Последний менталист. Том 2 - Валентин Якимов Страница 31

Ага. Ведь именно встроиться в столичный высший свет нам и предстоит. Я ещё планирую разузнать у неё детали… Но пока вижу всё так, что юная хрупкая дама, вкусившая столичной жизни и, пару лет спустя, вернувшаяся в высший свет из провинции — отличный пропускной билет для нас. Во всех мир… Обществах столичная знать любит провинциальную свежесть и тянется к ней.

— Чтобы растлить и совратить её. — невесело пробормотала Оля.

— Именно! — поднял я вверх указательный палец. — А значит некоторых «уважаемых господ» не придётся даже обрабатывать ментально. Сами всё расскажут.

Лена аж зарделась, то ли от смущения, то ли от возмущения. Горячо спросила:

— Ты что, собрался подкладывать юную леди под… Под…

— Ни в коем случае. — на корню пресёк я эти опасения. — До этого доводить стоит лишь тогда, когда Мария сама этого захочет. Она нужна нам лишь как человек, имевший в свете связи, долго проживший в столице и способный нас там устроить… И ещё кое-что. Она ведь информационный практик.

— Но разве ты не можешь даже мысли читать? Это ведь лучше!

— Мысли — могу. Как и ментальное поле в целом. А вот за пару секунд просканировать целый ящик с нудными бумагами, считать информацию со всех материальных носителей в помещении, или на огромном расстоянии за кем-то подглядеть — это не мой профиль. Это её профиль, и он в нашем деле полезен.

Я решил, что Мария будет полезна нашему делу ещё тогда, когда продумывал план закрепления в столице Российской Империи. Убедился же в этом, когда «вспомнил» учёбу Андрея в Академии и то, что за её стены его выпускали раза по два в год. О Петербурге он не знает буквально ничего полезного.

А вот Мария знает. Найти даже в общей сети её фото с отцом на всевозможных светских вечерах и приёмах оказалось очень легко.

Ну а инфомагия — вишенка на торте. Триумвират ожидает от меня одной лишь ментальной силы. Ожидает встретиться с ожесточившимся одиночкой, параноиком, не полагающимся ни на кого, кроме себя.

То, что они будут стараться как можно больше информации хранить вне ментального поля — несомненно. И этим можно воспользоваться.

Моя менталистика и пси-способности, эмпатия и контрэмпатия Ольги, инфомагия и разведка Марии, поистине космическая сила и энергетическая защита Ефима, когда мне удастся её пробудить. Мы будем самодостаточным диверсионным отрядом, по всем канонам тактической войны малых групп.

Так что, уже через пару дней я наведался в гости к Стрельцовой. Ей нужны были эти два дня, чтобы восстановить огромный ущерб. Мне — чтобы продать все добытые и не подошедшие нам Ядра, а затем сделать через отца Алексия нужные заказы.

Скоро наше уютное поместье начнёт превращаться в настоящую родовую крепость.

— Надо же, «Приречное»! — усмехнулся я, когда мы с сестрой просматривали бумаги на наше имение, хранящиеся в командном пункте. — Ни ума, ни фантазии.

— Ну не знаю, по мне так миленько. — улыбнулась сестра, заглядывая мне через плечо. — Кажется, это бабушка его так назвала. Хочешь переименовать?

— Хочу. — обернулся я к ней. В комнате, залитой мягким синим светом экранов, лицо девушки казалось неземным, но от этого не теряла озорного лукавства. За два дня сестрёнка свыклась с мыслью, что скоро станет управляющей настоящей боевой крепости, и заинтересовалась этим.

— Давай, я ничего не имею против. Как назовёшь сей дивный край, Вольнов-старший?

— Феникс. — с улыбкой произнёс я слово, первым пришедшее мне в голову. Жизнь научила меня, что именно те имена, которые приходят первыми, самые точные. — Крепость Феникс. Можно сказать, наш Род возродился здесь из пепла.

От воспоминаний о том, как Мегорский заливал тут всё пламенем, и как мы потом ставили новые ворота, название заиграло новыми красками, и мы с сестрой весело рассмеялись.

Не знаю уж, смешалась ли моя личность с личностью Андрея Вольнова, или эта девушка на одной волне со мной-настоящим — но мы с ней отлично проводили время как брат и сестра.

Два дня вместе проводили ревизию, вместе строили планы фортификации. Изучавшая теорию защитной магии Лена неплохо разбиралась в местной оборонительной науке, а я дополнял её знаниями, принесёнными из глубин миров.

* * *

Я прилетел к Марии лично, не став напрасно гонять Ефима. Он и так сейчас нагружен физическим трудом. Когда я бесшумным порывом ветра возник перед воротами поместья, меня там уже ждали.

— Вижу, вы прекрасно контролируете округу, госпожа Стрельцова. — вместо приветствия улыбнулся я. — И мышь мимо не пролетит.

— Мыши в наших краях обычно не летают, Ваше Благородие. — сделала изящный книксен Мария. Этим вечером она была одета в «домашнее» бежевое платье с широкой юбкой до колена. — А вот маги и чудовища — ещё как.

— Ну тогда жду вашего вердикта, леди: маг я, или чудовище! От вашего решения зависит теперь всё!

Я картинно приложил ладонь к груди, отвешивая полупоклон и ожидая, пока мне откроют ворота. От этого лёгкого флирта девушка слегка зарделась, но тот же взмахнула изящной ладошкой и створки отремонтированных ворот поползли в стороны.

— Чудовища тут были, но, слышала, с ними помог справиться один талантливый маг. Хотелось бы пригласить его на чай.

— Талантливый маг обещал однажды обязательно вас навестить. А пока я за него. Не откажетесь выпить чаю и со мной, леди?

Мария с лёгкой улыбкой кивнула.

Так, болтая ни о чём, мы проследовали в новую беседку. Поменьше прежней, она, однако, оказалась весьма уютной. Белые деревянные столбики, удерживающие лёгкую крышу-навес, ажурные плетёные стенки, и пара небольших лавочек за невысоким столиком.

На стол уже накрывал Павел. Похоже, хозяйка заранее узнавшая о моём прибытии, обо всём позаботилась. Этот смуглый лысый здоровяк, покрытый боевыми шрамами, в белом фартуке и с чайным сервизом на подносе выглядел как-то очень по-домашнему.

То, что на стол пришлось накрывать лично Павлу, неудивительно. Сигнатур простых слуг я здесь не ощущал — никто явно не рвался трудоустроиться в едва не погибшее поместье.

К тому же, сейчас в самом Вольске непочатый край работы. Информация о вылезших посреди города тварях оказалась правдивой, и город в эти дни зализывал многочисленные раны и хоронил сотни погибших.

Восстанавливалось и поместье Стрельцовой. Отхлёбывая ароматный травяной чай, разлитый баронессой, я с интересом осматривался. Заметил, что ни один из бойцов, переживших Бурю, не покинул хозяйку, не уехал из поместья.

А ведь у