Сектор заражения - Валерий Увалов Страница 35

– Успеем?! – спросил он.

– Должны.

После моего ответа меня вдавило в спинку кресла, и судя по ощущению сейчас мы с капитаном испытывали ускорение в три единицы в направлении спины. Пол, к которому были прикручены кресла, вдруг оказался стеной, и стало затруднительно дышать. Но спустя пару десятков секунд тело привыкло к нагрузке, и я снова вызвал перед собой тактическую схему.

Хотя «Коперник» разгонялся довольно бодро, но недостаточно, чтобы мгновенно приобрести прямолинейное движение. Поэтому некая кривизна траектории на начальном этапе разгона все же присутствовала, и это была основная проблема, так как корабль пройдет вблизи десятка ульев, прежде чем сможет выйти из беспрыжковой зоны. Конечно, задержать они нас уже не смогут, но смогут догнать в гипере, если мы лишимся хода. Об этом же думала и Королева.

На тактической схеме от десятка ульев стали отделяться мелкие объекты и формировать огромное облако. Как раз в том месте, где оно пересечется с траекторией движения «Коперника». Что именно задумала Королева, было очевидным, очевидно это было и для Лукашевича, так как он стал поворачивать корабль по курсу, чтобы выйти за пределы этого облака.

Линия траектории начала понемногу смещаться, но и облако пришло в движение. Я развернул удобнее схему и присмотрелся к данным – до столкновения оставалось чуть больше десяти минут. К этому времени мы разгонимся почти до двадцати пяти километров в секунду относительно спутника газового гиганта, а это уже проблема. При такой скорости любой объект нанесет значительные повреждения.

И будто прочитав мои мысли, Лукашевич прекратил разгон, и как только это произошло, баллистический вычислитель скорректировал расчет траектории, и она изогнулась за счет гравитации планетоида. Облако из москитного флота Арахна также последовало в новое место. Это было похоже на игру в кошки-мышки, и что задумал Лукашевич, для меня оставалось загадкой, но вмешиваться я не стал.

Так как ускорение прекратилось, то время до столкновения выросло, но и оно вышло, как будто прошло всего лишь мгновение, и тут я понял замысел контр-адмирала. Точнее, ощутил на своей шкуре, когда «Коперник» резко начал разворачиваться соплами по ходу движения. И это произошло настолько стремительно, что на мгновение у меня потемнело в глазах от испытываемой перегрузки, но я продолжал следить за происходящим.

За несколько секунд до входа в облако невесомость снова сменилась перегрузкой, и меня снова вдавило в кресло. Но это не помешало мне вывести рядом изображение одной из наружных камер, и я увидел, как из магнитных сопел вырвалась раскаленная плазма, превратив «Первопроходца» в своего рода плазменный резак, который как сквозь масло прошел через рой кораблей Арахна.

Идея оказалась настолько действенной, что корабль не получил ни одного прямого попадания. И как только мы выскочили с другой стороны, разворот повторился, даже без отключения двигателей. Но это не спасло нас от другой проблемы: абордажные капсулы, которые кружились в этом облаке, рванулись к «Копернику» во время прорыва. Да, большинство из них не смогли достичь цели, какие-то просто промахнулись, все же относительная скорость была приличной. А некоторые расшиблись о корпус корабля, но их было так много, что «Коперник» оказался ими утыкан, как когда-то во время моего абордажа.

– Я могу чем-нибудь помочь? – раздался голос Юдина.

Я повернул к нему голову, что было крайне затруднительно. Пару секунд смотрел на капитана «Первопроходца», думая, что ответить.

– Да, Фёдор Артёмович, вы можете помочь, – произнес я, с трудом выталкивая слова. – Когда мы уйдем в гипер и сбавим обороты, направляйтесь на мостик и поступайте в распоряжение Турова. У нас нет времени на переподчинение, поэтому ваша задача – взять под контроль свою команду, организовать и вооружить их. Нам предстоят ожесточенные бои в коридорах корабля, а для этого понадобятся все, кто могут держать в руках оружие.

Юдин кивнул, а я отвлекся на оповещение системы о прыжке в гипер, но за несколько секунд до него прозвучал сигнал тревоги, и в моем интерфейсе заалела надпись: «Множественное формирование гиперпространственных воронок».

* * *

Окрестности базы Арахна. Виртуальный мостик крейсера «Титан»

Четырнадцатый ударный флот Земной Федерации выходил в обычное пространство, разбиваясь на отдельные тактические группы. Это была крупнейшая операция после битвы в системе Хадар, и зрелище было впечатляющим. Если в те времена космические силы Федерации располагали таким количеством средств для прыжка в гипер, которые можно было на пальцах посчитать, то сейчас их имелось в достатке, и сотня открытых гиперпространтсвенных воронок тому подтверждение. Поэтому менее чем за десять секунд почти весь флот смог развернуться в обычном пространстве.

Глядя на объемное изображение системы газового гиганта, который обнаружила разведка в межзвездном пространстве, Уильямс немного нервничал, так как он впервые командовал такими силами после получения звания вице-адмирала. Но в то же время он испытывал гордость, наблюдая за перестроением кораблей, – какому офицеру не понравится слаженная работа его подразделения, уже не говоря о такой махине, как флот.

– Выяснили, что это было? – обратился Уильямс к своим штабным офицерам.

Объединенные в общую сеть бортовые РЛС кораблей флота давали отчетливую картинку окружающего пространства, и сейчас вычислитель подсвечивал обнаруженные рядом с одним из спутников ульи Арахна. И по мере сканирования их появлялось все больше и больше, но некоторые маркеры оказывались и в кольцах газового гиганта, что подтверждало данные разведки о ресурсной базе Арахна.

Но в момент выхода флота, в четырехстах километрах от этого спутника были зафиксированы энергетические всплески и открытие гиперперехода, а в окрестностях наблюдались следы боевых действий, что и привлекло внимание Уильямса.

– Господин вице-адмирал. – Из стоящих полукругом офицеров выступил вперед один из них. – Первичный анализ говорит о произошедшем недавно сражении, но конфигурацию корабля или кораблей, которые ушли в гипер, нам не удалось определить. Слишком мало времени они находились в поле зрения наших сенсоров.

– Ну что ж, – решил подвести итог Уильямс после минуты размышления. – Будем считать, что это был кто-то из-за пределов нашей зоны контроля. В конце концов, Арахна достает не только нас, так что неизвестная раса могла предпринять попытку атаки этой базы. Но, похоже, у них не очень получилось.

– Флот полностью развернут, сэр! – поступил доклад от офицера с поста связи.

Ульямс мгновенно преобразился: задумчивость спала с его лица, и сейчас он выражал абсолютную решимость. Он закинул руки за спину и обвел взглядом своих людей:

– Господа офицеры, сделаем то, ради чего мы сюда прибыли. – И спустя несколько секунд громко добавил: – Флоту внимание!

Помня о своем опыте встреч с Арахна, особенно последний бой в системе талов, Уильямс не собирался действовать по стандартной схеме. Зная возможности ульев по тяговооруженности, он вывел свой флот в ста тысячах километрах от противника. Так вражеские корабли оказывались в восьми минутах подлетного времени для тоннельных орудий и в полутора минутах для торпед. Это даст возможность безнаказанно обстреливать противника ввиду его медлительности и отсутствия дальнобойного вооружения.

– Кораблям с тоннельными орудиями, открыть беглый огонь! – И в подтверждение своих слов вице-адмирал продублировал свой приказ через командный интерфейс.

На тактической схеме тут же отобразилась работа прицельных комплексов упомянутых кораблей, и через мгновение вспышки сотен орудий ознаменовали начало сражения. Но вместо томительных минут ожидания первых попаданий Уильямс услышал доклад поста объективного контроля:

– Сэр, противник выпускает москитный флот!

Из сотен ульев потекли ручейки ударных кораблей, и, хотя визуальный контроль не давал всей картины из-за низкой освещенности, тактическая схема позволяла понять, что там происходит, а воображение дорисовывало недостающую картинку. Орбита спутника за считаные секунды наводнилась тысячами ударных кораблей Арахна.

– Господи, сколь же их? – спросил один из офицеров штаба.

Арахна выпускали корабли из ульев, находящихся на разных орбитах, но их объединяло одно – все они двигались в сторону земного флота. И тому было подтверждение в виде расчетных траекторий, которые любезно предоставлял баллистический вычислитель.

– Ожидаемо, – заметил Уильямс. – В прошлый раз Арахна использовали свои ударные корабли как щит против торпед. Но ничего, огонь артиллерии должен проредить эту нечисть.

Ударные