам крылья!

Я воспрял духом и заорал:

— Давай, родимые!!!

Вряд ли лисы меня сейчас слышали в грохоте боя, но не орать я не мог.

Пулемётчик «Гвидона», решивший, видать, что это я ему, застучал с новой силой, задирая в небо ствол. А что, может, и достанем?

Попробуем!

Вредоносные самолётики, распознавшие в лисах опасность, старались отбомбиться над самой базой, проходя едва не в пятидесяти метрах над крышами ангаров и корпусов. Вот тут я их и встретил.

Примерился — чтоб своих не зацепить — и давай ледяной шрапнелью лупасить! В облако такого града влетишь — поди, неласково придётся? Тряхнёт. Глядишь, и стекло пробьёт. А если сильно повезёт — в глаз иль в лобешник пилоту засветит, потом не сильно и полетаешь. Вжарили мы, в общем, с пулемётчиком с двух рук. Вон, трое уже по кривой дуге заваливаются!

Но, ядрёна колупайка, как же не приспособлен я против таких вот врагов! Только на лис и вся надежда…

И тут из-за ангара вылетел живой метеор! Мишка Дашков явился! Не сказать, чтоб к шапочному разбору, но как он заметался меж поредевшего самолётного роя — мне прям смешно стало. Словно боялся, что без него всех разберут!

Это мне уже потом расскажут, что он, получив с базы сообщение о приближающейся воздушной опасности, рванул на выход, не спрашивая ни у кого особенных разрешений — вот кто засиделся без дела, натурально.

А пока я смотрел, как огненный болид пробил приближающийся дирижабль англов — моё почтение. Прям насквозь прошил! Эти странные летающие исполины — со сдвоенной сигарой, со специальными платформами — похоже, специально были спроектированы, чтобы служить матками для самолетов. Кстати, на очень похожем к нам на севера Стальной Ветер неудачно прилетал.

И сейчас два оставшихся спешно набирали высоту и разворачивались.

— Илья! Руку! — рядом рухнула Айко. — Мы их ещё догоним!

Я сбросил облик, и старшая лиса дёрнула меня вверх.

03. ЦЕППЕЛИН

ИЛИ, ВЫРАЖАЯСЬ ПО-ПРОСТОМУ, ВРАЖЕСКАЯ ЖАБЛЯ

Я ещё успел увидеть, как Дашков жжёт волной огня кормовой винт второго дирижабля. А потом мы пробили стекло капитанской рубки третьего цеппелина-матки. Айко пробила. Собой. А я влетел следом, при виде осколков рефлекторно принимая облик. И всё вокруг затрещало и начало сминаться. А я, словно гигантский крот, лапами-когтями прорубал себе путь через переборки. Две пассажирских палубы махом превратились в одну. Раскрошенную. Три! И подо мной продолжало трещать и расползаться. Оно, может, на «Кайдзю» я бы подобный фокус не провернул — там-то стенки толстые были, стальные. А тут ажурное всё, для экономии веса. Вот и сэкономили!

К чести сказать — команда англов сдаваться не желала. Вот только что они могли против белого медведя и лисы, да в такой-то каше?

Под ногами наконец-то ощутилось что-то прочное. Кажись, достиг дна? А! Внутренняя транспортная палуба!

— Однако, это успех! — усмехнулся я сам себе и плюхнулся на задницу посреди багажного отсека. Щас главное, чтоб Дашков нас тоже на шашлыки не пустил. Видел он или нет, что мы с Айко кинулись лбами третью дирижаблю прошибать? — Айко!

Лиса вынырнула из какого-то коридора. Вот как такая чистая, изящная, изысканная даже в человеческом виде девушка в боевой форме успевает настолько быстро угваздаться кровью? По самые брови! Нет, по уши. Вместе с ушами! Может, ей просто фиолетово? Только боевая эффективность?

— Слушаю, Илья Алексеевич!

— Нужно князя Дашкова предупредить, а то он нас тут…

— А уже. Я Хотару отправила.

— Вот и прекрасно. Ну что, команда — всё?

Она огляделась.

— Нет, я часть в каютах заперла.

— А они не того? — встревожился я. — Не взорвут чего?

Мало ли, как они тут руководством накручены? Вдруг да ценой собственной жизни решат проковырять дырку в борту?

— Илья-а-а Алексе-е-евич! — с укоризной протянула лиса. — Они в таком состоянии заперты, что никто уже ничего не взорвёт. Меня другое беспокоит.

— Что? — поинтересовался я.

— Как мы сажать этот дирижабль будем? Мы ж в капитанском всё разворотили… Я, кстати, выражаю вам своё искреннее восхищение: так воспользоваться обликом, что просто размазать капитана и всех пилотов. А капитан, вообще-то, магом был, это я успела понять. Но сей факт роли в боестолкновении сыграть не успел.

— Издеваешься? — с надеждой спросил я.

— Как можно⁈